— Восьмая вексилляция и Отдельная когорта ездящих баллистариев. В Испании стоит Пятнадцатый Испанский легион, а в Бетике — Двадцать пятый. В Африке и Киренаике размещены Одиннадцатый легион, который сейчас разворачивается в два, а также Второй Старейший. Два легиона — Одиннадцатый Киренаикский и Второй поступят в распоряжение Децима Брута. Они предназначены для похода к дельте Нила.
— В Италии у нас три легиона пока остаются? — уточнил Гай Кассий Лонгин.
— Да, Третий Итальянский, Девятнадцатый и Десятый Конный, — показал на карте Публий. — Я продолжу? — уточнил он. — В ожидании событий в Парфии, — он бросил взгляд на стоящих плечом к плечу Публий Габилия Капитона, главу Секретной Службы и Луция Марция Филлиппа, главу Службы Фрументариев*, — легионы размещаются в основном в восточных провинциях республики и на островах. Таким образом, к началу войны они будут готовы к быстрой переброске по морю и суше в Сирию. Сейчас мы наращиваем наши силы в этой провинции под предлогом возможного похода через Иудею на Петру или даже в Египет. Поэтому в Сирии сейчас стоят всего четыре легиона — Четвертый, Шестой, Двенадцатый и Двадцать Седьмой.
* frumentarii — первоначально — интенданты,
занимавшиеся поставками продовольствия в легионы.
Так как продовольствие закупалось у местного населения,
они же часто занимались разведкой.
В результате в эпоху Империи,
кроме интендантов-фрументариев в легионах,
появилась служба фрументариев,
игравшая роль политической полиции,
контрразведки и разведки императора.
Красс просто ускорил процесс.
— То есть все приготовления к войне с Парфией мы прикрываем готовящимся вторжением в Иудею и Египет? — уточнил Луций Лициний Лонгин. — Не получится ли так, что египтяне подготовятся к войне и мои войска понесут лишние потери?
— Что скажут нам разведчики? — спросил Марк Красс, повернувшись к Капитону и Филиппу.
Первым взял слово Капитон.
— По последним полученным из Александрии сведениям, Птолемей Тринадцатый просто не верит, что война между нами возможна. После того, как Авл Габиний помог ему вернуться на престол, он уверился в полной поддержке со стороны Рима, — Публий Габилий кратко описал ситуацию в правящих кругах Египта и перешел к армии. — Всего в ней насчитывается не более пятидесяти тысяч человек, из которых только двадцать или двадцать пять тысяч находятся в Нижнем Египте. В случае войны могут быть поставлены в строй еще от двадцати до тридцати тысяч клерухов*. И это все, чем может располагать фараон. Флот египтян насчитывает сотню кораблей, из них десяток тяжелых квинквирем, полсотни триер, остальные — легкие посыльные и сторожевые корабли типа либурн.
— Что скажешь ты, Луций Филипп? — обратился к главе фрументариев Марк Красс.
* клерухи — военные поселенцы.
Воины, обязанные служить в армии
в обмен на получение земельного участка.
— По флоту уточню, что он состоит из трех децер, трех гексер, семи или восьми квинквирем, сорока восьми триер и сорока либурн. Морская пехота, как правило, набрана из египтян и имеет в качестве доспехов линотораксы. Обучены слабо, в отличие от моряков и морских баллистариев. Армия, как уже отмечалось, в мирное время насчитывает пятьдесят тысяч, в том числе три тысячи конницы. Наиболее боеспособные части — одиннадцать тысяч наемников — галатов, сирийцев и италийцев. Кроме них имеется двадцать тысяч гоплитов постоянной службы из числа клерухов. Остальная часть войска набрана из египтян и имеет худшие вооружение и подготовку. Непоследственно в Александрии, кроме флота, стоят две тысячи гоплитов и кавалерийский отряд этолийцев — отборный отряд охраны фараона из семисот всадников. В случае начала войны могут быть поставлены в строй до тридцати тысяч клерухов максимально. Но по имеющимся сведениям, в действительности удастся собрать не более половины этого количества и на это уйдет не меньше нескольких месяцев, — ответил Филипп.
— Опасения твои, Луций Лонгин, я понимаю, — как только доклад разведчиков закончился, заговорил Марк Красс. — Но я полагаю, они чрезмерны. У тебя будет два армейских легиона и твои либурнарии. Кроме того, с запада атакует Децим Брут с одним, а возможно и двумя, легионами, а со стороны Иудеи к дельте Нила выйдет легион под командованием Авла Аллиена, усиленный Девятой вексилляцией. По численности твои войска будут почти равны египетским. С флотом решай сам, у кого и сколько кораблей возьмешь с собой…
— В таком случае я снимаю все свои возражения, — усмехнулся Луций.
— Клянусь Марсом, тебе предстоит сложное, но выполнимое дело. А вот нам… — Марк Красс вновь повернулся к Марциалу. — Как ты оцениваешь парфянскую армию, Луций Филипп?
— Численность ее больше, чем египетская, но реальную силу представляют только кавалеристы. Которых насчитывается не более пятидесяти тысяч, из них до десяти тысяч катафрактов. Остальные — обычные для кочевых варваров конные лучники. Но обычно в одной армии начитывается не более пятнадцати тысяч конников, из которых не более трех тысяч катафрактов. Стремян они не используют и действуют также, как все кочевники — обстреливают пехоту, расшатывая ее строй и потом атакуют катафрактами. Защищенные броней, на укрытых бронированными попонами конях, катафракты атакуют расстроеную пехоту, действуя контосами. Контосы держат двумя руками, поэтому щитов у них нет.
— Полагаю, что в таком случае нам следует использовать только легионы нового строя и часть конницы. Даже если мы приведем весь Десятый конный и всю конницу ауксиллариев, им будет сложно справится с парфянской конницей в прямом противоборстве, — заметил Гай Лонгин.
— Предлагаешь разбить конницу пехотой? — спросил его Марк Красс.
— Думаю, баллистариям будет, чем удивить парфянских лучников. Да и катафрактов тоже. У когда гастаты первых линий встретят катафрактов парфян такими же контосами, им тем более станет невесело… А потом мы введем в бой конницу, включая легкие ауксилии из галлов и добьем их, — вступил в разговор Публий Красс, пока Гай Лонгин, задумавшись, смотрел на карту.
Завязался спор о возможности применения такой тактики. Тут Фабий Максим предложил перейти к в другой конец зала, где стоял стол с песком и имелся набор солдатиков.
У этого стола, разбившись по жребию на группы и ругаясь, полководцы и военачальники провели не меньше часа. Словно мальчишки, с азартом споря по малейшему поводу, они несколько раз разыграли бои между римскими легионерами и конницей, включающей лучников и катафрактов. И по результатам этих игрушечных боев пришли к выводу, что предложение Публия дает возможность победить парфян.
— Что-то мы увлеклись, — остановил дальнейшие споры Красс. — Жаль, что мы так и не сможем сегодня выслушать вождя флота. Осталось мало времени… Поэтому, Публий, расскажи коротко, какую армию мы соберем против парфян.
— Из четырех расквартированных в Сирии легионов, в состав армии войдут два — Шестой и Двенадцатый. К ним присоединятся Пятый, Девятый Молниеносный, Десятый Конный, Четырнадцатый.
