Скарлетт захлопнула книжку и перевела дух.
— Ну что, почему вы остановились? — спросил мистер Спеншоу. — Разве там больше ничего нет?
— Есть, — едва слышно прошептала девушка.
— Тогда почему же остановились?
Скарлетт посмотрела учителю прямо в глаза и покраснела:
— Не знаю.
— Это поэт Джордж Герберт, — сказал мистер Спеншоу. — А вот еще одно стихотворение, уже из другой книжки. Я прочту вам его по памяти.
И учитель литературы начал читать. Читал он хорошо. Скарлетт быстро перестала слушать слова и следила только за общей музыкой речи. Она смотрела в глаза мистера Морриса Спеншоу, разгоравшиеся с каждым новым словом, на прядь волос, упрямо падавшую на высокий лоб…
Учитель внезапно перестал читать.
Скарлетт вздрогнула. Зашевелились и остальные девушки. Кто-то шумно вздохнул, кто-то отпустил шуточку.
Мистер Спеншоу окинул взглядом воспитанниц и сказал:
— А почему вы слушали эти стихи так внимательно? Почему, скажите мне?
Девушки снова затихли.
— Почему вы слушали стихи тех, кто умер уже давно? — продолжал спрашивать учитель. — Вы — девушки, которые за редким исключением были всегда далеки от поэзии, слушали, затаив дыхание… Так что, вы не знаете?
— Нет, — вырвалось у Скарлетт.
Мистер Спеншоу внимательно посмотрел на нее, но ничего не сказал.
— Тогда я вам объясню, — обратился учитель через несколько секунд ко всей аудитории. — Потому, что вы подсознательно чувствуете, что сами когда-то умрете и превратитесь в прах. Это ощущение сидит в вас, но вы, девушки, о нем не задумываетесь. Оно только иногда выходит на поверхность, заставляя, как сейчас, замолкать вас во время того как давно умершие поэты обращаются к вам.
Девушки слушали затаив дыхание. Что касается Скарлетт, то она продолжала смотреть на мистера Спеншоу во все глаза. Она даже была немного обижена на учителя, потому что он так увлекся своей речью, что перестал ее замечать. «Ну ничего, я тебе еще покажу», — думала Скарлетт.
— Подойдите сюда, — тем временем попросил Моррис Спеншоу.
Он указал рукой на стенку, где были прикреплены самые старые рисунки.
— Подойдите, подойдите, — повторил учитель, видя, что девушки мешкают. — Посмотрите на них внимательно.
Скарлетт смотрела на карандашный портрет девушки, сделанный самое малое сто лет назад и не понимала, что такого можно тут увидеть, чтобы заставлять два десятка девиц всматриваться в пожелтелый лист бумаги до рези в глазах.
— Эти девушки так похожи на вас, — сказал Спеншоу. — Между тем, их давно нет в живых…
Он сделал почти театральную паузу и продолжал:
— Но еще прежде, перед смертью, увяла их красота. От их любимых остались лишь мысли, но эти девушки при жизни служили поэтам источником вдохновения. И кто знает, что труднее — быть причиной гениальных творений или самим творцом.
Мистер Спеншоу сделал вторую паузу, и Скарлетт услышала как бьется ее сердце.
— Так, их уже нет в живых, — сказал учитель. — Но если вы прислушаетесь, то услышите, как они зовут вас!
Последние слова Моррис произнес, чуть понизив голос и от этого торжественного голоса, почти шепота у Скарлетт кровь качала стыть в жилах.
— Не бойтесь, прислушайтесь, — продолжал мистер Спеншоу. — Вы услышите, как они предостерегают вас шепотом. Наклонитесь, девушки. Не бойтесь, смелее!
Учитель литературы отошел от стены и стал за спинами притихших воспитанниц. Девушки почему-то даже сейчас сохраняли серьезность. Скарлетт окинула всех взглядом и поняла, что ей тоже не хочется превращать урок в шутку.
Она как и все чуть наклонилась вперед и сделала вид, что прислушивается.
И тут она услышала тихий шепот.
— Ловите миг… Ловите… Миг…
Скарлетт быстро оглянулась вокруг. Все происходящее напоминало ей рождественскую сказку, в которую учителю литературы почему-то захотелось поиграть с почти взрослыми девушками.
Хитрунья отличила, что прозвучал шепот самого учителя, который именно для этого и спрятался за спины воспитанниц. Но — удивительное дело! — девушки и сейчас не проявляли желания рассмеяться, хотя этого Скарлетт ожидала от некоторых, например от Тины Тейлор.
Как раз Тина и спросила:
— Ловите миг. Мистер Спеншоу, а что означают эти слова?
Все девушки повернулись к учителю литературы. Тот стоял смущенный.
— Ловите миг? — Моррис сделал вид, что задумался. — Это значит, мои дорогие и прекрасные леди, что нужно не упускать возможности и не тратить вашу жизнь по пустякам. Если вам и суждено превратиться в удобрение для цветов, то хотя бы оставьте после себя след. Дела. Или хотя бы мысли, что также оказывается зачастую не менее ценным. Сделайте вашу жизнь счастливой…
* * *
После урока литературы был большой перерыв. Девушки вышли на лужайку.
— Я что-то не поняла, — произнесла Барбара Форман, обращаясь как бы к самой себе. — Нам что, надо эти стихи наизусть учить?
Анна Сент-Уайт посмотрела на нее как на идиотку.
— Учитель литературы бился целый час, чтобы донести до тебя прекрасное. Эх, ты… Поняла ли ты что-нибудь? По-моему, нет!
Барбара скривила пухлые губы в недоверчивой улыбке:
— Какое прекрасное? Я действительно ничего не понимаю. С нами до этого так никто не разговаривал. Нас здесь готовят не к прекрасному, а к простой замужней жизни.
Скарлетт скривилась. «Так я со временем утрачу весь свой авторитет, — пришло ей в голову. — Они уже рассуждают о чем-то таком, что лежит от меня далековато. Но ничего… Надо брать бразды правления в свои руки!»
Девушка громко хлопнула в ладоши и произнесла:
— Так что? Собираемся у нас изучать прекрасное сегодня вечером?
Подруги переглянулись.
— Что касается меня, — важно сказала Молли Харрисон. — То я сегодня иду на ужин в одну семью.
— Ого! — воскликнула Скарлетт. — Ты становишься светской дамой!
— Как это — ты идешь в одну семью? — не поняла Барбара Форман.
— Ну, меня пригласили, — принялась объяснять Молли. — У матери в Фейетвилле живет подруга, миссис Криггс. Вчера она встретила меня во дворе, когда заходила к миссис Штикк. Оказывается они знакомы! И миссис Криггс пригасила меня сегодня вечером посетить ее семью. Сказала, что поговорит обо мне с хозяйкой пансиона, чтобы меня отпустили.
— И эта старая карга согласилась? — недоверчиво спросила Скарлетт.
— Представь себе! — со смехом кивнула Молли. — Только сказала, чтобы меня встретили и проводили назад в пансион. Потому что «воспитанницам не подобает показываться в вечернее время на улицах города»!
Молли так похоже передразнила манеру говорить миссис Хиггинс, что девушки рассмеялись.
— Мне кажется, что если бы хозяйкой была мисс Джонстаун, не видать тебе этого званого вечера, милочка! — сказала Клара Ковальски.
— О, не напоминай мне об этой старой деве, — поежилась Молли. — Она и так нам всем надоела.
— Да уж, — согласилась Клара.
— За мной должен зайти мистер Криггс, — продолжала Молли Харрисон. — Так что, подружки, вам придется провести этот вечер без меня.
Скарлетт с завистью посмотрела на симпатичную Молли.
— Ты будешь там танцевать, — заметала она.
— Естественно, — важно ответила мисс Харрисон.
— И уж точно, там будут молодые люди, — протянула Барбара Форман.
— Ты права, — кивнула Молли. — И я намерена показать, что в пансионе девушки не лыком шиты. Все-таки нас чему-то учили здесь целый год, и даже с хвостиком.
— Смотри, высоко держи звание воспитанницы миссис Хиггинс, — проговорила Тина Тейлор. — Уж не опозорь нас перед миссис и мистером Криггс…
Девочки засмеялись.
— Постой-постой, — сказала Скарлетт. — Значит, там будет и сама миссис Штикк?
— Наверное будет, — согласилась Молли.
Скарлетт весело посмотрела на мисс Харрисон.
— Тогда вам будет весело. У вас будет музыка. Миссис Штикк вас просто покорит.
— Только я не советую показывать, чему она тебя научила, Молли, — под общий смех сказала Марианна.
