в покоях принца, - Всего лишь сильная кровь, которой он пока не научился управлять, - продолжил незнакомец, чьё лицо было скрыто под глубоким капюшоном дорожного плаща.
- Кто ты? – настороженно спросил Кастиен, давая знак церковникам незаметно окружить вторженца.
- Тот, на ком не сработают подобные жалкие попытки пленения, - уклончиво ответил вторженец, намекая на кольцо стражи и священников, - Стоило задать другой вопрос. Каким образом я мог бы помочь юному принцу.
- За два дня, прошедших с момента битвы, мы уже приглашали многих, кто мог бы помочь. Ни один не дал хоть сколько бы внятного ответа.
- Многих, но не всех.
- Ты... можешь ему помочь? – перебивая собравшегося ответить Кастиена спросил Реджинальд. Император сильно ослаб, но всё равно старался стоять прямо.
- Могу, - кивнул незнакомец. Шаг – и он наклонился над кроватью Аркона.
- Да... сильно ты перенапрягся, - прокомментировал увиденное гость и острым когтем одной руки надрезал палец второй, - Откроем ротик, - пробормотал под нос он, - И капли должно хватить, - капля крови неизвестного упала в рот ребёнка, прежде чем кто-то успел помешать его действиям. Кастиен уже хотел отдать приказ об аресте странного человека, когда заметил, что Аркону становится лучше: мальчик уже не дрожал, крылья крайне медленно, но втягивались в тело, а чешуя постепенно рассасывалась.
- Ну вот и отлично, - довольно потёр руки незнакомец и направился к выходу.
- Что ты хочешь?
Гость удивлённо остановился на пороге и увидел требовательный взгляд императора.
- Зачем мне что-то от Вас, Ваше Величество?
- Потому что обычно никто ничего не делает даром.
- Скажем так, я помог в знак признательности за защиту моего творения. Считайте это приветом дальнему родственнику, - из под капюшона насмешливо блеснули золотом змеиные глаза и неизвестный мужчину вышел в коридор, громко хлопнув дверью. Выбежавшая за ним стража никого не обнаружила. Коридор был пуст, а два рыцаря, охранявшие покои принца снаружи, крепко спали, прислонившись к стенке.
***
Огромное, сверкающее белёсой чешуёй тело поверженного дракона покоилось на полуразрушенных улицах. Шея его располагалась перед самым дворцом, своим падением немного попортив фасад. Головы не было. Её переместило вспышкой портала и эта же вспышка путём усекновения головы оборвала жизнь древнего существа. Неизвестный мужчина в плаще с глубоким капюшоном прогулочной походкой вышел из дворца. Его не замечали, будто бы человек был невидим для остальных. Того, впрочем, нисколько подобное не заботило. Он подошёл к телу некогда величественного луна и положил сверкнувшую когтями руку на одну из огромных - больше его головы - чешуек.
- Прощай, старый враг. Ты был достойнейшим из противников, - склонив голову произнёс он, - Жаль, что я прибыл так поздно. Может мы и смогли бы сразиться. В последний раз.
Таинственный гость обернулся на восток. Туда, где в вышине чуть подёргивалось рябью небо.
- Нужно готовиться. Скоро они появятся, - произнёс он понятные ему одному слова, после чего истаял, будто бы никогда и не существовал. Только в небе на востоке на миг сверкнула яркая вспышка, но тут же пропала, поглощённая утренним солнцем.
***
Дэ Руц очнулся в долине, наполненной огромным количеством прекрасных белых цветов. Понимая, что привлекает лишнее внимание, дракон принял человеческую форму и только тогда заметил, что в его руке находится одно из самоцветных артефактных хранилищ наставника. Содержимое не отличалось богатством. Внутри находилась духовная чешуйка сюаньлуна непривычно большого – с человеческую голову – размера и письмо. Развернув его, дракон вчитался в убористый почерк и по мере прочтения на душе становилось всё отвратнее, а в сердце разрасталась звенящая пустота.
Мой дорогой ученик. Если ты читаешь эти строки, значит я не успел завершить твоё обучение, порученное мне Советом. Кроме того это также означает, что я мёртв.
Мои силы давно на исходе и я чудом цепляюсь за этот мир, но хотя бы под конец моей долгой жизни, когда мой народ почти погиб, я хотел передать свои знания достойному. Тому, кто останется после нас, пережитков истории. Тому, благодаря кому нас не забудут, не предадут забвению.
Я искренне надеюсь, что тебя минует та война, что разразится вскоре. Потому что в ней не будет победителей. Мы все проиграли ещё тогда, когда мир, каким мы его знали, рушился, а Безумный Император своей последней волей насильно заставил нашего нынешнего предводителя закончить войну на уничтожение. Он убьёт себя, повязанный клятвой крови, и мы все последуем за ним. Ты - наша единственная надежда.
Прошу, не гневайся на моих убийц. Они поступили правильно. Я не хочу стать свидетелем окончательной гибели моего народа. Пусть даже ценой своей жизни.
P . S . Я приложил к письму мою последнюю духовную чешую. Воспользуйся ею с умом. И помни – ни в коем случае не забирай из неё силу напрямую. Иначе она может обратить тебя в нежить. Драконы-личи никогда не были счастливы в своём посмертии. Так или иначе, я счастлив был быть твоим учителем.
Горячая слеза прожгла краешек бумаги. Дэ Руц удивлённо приложил руку к щеке - она была мокрой. На глаза попался заново отросший мизинец и молодой дракон, что-то для себя решив, рубанул по нему когтями правой руки. Второй мизинец постигла та же участь.
- Я запомню Ваши наставления, Мастер, - сказал чилун, особо не надеясь быть услышанным, - Но, боюсь, я уже избрал свой путь. Простите меня – я не смогу принять Вашу смерть, - дракон поплотнее запахнул края своего одеяния и направился туда, куда вело чутье. Самоцвет с чешуйкой он прихватил с собой.
***
В центре огромной области, называемой людьми Дардским катаклизмом вечно бушевали бури. Огромные торнадо постоянно стояли на одних и тех же позициях, раскручивая в своих руках обломки скал
