Она слегка заерзала, чувствуя, как холод от камня просачивается сквозь брюки. Она сознавала, что напилась и поэтому ее потянуло на слезливую сентиментальность. Дейзи выпрямилась, стараясь взять себя в руки.
– У вас есть дети?
Он доел картошку, скомкал пустой пакетик и положил рядом с собой.
– У меня? Нет.
– Что, никогда не были женаты?
– Был, но, слава богу, без детей. И без них хватило неприятностей. Рыба с картошкой была отличная. Сто лет не ел ската.
Дейзи помолчала. Она смотрела на море и слышала только мягкий плеск волн.
– Что у вас случилось? – спросил он немного погодя.
– Вы о чем?
– Надо полагать, у вас не все шло гладко…
– Что? Э-э-э… Нет. Старая история, полагаю. Парень встречает девушку, у нее рождается ребенок, тогда он решает, что у него ранний кризис среднего возраста, и смывается на закате.
Джонс расхохотался, а Дейзи не знала, то ли радоваться, то ли ругать себя за то, что превратила трагедию своей жизни в фарс.
– Вообще-то, это несправедливо, – неожиданно для себя самой сказала она. – Он переживает сложный момент. Я не хочу… Он хороший человек. Только, наверное, растерялся. Многим мужчинам трудно приспособиться, когда жизнь так круто меняется. Разве нет?
Из темноты вышла собака, понюхала пустой пакет Джонса. Хозяин пса, проходя по тропе, отозвал его.
– Это вы с ним открыли бизнес? Даниель, кажется?
– Он самый.
Джонс пожал плечами и посмотрел на море:
– Не повезло.
– Больше чем не повезло. – Она произнесла это с такой горечью, что сама удивилась.
Последовала долгая пауза.
Ее передернуло от вечернего воздуха, и она обхватила себя руками. Шифоновая блузка – не самая теплая одежда.
– Тем не менее… – начал он с легкой, едва заметной в лунном свете улыбкой.
Сердце Дейзи подпрыгнуло, когда он протянул руку. А он всего лишь стянул у нее нетронутый кусочек картошки.
– …вы справляетесь. Похоже, вы справляетесь. – Он встал, потянув ее за собой. – Идемте, Дейзи Парсонс, выпьем с вами еще по одной.
* * *
Миссис Бернард стояла в пальто, когда они вернулись в дом. Джонс споткнулся в коридоре о строительный мусор.
– Я слышала, как вы шли по аллее, – сказала она, выгнув бровь. – Хорошо провели время?
– Очень… продуктивно, – ответил Джонс. – Очень продуктивно, не правда ли, Дейзи?
– Бьюсь об заклад, во время ваших деловых встреч в Лондоне вы не уминаете рыбу с картошкой, сидя на волнорезе, – сказала Дейзи.
Вторая бутылка вина превратилась из чрезвычайно плохой идеи в абсолютно необходимую.
– И не пьете алкоголя, – вставила миссис Бернард, разглядывая обоих.
– О нет, – возразил Джонс. – Вино там всегда есть, но другое… – Они с Дейзи переглянулись и начали хихикать. – Не совсем такой марки.
– Для того, кто счел вино паршивым, вы здорово набрались, – сказала Дейзи.
Джонс затряс головой, словно пытаясь прояснить ее.
– А знаете, винцо хоть паршивое, но крепкое. Я действительно немного опьянел.
– Вы пьяны. – В голосе миссис Бернард звучало осуждение. Но Дейзи было все равно.
– Я не пьянею. Никогда не пьянею.
– Да, – сказала Дейзи, подняв палец, – вы не пьянеете… Если только не глотаете в то же время таблетки от головной боли. В таком случае вы очень сильно пьянеете.
– О боже… – Джонс пошарил в карманах брюк и вытащил упаковку. – «Не принимать с алкоголем».
Миссис Бернард исчезла. Дейзи рухнула на стул, ломая голову, куда та делась. Наверное, пошла к Элли. Дейзи надеялась, что Элли не плачет: вряд ли ей удастся сейчас преодолеть лестницу.
– Приготовлю кофе, – сказала она, стараясь подняться.
– Тогда я пошла, – сказала миссис Бернард, вновь появившись в дверях. – Увидимся. Мистер Джонс. Дейзи.
– Э-э-э… Да-да, миссис Бернард. Еще раз спасибо. Я вас провожу.
Дверь тихо закрылась. Через секунду Джонс вернулся в комнату. Дейзи остро почувствовала его присутствие. Она не оставалась наедине с мужчиной с тех пор… С тех пор, как полицейский офицер переправил ее машину через Хаммерсмит-бридж. И это заставило ее тогда разрыдаться.
В комнате все еще пахло подсыхающей штукатуркой. В центре стоял диван, укрытый от пыли, горела единственная лампочка. Для строительной площадки, где шли полным ходом работы, здесь создалась неподобающе интимная атмосфера.
– Вы в порядке? – тихо спросил он.
– Все отлично. Сварю кофе, – сказала она и с третьей попытки все-таки поднялась со стула.
* * *
Почти треть чашки расплескалась между кухней и гостиной, но Джонс вроде бы не заметил, что ему досталось жиденькое пойло.
– Никак не найду ключи от машины, – сказал он, покачиваясь и все время похлопывая себя по карманам, словно ключи могли там вдруг объявиться. – Готов поклясться, я положил их на столик, когда мы пришли.
Дейзи оглядела комнату, стараясь удержать горизонтали на месте, но они все подпрыгивали, норовя лишить ее равновесия. С каждой минутой она все больше теряла устойчивость, а Джонс почему-то казался все более привлекательным, так что это даже вызывало тревогу. Впрочем, еще больше ее тревожила неспособность сохранять вертикальное положение.
– Я их не видела. – Она поставила чашку на заляпанный краской ящик.
– Мы же не выводили машину, да?
– Сами знаете, что не выводили. Возвращаясь, мы проходили мимо, и вы еще ее погладили, помните?
– Это все возраст, – пробормотал он. – Начинаешь видеть красоту в собственной машине. Так, глядишь, и до кожаных курток докатишься.
– И краски для волос. И юных подружек.
После этого он как-то притих.
Дейзи оставила его обыскивать комнату, а сама отправилась на поиски своего мобильного телефона, который пищал у нее в пиджаке. Так поздно никто не стал бы звонить. Только Даниель. Она размахивала пиджаком, пытаясь отыскать нужный карман, и почему-то испытывала при этом страх, не понимая, как это Даниель догадался, что у нее в доме мужчина.
– Алло?
– Это я. – (Дейзи сникла.) – Можете передать мистеру Джонсу, что я верну его ключи от машины утром. Нельзя ему сейчас садиться за руль, а вы не в том положении, чтобы говорить ему об этом. Вы его подчиненная. – (Дейзи сползла по стенке, прижимая телефон к уху.) – Я приду где-то около восьми. Бутылочки Элли в холодильнике.
– Но где он будет спать?
– Пусть прогуляется обратно до «Ривьеры». Или переночует на диване. Он уже большой мальчик.
