какое это имело значение?
У кровати в спальне он поставил ее на ноги и стал целовать, развязывая бант на платье. Спустил с плеч тонкую кружевную ткань лифа и платье соскользнуло вниз и стекло на пол лужицей. Это последнее, что Аня запомнила. Дальше её закружил вихрь чувств и ощущений, когда сильные мужские руки ласкали её тонкую нежную кожу, гладили, а губы целовали каждую клеточку её тела. Она и сама отвечала взаимностью. Дрожащими пальцами расстёгивала пуговицы на рубахе, украдкой касалась его плеч, отвечала на поцелуи. Как истосковалась по нему! Как соскучилась! Как хотела перейти уже ту грань, за которую заходить опасно. Но сейчас даже разум её молчал. И она просто целовала, ласкала, касалась, просто была с ним, проживая каждую секунду, запоминая её, бережно складывая их в своё сердце. Будь, как будет! А сейчас он только её и только с ней.
В спальне было темно. Света из столовой не доставало, но так было даже лучше - можно полностью положиться лишь на ощущения. Аня не хотела света. При нем всё станет прозаичнее. А пока её обнимают сильные руки самого любимого человека на свете, пусть будет темно...
Глава 57.
Нехотя Аня открыла глаза. Николай дышал ровно, утомившись до невозможности. Сколько они не спали? Час, два или несколько часов к ряду? Стоило поспешить. Утром она не уйдёт, не сможет. А оставаться здесь - глупая затея. Замуж за Николая не выйти - не то положение, нет приданного, да и родители его будут против, учитывая свежий скандал. А еще Аня соскучилась по маме. Надо выяснить, как пропал отец и какое отношение она имеет к Тереповым.
Девушка осторожно приподнялась на локте, любуясь своим спящим офицером. Провела пальцем по лбу, носу, очерчивая профиль, как в детской игре "лес, поляна". Николай заворочался, но не проснулся. Во сне поймал её руку и поцеловал пальцы, потянул к себе. Аня, поддавшись, приникла к нему. И вот вновь она лежит на его груди и слушает стук сердца. Только бы не проснулся! Ибо это всё усложнит. Но как же не хочется уходить! В горле застряли комком невыплаканные слезы.
Николай прижал ее к себе ближе, обнимая. Уткнулся носом куда-то в затылок. Рука в руке. Остаться бы навечно вот так лежать – в темной и холодной комнате под одним на двоих одеялом, чтобы даже без растопленной печи было жарко от одной только мысли, что рядом любимый.
***
В следующий раз Аню разбудил стук в дверь. Это было странно. Прийти сюда? Девушка замерла, прислушиваясь. Может, показалось? Однако тихий, но настойчивый стук продолжался. Чтобы не разбудить любимого, осторожно выбралась из горячих объятий Николая, спрыгнула с кровати на ледяной пол и на цыпочках пробралась в переднюю. По пути в столовой торопливо напялила на себя сорочку, выдернутую из саквояжа. Зуб на зуб не попадал. В нетопленной комнате было зябко. Сдернула с кресла тёплую шаль, накидывая на плечи. Она уже была у самой двери, когда стук резко оборвался. С той стороны послышались шаги. Аня поспешила открыть дверь и вгляделась в темноту лестничного пролёта. Тишина. От стучавшего и след простыл.
- Хм... - Сорвалось с её губ.
Аня хотела уже закрывать массивную дубовую дверь, как вдруг на пороге заметила коробку. Сделана она была из картона и скорее всего являлась тарой для леденцов. Только вот кто мог посреди ночи принести под дверь квартиры, в которой ещё вчера никто не проживал толком, коробку монпансье, и раствориться в воздухе, словно его и не было.
Аня знала только одного человека, который обладал подобными талантами. Но лучше бы это был не он. Осторожно, словно бомбу, Аня взяла коробку в руки. Даже дышать перестала. Босые ноги замёрзли стоять на холодном полу. Ещё раз осмотревшись и так и не дождавшись появления курьера, она тихонечко прикрыла дверь, прошла в столовую и села за стол. Коробка стояла перед ней на столешнице. Открывать её было страшно. Кто знает, что там может быть? Решилась, наконец, и несмело приподняла крышку, сглатывая комок. Под крышкой в коробке, предназначенной для конфеток монпансье лежал смартфон. Её старенький телефон, который так глупо сдох в первый её вечер той судьбоносной поездки в Питер. Подумалось, что это было словно в другой жизни. Если бы телефон тогда не разрядился, она бы никогда не попала сюда. Уехала бы к однокурснику Владу на окраину города в новый ЖК, чтобы переночевать. И никогда бы не пережила столько всего, не встретила бы самого вредного, но и самого лучшего в мире мужчину, который сейчас мирно сопел в соседней комнате. Аня украдкой обернулась, бросила на спальню быстрый взгляд и достала телефон. Он точно принадлежал ей, вот и вмятинка на корпусе имеется. Это "ранение" телефон получил, когда свалился на ступеньках офиса и ударился о металлическую решётку.
Аня нажала на кнопку и подержала несколько секунд. Экран замерцал, аппарат включился. Заряд был полон, но сеть отсутствовала. Немудрено, усмехнулась, откуда же тут сеть? Девушка ввела привычный графический ключ и разблокировала смартфон. С заставки на неё смотрела улыбающаяся она сама с книгой под мышкой. На голове шапка, руки спрятаны в варежки.
Аня вспомнила, как они собирались с одногруппниками на прошлую встречу зимой и перед тем, как войти в кафе, Влад резко повернулся и запечатлел ее. Получилось смешное фото на память. Там она ещё не представляет, что ждет ее в будущем. Беззаботно живёт себе и радуется каждой книге, купленной в букинистическом магазине и на блошином рынке. А ещё на заставке была свежая дата - 20 ноября 2022 года. И Аня окончательно залипла, соображая каким образом телефон попал в начало XX века. Принести его сюда мог только один человек – Цыган. Это было понятно. Только вот зачем? Что он хотел этим жестом сказать? Намек, что ей пора возвращаться? Аня полистала приложения, галерею. Аппарат казался совершенно чужим, инородным предметом. Вдруг обнаружила в мессенджере непрочитанное сообщение от мамы. Она спрашивала, куда Аня пропала и почему не звонит, не пишет. Это взволновало ее. Там, в далеком необозримом мире была ее живая и настоящая мама, по которой на самом деле Аня очень соскучилась.
На дне коробочки мелькнуло что-то белое. Девушка поддела пальцем и вынула оттуда листок бумаги. На нем красным фломастером жирно была начертана записка. Торопливо прочла.
«С тобой оказалось сложнее, чем с дядькой. Потому предлагаю тебе сделку. Я оставляю в покое бравого офицера,
