шальной и с покрасневшим от ветра лицом, а мне досталось какое-то солнышко с уточками. На что-то более опасное меня муж не отпустил, сказав, что беременным адреналин вреден.
Я и не спорила. За прошедшие годы мне хватило адреналина по самую завязку! Теперь я хотела наслаждаться спокойствием.
Потом была кафешка, тортик, небольшие подарки. А вечером мы, уставшие и счастливые, наконец приползли домой. Семейство ушло в гостиную, намереваясь посмотреть какой-то популярный мультфильм, а я, воспользовавшись минутным затишьем и тем, что на кухне кроме меня никого не осталось, позвонила Ане.
— Как он отреагировал?
Она первая узнала о моей беременности и была в курсе того, что я готовлю мужу сюрприз на Первое Сентября.
— Достойно. Почти не испугался.
Мы рассмеялись.
— Я так за вас рада, — вздохнула подруга, — вы заслужили это счастье.
— Спасибо. Будешь крестной?
— Ты ещё спрашиваешь? Конечно, буду!
— А Кирилл отпустит?
— Куда он денется? — хмыкнула она, — ворчать, конечно, будет, но я как-нибудь переживу эту неприятность.
После того, как они уехали в соседний город, связь поддерживали только мы с Аней. Кирилл зверел от одного упоминания Руса, а я для него превратилась в пустое место. Он был бы очень рад, если и Аня перестала со мной общаться, но, к счастью, в этом мире есть что-то гораздо более важное, чем чье-то недовольство и обида. Это дружба, выдержавшая на своем пути очень многое.
— У вас-то как дела?
— Ой, не спрашивай, — отмахнулась она, — у Кира новый проект, которым он горит. Весь мозг мне уже вынес.
Лишившись прежней фирмы, Смирнов начал свое дело. И у него даже неплохо получалось. Как ни крути, а голова у Кирилла на плечах была, опыта тоже предостаточно. Он учел прошлые ошибки и начал строить новое, пусть не такое большое, как прежде, но уже приносящее результат. И что самое главное – Кир был там единоличным хозяином. Сбылась его давняя мечта.
И пусть вместе, в одной компании нам больше никогда не собраться, но я все равно была за него и за то, что он наконец взялся за ум.
Мы ещё поболтали, а потом я пошла в гостиную, где Руслан вместе с детьми смотрел какой-то фильм. Остановилась на пороге и, прижавшись щекой к косяку, смотрела на них, чувствуя, как замирает сердце от нежности и любви, и затапливает нескончаемая благодарность судьбе за каждую секунду, проведенную с ними.
Наконец, муж заметил меня и нахмурился:
— Ты чего там стоишь? Иди к нам.
— Иду.
Стоило мне опуститься на диван, как Рус сгреб меня в охапку, буквально уложив себе на колени, а дети тоже подобрались поближе.
И так мне тепло стало. Так светло.
Рядом со мной были те, кого я любила больше жизни. Мужчина, с которым пришлось пройти непростой путь от любви до ненависти и обратно. Наше солнышко Дарина. Егорка, которой был нам как родной сын, и ещё одна маленькая жизнь внутри меня.
Что ещё нужно для счастья?
ЭПИЛОГ.
Увы, от такого исхода счастливы были не все.
Когда Лера узнала, что сестра во второй замуж вышла замуж за Адашева, и что у них есть общий ребёнок и ещё один на подходе, её чуть не разорвало.
Она орала в голос и била посуду, разрываемая несправедливостью. Почему одним все, а другим ничего? Почему у этой твари Ланочки жизнь выстлана красными ковровыми дорожками, а ей самой приходилось перебиваться объедками с барского стола?
Кто-то скажет, что Лана училась, работала не покладая рук, всю жизнь старалась, чтобы чего-то добиться, но Валерия точно знала в чём дело. В чертовом везении! Только и всего! Сестре просто всегда везло оказываться в нужном месте и в нужном времени. С мужиком и то повезло!
Самой Лерке вечно неудачники какие-то доставались. Тунеядцы, которые только пузо на диване умели отращивать и ждали, что она их на своем горбу в сытое будущее перетащит. Или дураки. Или пустомели. Да из ее мужиков можно было бы составить целую цирковую труппу. Там и клоуны, и акробаты, и тухлые мимы-приспособленцы.
И дело, конечно, не в том, что она сама никогда не стремилась к чему-то большему. Не в том, что не любила учиться, а на работе предпочитала скидывать с себя ответственность и по возможности не напрягаться. Не в том, что не занималась саморазвитием. Не в том, что не любила читать, и не слишком верила в то, что вежливость – это красиво и нужно.
Конечно, же нет!!
Всё дело в проклятом везении. И в том, что родители Лане отсыпали этого везения гораздо больше, чем самой Лере.
Она вообще была уверена, что во всех ее бедах виноват кто угодно, но только не она сама. Даже дочь и та отличилась, поднасрала.
Вот, казалось, всё ей на блюдечке с голубой каемочкой преподнесли, рассказали, как делать, что делать, когда делать, чтобы выйти в дамки, и чтобы до конца дней ни в чём не нуждаться. Ни ей самой, ни матери.
Так нет же!!
И тут досталась бестолковая курица, которая не смогла справиться с таким простым заданием, как увести мужика у зажравшейся тетки.
Вот казалось бы, что проще? Молодая, красивая, свежая – ляжки раздвинь, залети, роди, привязав к себе ребёнком покрепче, и все! Дальше только сиди с открытым ртом и жди, когда тебе сами туда все положат.
Однако Юлька облажалась по всем фронтам.
Сначала она порадовала мать новостью о том, что удалось забеременеть от Руслана, но, когда Лера уже планировала, как выселит Лану из квартиры, как заживет, наконец, той жизнью, которой достойна, все пошло снова пошло наперекосяк.
Юлька не смогла заинтересовать Руслана настолько, чтобы он переключился на нее и забыл про свою дурацкую жену. Мало того, что не переключился, так ещё и беситься начал, всеми силами отталкивая от себя. А Юля, дура, вместо того чтобы найти подход, лаской, терпением и, если того требовала ситуация, и жалостью, взяла и все испортила, начав показывать характер. Говнялась по мелочи, ещё больше настраивая Адашева против них.
Потом он уехал, разорившись под чистую, а Юлька взяла и оставила сына матери:
— Ты же хотела, чтобы я от него родила. Вот теперь и возись!
Вот так Лера остались без всего. Без денег, без квартир, без нормальных алиментов, зато с вопящим ребёнком на руках. Хотела его скинуть Лане – ну а что? Ее
