жизнь положить — только бы стать достойной его. Может, он будет любить меня любую — даже слабую и безталанную. Может все так и будет. Вот только я сама хочу большего. Я хочу стать силой, с которой будут считаться. Чтобы никто и никогда не смог нас разлучить с моим невозможным, таким хрупким пока счастьем. — Тогда... поужинаем? — Спросила тихо, стараясь пока не смотреть вниз. Под нами расстилались поля мягко разгорающихся цветов, каждый из которых мерцал серебристым неземным светом. Мясо было вкусным. И пусть эта пища считалась ужасно грубой в высшем обществе, а лук — и вовсе для низов, фу, запах! Никогда ещё я не чувствовала такого аппетита. — Ммм, дракона бы съела! — Промычала совсем непристойно, чуть не облизнув пальцы. — Я бы тоже... кого-нибудь съел, — шепот обволок, закружил, зачаровал...Весь мир заслонили собой драконьи очи, в которых жила голодная тоскующая чернота, которая ждала меня, жаждала меня, мечтала обо мне. Наверное, это был лучший вечер в моей жизни. Под негромкие разговоры, звон бокалов, обжигающие поцелуи. Мы впервые узнавали друг друга — без страха и масок. А потом... — Сейчас начнется, — шепнул Тиарграт. Жёсткие сильные пальцы обвили мою талию и легко усадили к нему на колени. Столик давно уже спустился вниз, а мы так и кружили мягко в воздухе, глядя на усыпанное звёздами небо. Его расцветили белесые сполохи. Затанцевали, сменяя один другой. Серебро перетекло в синь, синь — в густую фиолетовую вуаль, а она после сменилась мшистой зеленью. А когда поблекла и она, я ощутила всей кожей пронзающий пространство леденящий холод. Задрожала — и меня тут же укутали теплым плащом с шерстяной подкладкой. Но все это было сейчас неважным. И тепло шерсти, и дыхание у уха, и скрип плетеного кресла, и даже ярящийся порыв ветра. Неслышимая музыка заставила листья сорваться с деревьев, отплясывая свой танец. Закричала тонко птица в вышине, заухали совы. Все небо стало огромным призрачным залом. Там, на территории кладбища, в чарующем танце кружили призрачные силуэты. Высокие сильные мужчины и хрупкие женщины. Пары. Одна за другой. Бесконечно прекрасные. Безрассудно влюбленные. И у меня из глаз хлынули слезы — восторга и благодарности.
Глава 18. Нет покоя некромантам
В ночном небе над притихшей землёй вечномолодые призраки исполняли свой последний танец. Или первый, настоящий? Я зачарованно наблюдала за тем, как взлетают прозрачные юбки, мелькают ножки, раздается едва слышный смех-шепот. — Призрачный бал — удивительный праздник, который даровал проклятым душам их господин и владыка, Лорд Мертвых. — Негромкий голос дракона отвлек от любования. Покровитель некромантов? Да, он один из мрачных богов был на это способен. Но все мысли вылетели из головы, когда мужчина рядом приобнял меня, крепко прижимая к себе. — Это души тех, кто погиб, не отомстив за свою смерть. Тех, кто служил древним богам Души древних воинов и героев, души послушников и тех жрецов, что не пожелали уйти так просто. В этот день они встречаются со своими любимыми. Теми, кого когда-то оставили на земле...Пальцы мужа скользнули по моей ладони, рисуя невидимый узор и заставляя вздрогнуть от пробежавшего по коже тепла. — Это невероятно красиво, — прошептала тихо. По лицу текли слезы, но это бы хорошие слезы. Слезы освобождения и принятия. Что-то исконное и глубокое всколыхнулось во мне. Страха не было. Сдержанный и закрытый, этот мужчина рядом сейчас поделился со мной частичкой своей души — и ценнее ничего на свете не существовало. В темных звездных небесах призрачные души ушедших эпох как будто ожили на миг, на день, на долю секунды. Почти рядом с нами мелькнуло ярко-желтое платье совсем юной девушки. Она запрокинула голову и смеялась, а в глазах — теплых, живых, шоколадных, светилась любовь. В танце ее вел высокий мужчина с военной выправкой и холодными, жёсткими чертами лица. Острые уши, светлые длинные волосы убраны в косу, острый взгляд и... он держал ее бережно, как бабочку — свою партнёршу по танцу. Древнее диковинное одеяние, больше похожее на тогу — или, нет, скорее уж на большой халат с широкими рукавами, на ком-то смотрелось бы смешно — но только не на нем. — Аолэ Кай'йаттир. Верховный жрец бога печали Кориса. По преданиям до последнего вздоха защищал главную обитель своего Владыки и подорвал ее чистой силой, похоронив себя на камне силы своего бога, — словно не веря в то, что он видит, медленно произнес дракон, — кто девушка... я не знаю...Словно услышав, что мы говорим о нем, древний жрец вдруг обернулся. В узких ледяных глазах промелькнуло что-то неуловимое. А потом мужчина посмотрел прямо на меня. — Мы ещё встретимся, сестра. А ты, брат, не бойся и не печалься. Владыки смотрят на вас. Мы вернёмся. Я вернусь, — голос призрака — грубоватый, гулкий, резкий — вонзился в уши. А потом мужчина отвернулся от нас и что-то тихо прошептал своей спутнице на ушко, обнимая ее крепче за талию. Во мне вдруг возникло странное понимание, что эта девушка — живая. Ее не должно было быть здесь, на этом балу. Она действительно моя ровесница. Она юна и не имеет никакого отношения к героям древности. Ее тело ещё живо, но душу почему-то принесло сюда. Почему? Боги ли это устроили? Было ли это затеяно с единственной целью — чтобы она встретила душу древнего жреца? Я откуда-то знала, что девушка скоро вернётся в свое тело. И, возможно, вырвет из небытия древнего жреца. Но это будешь уже их, а не моя история. Мне показалось, что я слышу тихий холодный смех Великого лорда Микриса и его голос, который шептал мне на ухо: «Для истинной любви даже смерть не станет преградой». Под неслышные нам звуки музыки пара исчезла в вихре других таких же, а мы так и замерли на качелях в воздухе — растерянные и околдованные. О чем он говорит? О чем они все говорят? Жрец же мертв! Тысячи лет как! — Хотелось закричать мне. Но вопли — признак плохого воспитания. И лучше раскинуть мозгами, чем потом раскидываться собственной головой и прочими нужными частями тела, не так ли? Я мягко улыбнулась застывшему некроманту. Тот медленно моргнул, словно разморозился. Оттаял. Дрогнули ресницы. — Поразительная ты девушка, Кейрин, — сверкнули жарким чувством черные глаза. — Поражаю в сердце, печень или почки? Я постараюсь быть добрее, — нервно усмехнулась. — Я не в первый раз вижу Призрачный бал. И не во второй. Но никогда прежде я не встречал на нем героев и уж тем более жрецов Эпохи Раскола, Эпохи
