на нее и приобнял девушку за плечи. Впрочем, добился лишь противоположного эффекта – принцесса сжалась в комок, словно мои прикосновения приносили ей боль.
Однако стоило ристанцам оставить нас в покое и отправиться праздновать помолвку, как Марта тут же сбежала. Я хотел последовать за ней, но остановился – пожалуй, сейчас ей нужно побыть одной. Пускай поплачет, позлится на горькую судьбу и, глядишь, придет в себя.
– Ты совершил ужасную ошибку, – мрачно сообщил мне Уоррен. – Неужели все из-за Хирама? Он настолько допек тебя, что ты решил насолить ему?
– Нет. – Я глотнул шампанского. – Брат поручил мне жениться, и я женюсь. Вот только он в Хейдорине, а я здесь. И я выберу ту принцессу, с которой священный союз станет крепче, а наша империя сильнее. – Уоррен хотел что-то сказать, но я с нажимом продолжил: – Я нутром чую: лэя Николь и года не протянет. Сам знаешь, чад все чаще выплескивается на поверхность. Даже лэй Патрик продержался всего пять лет. А ведь раньше светлые спокойно доживали до глубокой старости. Если бы отмеченная Незримыми пара могла уехать из империи… Но нужно находиться поблизости от артефакта, будь он неладен! А он – часть скалы. Представляешь, что устроит император, если его драгоценная дочурка умрет во цвете лет? Леннард никогда не поверит в то, что ее убил чад.
Уоррен, помрачнев, вздохнул:
– Думаешь, лэя Марта справится лучше? Она ведь пустышка. Неизвестно, как ее тело отреагирует на темные эманации.
Я пожал плечами:
– Нам остается только надеяться на то, что она окажется сильнее. Но я привык следовать интуиции, обычно она меня не подводит.
Я не лгал, но было еще одно важное обстоятельство – мне просто понравилась Марта. Она порывиста и упряма – то, что надо для Хейдорина. А еще, похоже, совершенно равнодушна к этикету, что меня вполне устраивало, – о холодности светлых ходили легенды.
Уоррен несколько приободрился и сварливо поинтересовался:
– Что ж, тогда, полагаю, скоро мы отправимся отдыхать?
– Скоро, – пообещал я. – Потерпи еще немного, послушай, о чем болтают на балу. Когда я вернусь, отправимся к Леннарду. Думаю, самое время обсудить торговые пошлины…
– Куда ты? – спросил Уоррен, но я не ответил. Вместо этого прошел сквозь толпу сторонившихся меня придворных – впрочем, неприязнь не мешала им пить за счастье молодых – и оказался у лестницы. Пошевелил пальцами, и в воздухе соткалась ярко-красная нить заклинания, ведущая наверх.
Во время объятий я на всякий случай набросил на нее следящее плетение. Конечно, рисковал: светлые могли среагировать на темную магию. Даже приготовил отговорку на случай, если меня поймают, но все обошлось. Нить привела меня к довольно скромным покоям на втором этаже, и я решительно постучал в дверь.
Как я и предполагал, Марта не обрадовалась моему приходу. Ее глаза покраснели от невыплаканных слез, но она окатила меня презрительным взглядом и принялась убеждать, что я выбрал не ту сестру. Колкости слетали с ее губ легко, будто она днями упражнялась в остроумии. Однако стоило приблизиться, как она стушевалась. Смутилась и отпрянула, глядя исподлобья. Я вдруг поймал себя на желании поцеловать упрямую девчонку. Прямо сейчас, не дожидаясь благословения Незримых. Я уже шагнул вперед, как вдруг Марта выпалила:
– Я не девственница!
Меня будто окатили холодной водой. Опешив, я стиснул зубы. И почему ее слова задели меня? Артефакту все равно, была ли невинной невеста. Неужели ее приятель, который все крутился рядом на балу, сумел забраться под юбку к принцессе? А выглядит мямлей. Меня охватило раздражение, причин которому я не находил.
Марта покраснела. Как и все рыжие, краснела она с размахом – алый цвет залил не только лицо, но и шею, едва прикрытую гривой волос. Платье было откровенным, а я высоким, что давало некоторые преимущества.
С трудом я заставил себя поднять взгляд и усмехнулся. Вполне возможно, что Марта лжет, – просто пытается избавиться от меня. Одна мысль о том, что ее успел коснуться другой мужчина, мне не понравилась. Как и тот факт, что меня вообще это волнует. Наверное, именно поэтому я ответил ей чуть резче, чем следовало. Ей всего восемнадцать, тогда как мне двадцать девять. Много чести уязвить девчонку!
И все-таки я не ошибся в Марте. У принцессы есть характер, да еще какой! Покинув покои, я вдруг понял, что широко улыбаюсь. Давненько мне не приходилось обмениваться словесными шпильками. Хейдоринцы сторонились меня, а некоторые и вовсе откровенно побаивались. Пожалуй, из нас и впрямь получится чудная пара. Во время поездки в Ристан я много размышлял о том, что меня ждет в браке. Лучшее, на что надеялся: полное безразличие друг к другу. Похоже, планы менялись – скучно нам точно не будет!
Внезапно из-за поворота в коридор вышли младшие принцессы. Ойкнув от неожиданности, они с любопытством уставились на меня и быстро переглянулись. Одна из близняшек хотела что-то сказать – судя по прищуру голубых глаз, нечто не очень-то лестное, – но сестра дернула ее за рукав. Слава темных опережает нас.
Я коротко кивнул принцессам и прошел мимо. На лестнице меня встретил лакей. Подобострастно склонившись, он произнес:
– Его величество приглашает вас в кабинет. Я провожу!
Я улыбнулся, а слуга вздрогнул.
– Я сам найду кабинет. А ты отыщи моего спутника Уоррена и проводи его к нам.
Лакей быстро закивал и исчез. Я тут же выкинул его из головы, настраиваясь на борьбу. Нам нужны новые торговые пути! Светлые не любят уступать, хотя большая часть мира и так принадлежит им. Но теперь у меня есть козырь – помолвку можно и разорвать.
Глава 6
Марта
Когда Шайен ушел, я глубоко выдохнула и привалилась лбом к стене. Я все еще мелко дрожала: не то от злости, не то от страха. Что это сейчас было? Такое ощущение, будто он был доволен моей отповедью! Я высказала ему все, что думаю, а он лишь усмехнулся. И кажется, не поверил в мою ложь про девственность. А я возлагала на нее такие надежды!
Но если артефакту неважно, была ли невинной невеста, то жениху тем более. Наш брак политический, и чувства здесь играют не бо́льшую роль, чем цвет свадебного платья, – такая же формальность.
Шайен совершенно невыносим! Привык поступать как ему вздумается, не считаясь с мнением окружающих. А еще эта удушающая паника и оцепенение, охватывающее меня в его присутствии. Жених не понимал, что воздействует на меня, или просто привык к этому? Мне это не нравилось. Если я реагирую так на одного темного, что будет со мной в Хейдорине?
Сердце кольнуло предчувствием, а воображение услужливо подкинуло картинку моих преждевременных похорон. У меня вырвался нервный смешок. Отличный настрой! Для девушки, что завтра выходит замуж, я на редкость оптимистична.
Внезапно в дверь ввалились перепуганные близняшки, на лицах которых было написано нешуточное беспокойство. Похоже, занятая размышлениями, я не слышала
