пробурчал я, вспоминая стеллажи книг по юриспруденции в корпоративном архиве, свою «интеллектуальную контрабанду» из газет и журналов, которые читал в обеденный перерыв, и забавную старушку-архивариуса, миссис Гарфилд, которая подкармливала меня домашней выпечкой и подсовывала именно те книги и подборки статей, что мне были нужны.
— Алекс! Я ведь и уволить могу! — пригрозила мне Мишель.
— Опрометчиво, — хмыкнул я.
— Опрометчиво? — удивилась блондинка. — Ого! Кто-то тут у нас выучил новое слово?
— Угу. Уволишь меня — потеряешь сразу всё: и лучшего в своей жизни помощника, и ценного клиента, и лучшую подругу…
— Энджи тут при чём? — непонимающе сморщила лоб Мишель.
— А как ты ей объяснишь моё увольнение?
— Fuck! Это удар ниже пояса! — усмехнулась блондинка. — Энджи меня точно сбросит с тридцатого этажа… Она мне в субботу все уши про тебя прожужжала! Алекс то, Алекс сё… Ещё и в гости звала, хотела похвастаться чем-то, но я так и не поняла, чем.
— В гости? — нахмурился я. — Похвастаться?
— Угу… Ладно, живи пока… Но к этому разговору мы ещё вернёмся, любитель почитать.
— Фух! — облегчённо выдохнул я.
— И хватит уже болтать! У нас работы выше крыши… — решительно поднялась Мишель с моего места. — Пойду поговорю с руководством, пусть снимут с нас часть рутиной работы и готовят документы по Хендерсону…
— Слушай, Мишель… — окликнул я в спину свою будущую наставницу по юриспруденции. — А Ричард Хадсон, основатель нашей фирмы… Он действительно твой отец?
— Что? — обернулась девушка в дверях. — Нет, конечно! Был бы мой отец основателем одной из крупнейших юридических контор в Лос-Анджелесе, я бы не гнула круглыми сутками спину над бумажками в тесном и пыльном офисе, — хмыкнула блондинка, покачала головой и через секунду исчезла за захлопнувшейся дверью, оставив меня в кабинете одного.
— Не такой уж он пыльный и тесный… — пробормотал я.
* * *
Большая, просторная переговорная на 30-м этаже сотрясалась от эха властного голоса, раскатывающегося по конференц-залу. Большой овальный стол, десяток сотрудников в дорогих костюмах, фарфоровые чашки ароматного кофе, блокноты, папки и блестящие шариковые ручки с гравировкой «Hudson, Blackwell Pierce»…
По ковровой дорожке, заложив руки за спину, нервно расхаживал Ричард Хадсон — основатель, старший партнёр, живая легенда и головная боль любого, кто осмелился даже косо посмотреть в сторону его многочисленных клиентов. Чем-то неуловимо похожий на актёра Дона Джонсона, властный, уверенный, умный и хладнокровный, словно стая гиен на охоте. С лёгкой сединой на висках, с гладко зачёсанными назад волосами и лицом, излучающим одновременно и насмешку, и презрение, и ту самую шаловливую, головокружительную харизму, которая заражала подчинённых и заставляла их сворачивать горы ради своего босса.
Поговаривали, будто даже его тень носит «Армани» и пахнет «Шанелью»…
— Итак, дамы и господа, — медленно произнёс Ричард «Дон Джонсон» Хадсон, остановившись у огромного окна с видом на весь Лос-Анджелес и повернувшись к присутствующим лицом. — Мозговой штурм. Нам нужно решение. Креативное, чёткое, дерзкое! Что-то, что вытянет эту чёртову ситуацию за уши из болота, в которую вы её и загнали. Пальцы вверх, кто готов блеснуть?
Люди в зале нерешительно переглянулись и опустили глаза в пол, надеясь, что Хадсон не заметит их присутствия.
— Мы могли бы… э-э… воспользоваться 17-й поправкой в контексте прецедента Бреннер против Стаффорда, — нерешительно поднялся с места мистер Трейси, старший юрист с пятнадцатилетним стажем.
— Что⁈ — заорал Хадсон так, что у Трейси на лбу выступил пот, а в правом глазу лопнул капилляр. — Ты серьёзно⁈ Это предложение? Это ваше великое «решение»⁈ Вы только что заставили мои мозги стекать по стенке! Бреннер против Стаффорда⁈ Это было бы гениально… если бы мы жили в 1983 году! Кто вас всех вообще нанял⁈ У меня было прекрасное настроение, Трейси. Прекрасное! Но ты умудрился испортить даже его!
Трейси съёжился и растерянно опустился на своё место. Хадсон выдохнул, сделал глубокий вдох, улыбнулся своей голливудской улыбкой и весело хлопнул в ладоши:
— Ну же! Ещё предложения? Смелее! Никто не будет на вас орать или ругаться. Смелее, господа! Ты! — ткнул он через секунду пальцем в сторону другого конца стола. — Мартин, у тебя есть идеи?
— Мы могли бы попробовать обратиться к независимому арбитражу и… — пробормотал симпатичный юрист в дорогом деловом костюме без галстука.
— Да чтоб тебя, Мартин! — рявкнул Хадсон. — Арбитраж⁈ Ты в своём уме⁈ Да у них там процессы длятся дольше, чем беременность у слона! У меня внуки жениться успеют к тому времени, как они примут твои бумажки! Что это вообще за уровень мышления⁈ Вы — юристы! — обвёл Хадсон тяжёлым взглядом собравшихся за столом людей. — А мыслите, как бухгалтер на пенсии!
Ричард шумно выдохнул, прошёлся вдоль стола, похлопал по спине вздрогнувшего от его прикосновения пожилого юриста и снова произнёс добродушным тоном:
— Давайте, давайте! Не бойтесь, предлагайте! Я никого больше не буду ругать. Честно! — почти искренне пообещал Хадсон.
— А может, просто… послать им цветы? — с улыбкой произнесла миссис Бетани Лоу — молодая блондинка, обладательница фигуры модели, с заметно выделяющейся под полупрозрачной кофточкой пышной грудью в белом кружевном бюстгальтере, и IQ чуть выше комнатной температуры. — Ну… как жест доброй воли… С записочкой…
— С записочкой? — уточнил Хадсон, нахмурив лоб.
— Да, — подтвердила девушка. — С извинениями. Может они готовы к мировой, но мы просто не знаем. Нужно прозондировать почву и посмотреть, что они ответят и как.
В конференц-зале повисло тягостное молчание, нарушаемое лишь звуком потолочного вентилятора, взбивающего большими лопастями тяжёлый воздух. Все замерли. Кто-то взялся за сердце. Кто-то закрыл глаза. Кто-то перестал дышать, ожидая очередного взрыва от босса…
Хадсон застыл на секунду… затем его лицо смягчилось, и мужчина расплылся в широкой, почти отеческой улыбке.
— Блестяще! Браво, Бетани! Вот что я называю нестандартное мышление! Вы слышали, коллеги? Учитесь! Вот это — идея! Настоящее решение! С человеческим лицом! — Ричард демонстративно громко несколько раз хлопнул в ладоши, окинув презрительным взглядом всех остальных юристов. — Всё, на этом закончим! Спасибо за мозговой штурм — все свободны… — хмыкнул именной партнёр компании, глядя, как торопливо собираются и один за одним покидают офис его подчинённые. — Бетани, останься, пожалуйста! — произнёс Хадсон, заметив поднявшуюся и тут же снова опустившуюся на место девушку. —
