отречься от своего больного, самовлюблённого, гордого умничанья. В известном смысле, уму необходимо стать безумным, смириться и покориться Духу Святому. Иначе человеку не спастись. Об этом горе (своём — моём) от ума спел Виктор Цой.
Святые говорят и о молитве при молчании ума, о молитве духом, без слов. Итак, ум как одна из сил, или свойств человека, не покорившийся духу, приносит горе. Умом и бесы веруют, но дух свой не желают покорить Богу. Есть и бесовская «мудрость», по слову апостола Иакова, но эта «мудрость» не мудра, по причине противления Богу. (См. Иак. 3:15).
«Все, надеющиеся на себя (свой ум), — пали», — говорят святые отцы. Один из выдающихся славянофилов, недипломированный богослов А. И. Хомяков, дал очень глубокую формулировку понятия Церкви: «Церковь есть единство разумных творений, покоряющихся Благодати Святого Духа». Итак, Виктор Цой поёт: «Еоре от не преображённого послушанием Богу, не покорившегося Духу Святому ума».
Не печалься, гляди веселей.
Это ободрение от Духа Святого, исполненного обещанием веселия духовного тому, кто стремится творить волю Божию. Слово «веселие» происходит от слияния корней слов «ведать» и «селиться». Христос, укрепляя своих учеников, сказал: «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать, и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах» (Мф. 5, 11–12).
И я вернусь домой.
Виктор Цой говорит уверенно о возвращении домой, как и апостол Павел: «А теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь» (см.: 2 Тим. 4, 8). Дом, конечно, Небесный. Дух человека, ищущего Истину и служащего по силе своей Истине, иного дома не знает, к иному Дому не стремится. «Ибо не имеем здесь (на земле) постоянного града (города), но ищем будущего» (Евр. 13, 14), — пишет апостол Павел.
Со щитом, а может быть, на щите.
Виктор Цой предаёт себя всецело в руки Божии, не указывая, не умничая перед промыслом Божиим — быть ему со щитом, или на щите. Здесь тот же вопрос, как и в песне «Кукушка»: «Камнем лежать или гореть звездой?»
Он поёт, как бы рассуждая вслух. С духовного поля боя он вернётся домой со щитом или на щите. Щит, в духовном смысле, — это рассудительность и молитва с верой в помощь Божию. Воины в свой стан возвращались со щитами, пристёгнутыми ремнями на спине, или их убитыми несли на их же щитах выжившие братья по оружию. О том, что Виктор Цой вернётся Домой на щите, он спел в своей песне-эпитафии «Легенда»:
В сети связок (голосовых, горловых) комом
в горле теснится крик,
Но настала пора, и тут уж кричи — не кричи
(последний выдох умирающего человека).
Лишь потом кто-то долго не сможет забыть,
Как, шатаясь, бойцы о траву вытирали мечи…
Он извещён о том, что умрёт не как старик на домашней постели, но как бы в разгаре боя, умрёт внешне и внутренне (духовно в Боге) молодым.
В серебре, а может быть, в нищете.
Здесв продолжение смирения пред промыслом Божиим. Виктор Цой поёт премудро, объявляя нам, что для Отца Небесного и всего Неба нет разницы, каким вернётся духовно верный Богу человек: в серебре или в нищете. В «серебре» идут те, кто устами говорит словами Священного Писания, зная его. В нищете идут те, кто «своими» словами говорит Истину, открытую их сердцу, говорят не от внешнего образования (благодать даётся не за дипломы).
Церковь констатировала святость многих людей, напрямую, внешне не знавших Священного Писания, да и вообще людей неграмотных (не могущих читать грамоты): такие как преподобная Мария Египетская, преподобный Павел Препростый, множество древних пустынников, множество мучеников, людей, вообще не имевших книг Священного Писания.
Одно дело — внешнее образование, и иное — внутреннее. Здесь скрыто указание на иное Слово Господне, на иного Утешителя, на вещание Духом Святым — его можно сравнить с «золотом» непосредственно к сердцу (духу) человеческому а не к внешнему слуху — «серебром».
Свои песни Виктор Цой именует нищетой, по сравнению с прямым Словом Божиим. Но ему Цою, полезнее говорить о Боге именно так, как он пел. Классической и академической проповеди молодёжь бы не приняла, так как устала от идеологического насилия советской пропаганды, стремящегося «штампами» формировать мышление граждан страны.
В Псалтири (см.: 11, 7) есть слова, которые стали особым возгласом перед чтением Евангелия на богослужении, называемом утреня. «(Внешние) Слова Господа, слова чистые, подобные серебру, очищенные семикратно». Число семь — символ совершенства.
Руду дробили и выплавляли металлы многократно, чтобы очистить от примесей пустой породы, отделить от шлака. Но почему слова Господа названы серебром, а не золотом, «солнечным» металлом, который у всех развитых народов ценился больше серебра?
Ковчег Завета, Херувимы, сосуды, утварь, жертвенник были из золота или окованные золотом. Также и ворота, потолок и стены Ветхозаветного храма изнутри были покрыты золотом, но, повторюсь, почему слова Господа — серебро? Отвечу. Здесь скрыто указание на иное Слово Господне, на иного Утешителя, на вещание Духом Святым — «золотом», непосредственно к сердцу (духу) человеческому, а не к внешнему слуху — «серебром». В книге «Откровение», или «Апокалипсис», есть слова: «Советую тебе купить у Меня золото, огнём (Святого Духа и испытаниями) очищенное…» (см.: Апок. 3, 18).
Формальные слова Священного Писания, наставления святых отцов и матерей есть только «дорожные серебряные указатели». Христос сказал ученикам о недовмещённости своих слов из-за плотского состояния слушающих, применительно с их духовным бессилием.
Христос прямо говорил: «Ещё многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить» (Ин. 16, 12). «Утешитель же, Дух святой, Которого пошлёт Отец во имя моё, научит вас и напомнит вам всё, что Я говорил вам» (Ин. 14, 26). В великом каноне преподобного Андрея Критского мы слышим: «Отец глаголет (говорит), и Сын, и Божественный Дух».
Святые молились выше слов, но нам оставили «указатели» в виде «словесных конструкций», способных дать правильное направление для ума тех, кто взыщет спасения и богообщения. Они имели только два средства передать нам свой опыт:
1) Молитва за учеников и нас с вами.
2) Записать в словесной форме, или дать своим ученикам сделать это, те умственные указали, которые могут вместить читающие. Дать те слова, которые наиболее способны на человеческом языке донести и отчасти отразить состояние их
