младший брат, — ответил я. — Но теперь мой путь ведет меня за пределы земли, в царство богов. Это неподходящее место для тех, у кого есть причина жить.
Джулиус покачал головой, и я отстранился, чтобы посмотреть ему в глаза, которые светились от эмоций.
— Люби ее, — прорычал я. — Живи ради нее и умри вместе с ней, когда придет твое время. А я буду ждать тебя в золотом зале с кувшином эля и нашими друзьями рядом.
Джулиус взглянул на Клариссу, которая прижалась к Эрику, — у них был такой же спор, как и у нас. Я видел, как мучительно это решение давит на моего брата, но я не оставлял ему выбора. Его путь дал ему все, что только можно пожелать, и я скорее вырежу свое собственное сердце, чем позволю ему отказаться от него ради меня. Я снял кольцо со своего пальца и вложил его в его руку.
— Защити ее от них, — прорычал я. — И знай, что я люблю тебя так сильно, что даже не могу выразить словами.
— Я не могу отпустить тебя… — выдохнул он, и его пальцы сжались вокруг кольца, поскольку он отказывался принять то, что должно было произойти.
— Я увижу тебя снова, — прорычал я. — Но не в этой жизни.
Джулиус открыл рот, чтобы возразить, но я притянул его к себе, стиснув в последнем объятии, которое положило конец нашему спору.
— Я люблю тебя, Магнар, — выдавил он, когда его рука сжалась в кулак на моей футболке сзади, и его слезы потекли мне на шею.
— Тогда живи для меня, — ответил я, целуя его в щеку, прежде чем отстраниться от него.
Кларисса упала в его объятия, когда Эрик отпустил ее, и он повернулся, чтобы обнять Фабиана в последний раз. Чикоа всхлипнула, когда он шагнул к ней, но я отвел взгляд от ужаса в ее глазах.
Я подошел к столу, заваленному сокровищами богов, и перекинул через плечо рог, а затем лук.
Я передал Эрику меч, когда он подошел ко мне, и он принял его, кивнув, а затем взял кинжал и амулет.
— Ну что ж, враг мой, — мрачно сказал я, удерживая его взгляд.
— Давай покажем богам, на что мы способны, когда едины, — ответил он.
Мы повернулись к расщелине, которую я вырубил в склоне горы, и я сделал последний вдох, в последний раз оглянувшись на своего брата и женщину, которую он любил, прежде чем шагнуть в пустоту.
M
ы с Магнаром двинулись в сияние колеблющегося сине-зеленого света, который, я был уверен, приведет нас в страну мертвых. Я бросил тоскливый взгляд на свою семью, зная, что вижу их в последний раз, пока они однажды не присоединятся ко мне в смерти.
Мы шагнули в поджидающие объятия разлома между мирами, и он захватил нас в свои объятия, унося прочь от всего земного, что мы когда-либо знали.
Мое тело протащило сквозь водоворот кружащегося света. Я не мог дышать, не мог думать, не мог чувствовать. Я превратился всего лишь в атомы, когда мое физическое существо разорвалось на миллиард крошечных фрагментов. Я почувствовал присутствие Магнара, когда основы нашей плоти развеялись под порывом странного ветра, увлекающего нас навстречу нашей предрешенной судьбе.
Части меня соединились, и мои ноги коснулись мягкой земли. Магнар встал рядом со мной, поднимая лук, который он взял из сокровищницы богов. Мой рот приоткрылся, когда я заметил странную черную мантию, в которую он был одет. Красный плащ свисал с золотых гребней на его плечах, ниспадая на спину и делая его похожим на короля. Я взглянул на себя и обнаружил на себе ту же одежду.
— Что это? — Выдохнул Магнар, дергая за накидку, свисавшую с его плеч.
— Кто знает, — пробормотал я, мрачно разглядывая пейзаж перед нами.
Мы стояли на берегу черной реки, которая перед нами исчезала в густом тумане. Туман давил со всех сторон, как будто это было все, что существовало над бурлящей водой. В туман уходила серебряная цепь, прикрепленная к огромному металлическому штырю на берегу реки.
Я шагнул вперед, и ветер, казалось, изменился вокруг меня, как будто он был гуще воздуха на Земле. Жара была невыносимой, и запах серы ударил мне в ноздри. Приглядевшись к реке повнимательнее, я понял, что это не туман, а пар, поднимающийся с ее поверхности.
Что-то в моих костях подсказывало мне, что нам нужно пересечь ее, но, когда я шагнул вперед и занес ногу над поверхностью, вода зашипела, и ее обжигающий жар заставил меня отпрянуть. Мой ботинок был в порядке, но каким-то образом моя кожа внутри него была обожжена, и я застонал от боли.
Я повернулся к Магнару, который сильно нахмурился, низко сдвинув брови. — Как мы пересечем ее?
В ответ воздух наполнил грохочущий звук, и цепь задрожала, когда что-то двинулось в нашу сторону.
У меня перехватило дыхание, когда появился баркас викингов, его корпус был мертвенно-черным, а нос загибался вверх, образуя высокую голову в форме дракона. К внешним краям были прикреплены деревянные щиты с символами древних племен. На нем не было весел: его тянул к берегу человек в плаще с капюшоном, который с помощью цепи подтаскивал ее к краю реки.
Я пристально смотрел на странное привидение, подняв подбородок, когда он подошел к борту лодки и оглядел нас. Я ничего не мог разглядеть в непроницаемой темноте его капюшона, и холодок пробежал по моей спине, когда его устрашающее присутствие окутало меня.
— Нам нужно переправиться, — хрипло сказал Магнар.
— Только мертвые переходят на другую сторону, я не могу взять тебя с собой, — раздался сухой, дребезжащий голос из-под капюшона, и облако пара наполнило воздух его прогорклым дыханием.
— Мы сделаем это, — прорычал я, когда гнев пронесся по моему телу. — Дай нам переправиться, или мы убьем тебя и заберем твою лодку.
Призрак наклонил голову в сторону сокровищ, которые мы держали, и последовал хриплый смешок. — Никогда не видел я такого оружия в руках смертных, почему же вы стремитесь пройти через последние порталы?
— Нам нужно кое-что сделать, — сказал я, презирая его. Он не боялся нас, но я бы заставил его бояться меня, если он не поможет нам.
— Ты знаешь, на что способно это оружие, — прорычал Магнар, выступая вперед в агрессивной позе. — Переправь нас и сохранишь свою жизнь.
Призрак в капюшоне рассматривал нас, разминая костлявые пальцы. — Вы ищете то, что я не могу дать, и нет никакой разницы, буду ли я жить.
— Должно же быть
