id="id38">
Часть седьмая
Ноябрь 2021 года
Глава 32. Молли
До Дня благодарения остается двое суток, и я чищу и мою свой дом, где постоянно царит беспорядок. Мне всегда приходится прилагать уйму усилий, чтобы привести в порядок дом к появлению Сета, который даже носки складывает ровными прямоугольниками. Их можно выложить стопкой! И еще у него имеется отдельная щетка для чистки между зубами. После пяти месяцев встреч и полетов друг к другу я уже по большей части не реагирую на его вопли. А он начинает орать при виде крошек и имеет привычку отмывать до блеска мойку у меня в кухне. Но сейчас мы впервые собираемся вместе провести праздники, и я хочу, чтобы все прошло идеально.
Я делаю перерыв, чтобы проверить почту: все жду обратной связи от отца и его директора по поводу последней версии «Попался!». Я отправила сценарий несколько недель назад и пока не получила никаких замечаний. Директор, Скотт, обычно отвечает сразу же.
А от этого молчания мне становится не по себе.
Ничего нет, за исключением писем по поводу других, гораздо более мелких проектов, над которыми я работаю, поэтому я принимаюсь за ненавистную работу – мою полы паровой шваброй.
Звонит телефон, это Деззи, и я бросаюсь к аппарату, чтобы поплакаться в сочувствующее ушко, рассказать о том, как боюсь осуждения самого гигиеничного на свете мужчины.
Но она рыдает.
– Боже мой, моя дорогая, что случилось? – спрашиваю я.
Она не отвечает. Я слышу звук – похоже, она задыхается.
В первую очередь я думаю про Сета. Они оба в Чикаго. Может, с ним что-то случилось, а ей поручено сообщить мне? Теперь мы стали так близки, и каждый день у меня перед глазами мелькают видения, будто я его теряю. Падает самолет. Автокатастрофа. Недиагностированная сердечная патология. Так много всего может ударить в любой момент и забрать у меня эту нежданную радость.
– Деззи! – кричу я. – Что случилось? Ты меня пугаешь.
– Роб, – задыхаясь, выдает она.
Я мгновенно чувствую облегчение, и мне тут же становится стыдно. Какие бы ужасные вещи ни стали поводом для этого звонка, дело не в Сете. Чувство вины накатывает на меня огромной волной из-за такой реакции на истерику моей лучшей подруги. Я вижу новые ужасающие варианты. Я думаю про ковид. Думаю про рак. Я опускаю пальцы на стол, хватаюсь за него, чтобы заставить себя говорить, а не свалиться из-за того, что у меня кружится голова.
– В чем дело? С ним все в порядке?
– Он уходит от меня.
– Погоди, что? Уходит от тебя?
Я уверена, что это мне послышалось.
Мне казалось, что Деззи может пойти на пользу отдых от Роба, который все продолжает свое превращение из бестолкового образцового мужа в странного, непредсказуемого, пропитанного алкоголем незнакомца. Но мне никогда не приходило в голову, что он может уйти от нее.
– Он обрюхатил какую-то женщину и подает на развод, – воет она.
Я смотрю на телефон так, словно он вдруг стал радиоактивным.
– Что за чушь? Роб изменил тебе?
– Да! С какой-то женщиной из магистратуры. Он сказал, что у них был легкий романчик, а поскольку теперь на подходе ребенок, ему нужно попытаться выстроить отношения. С ней.
Я могу думать только одно: нет. Нет, нет, нет. Это не может происходить с человеком, которого я люблю.
Не с Деззи, лучшей из всех людей.
Она должна вот-вот начать второй курс ЭКО. Они с Робом перезаложили свой дом, чтобы заплатить за процедуру. Я подозреваю, что ее желание иметь ребенка и есть та причина, которая заставила ее так долго с ним жить.
И еще она его любит.
Несмотря на то что в браке у них появилось столько сложностей, они много лет прожили в любви.
Я хочу лететь в Чикаго и вонзить нож ему в горло.
– Я умру, – выдыхает Деззи.
– Нет, умрет Роб. Потому что я его убью.
Но я прикусываю язык, потому что сейчас Деззи нужно услышать нечто совсем другое.
– Нет, моя сладкая, не умрешь, – говорю я. – Все будет хорошо. У тебя есть мы с Элиссой, твои родители и все твои друзья. Мы все тебя очень любим и будем с тобой рядом, будем тебя поддерживать на всем пути, что бы ни случилось.
Еще только произнося эту фразу, я понимаю, что этого может быть недостаточно. Моей матери потребовалось много лет, чтобы снова склеить себя после ухода отца. Два десятилетия, чтобы поверить другому мужчине.
Когда человек, с которым ты жила так долго, отворачивается от тебя и превращается в нечто неузнаваемое, ты начинаешь задавать себе вопросы. Что ты упустила? Что ты сделала? А если такое случилось один раз, может ли оно повториться? Что мешает?
– Я не знаю, что делать, – хрипло произносит Деззи. – Он просто ушел, Молли. Он взял большую спортивную сумку и ушел. Вот так просто.
У меня из памяти всплывают воспоминания. «БМВ» моего отца выезжает с подъездной дорожки. Я стою во дворе перед фасадом дома и рыдаю, умоляя его не уезжать. Я думаю, что происходящее не может быть реальностью. Я молюсь, чтобы он увидел мое отчаяние, осознал свою ошибку и развернул машину.
Он этого не сделал.
Они так не делают.
Они просто разбивают вам сердце и уходят.
У меня трясутся руки.
– Дез? – снова начинаю говорить я, пытаясь, чтобы мой голос звучал спокойно ради подруги. – Послушай меня. Я точно знаю, что нужно делать. Во-первых, у тебя есть травяной чай? Ромашковый?
– Чай? – воет она. – Какого черта, Молли?
– Процессно-ориентированные задачи успокаивают! – заявляю я ей. Долгие годы психотерапии все-таки пошли мне на пользу. – Сейчас ты заваришь себе чашку чая, и мы с тобой обговорим все в деталях. Ты можешь это сделать?
– Да, – говорит она после долгой паузы. – Наверное.
– Хорошо. Я подожду. Поставь меня на громкую связь.
– Сейчас. Подожди.
Я слышу, как она суетится на кухне. Течет вода, потом ее электрический чайник издает сигнал. Я слышу, как она плачет.
– Хорошо, я заварила этот дурацкий чай.
– Молодец! Я теперь ты должна вдыхать пары чая, держа чашку в руках, пока я считаю до пяти. Хорошо? Глубокие вдохи, глубокие выдохи из живота.
– Мне следовало позвонить Элиссе.
– Обещаю: это поможет. Глубокие вдохи и выдохи. – Я показываю, как дышать, и одновременно считаю. – Один. Два. Три. Четыре. Пять.
Я слышу, как она повторяет вдохи и выдохи за мной. Снова считаю. Мы делаем это снова и снова, пока Деззи не прекращает плакать.
– Хорошо, –
