Ушедших богов. Тем более личности столь неоднозначной... — в голосе Тиарграта низкими нотами громыхали отзвуки грозы. — Возможно, пришло время их увидеть, — тихо ответила, — вспоминая отзвук, ощущение силы Микриса. Я не была сильна в древних сказаниях. Но Владыка Микрис (мне до сих пор не осмыслить, что со мной дважды уже говорили боги!) ясно дал понять — их оболгали. Их всех. — Возможно, это правда. И старые боги вернутся, — почти не веря себе, шепнула я. — Возможно... — эхом откликнулся дракон. В воздухе таяли отзвуки видений. Сердце щемило, но холодная сила во мне шептала, что так нужно, так правильно, что они ещё обретут счастье и покой. Или то, чего ищут более всего на свете. — Скажи, а...Не помню, что я хотела сказать. Или спросить? Слова застряли в горле, когда Тиарграт стремительно обернулся ко мне. В его глазах жил зверь. Расплавленный в серебряной тьме зрачок хищно пульсировал. Не откладывая, мужчина перехватил мою руку, дёрнул на себя, позволяя почти улечься на жёсткий крепкий торс.
Щеки обдало жаром, все сжалось в тугую пружину, время растянулось. Мы ловили дыхание друг друга и сходили от этого с ума. Ладонь дракона скользнула по моей спине, пересчитала позвонки, заставляя задохнуться от щемящего чувства. Вот меня заставили наклониться ещё ниже, так, что и дыхания уже между нами не оставалось, так, что... губы дракона были горячими и жёсткими. Он кусался и не был ласков, но этот поцелуй был тем, чего так не хватало нам обоим прямо сейчас! Он был страстью и жадностью, отчаяньем и принадлежностью, верой и решимостью. Губы дракона пахли вином и малиной. Мне хотелось смеяться от ощущения счастья. Мои пальцы зарывались в отрастающие драконьи кудри, поглаживали кончики ушей, очерчивали его плечи, вызывая довольное рычание...Мы потерялись оба в этом мареве — не знаю на сколько, но небо уже начало светлеть. В себя нас привел пронзительный верещащий звук, который шел откуда-то снизу. — Мхрыгх шаг нарх! — Выругался коротко дракон, который как раз проводил исследования возвышенностей... В области моей груди. А я, увы моей девичьей выдержке, я в этом ему потакала. Губы горели и ныли, сладко дрожало тело, а голова... Голова была удивительно ясной. — Амулет связи? — Выдохнула и попыталась отстраниться. Что-то мне подсказывает, что свидание закончилось. Пожалуй, впервые мне было искренне жаль, что сейчас у нас действительно не было больше времени. А ведь над нами нависал ещё вопрос брачной ночи. Нависал — потому что сама я предпочла бы провести ее в несколько более спокойной обстановке, при всей моей жажде и нежном желании помочь супругу. Но некоторые личности торопили. Похоже, мое желание сбылось. Хоть и не совсем так, как я хотела. — Да. И если звонит Кейаргант, значит — это срочно, — в темных глазах Тиарграта жило искреннее сожаление и терпкое желание откусить голову тому, кто нам помешал. Досадно...Но выпустить добычу? Нет, меня притянули ещё ближе — и наша скамья начала последнее восхитительное кружение в воздухе. Далеко, насколько хватало взгляда, расстилались древние холмы. Медленно показалась над горизонтом пылающая окаемка оранжевого солнца. — Надо спуститься, — прошептала, уткнувшись носом дракону в шею. Было спокойно и тепло — и слов... Нет, сейчас слова были не нужны. До тех пор, пока мы не вернулись на землю. — Спасибо... — Шепнули мне на ухо. — Это я должна благодарить, украл мои слова! — Искренне возмутилась. Увы, в этот момент заботливого мужчину рядом со мной заменил встревоженный чем-то некромант и верный страж императора. Долг превыше всего — если хочу оставаться с этим мужчиной — придется с этим смириться. — Да, Кей, я слушаю! — Отрывисто бросил муж, сжав в руке висюльку переговорника. Стол был убран. От огня давно остались одни угли. Наши хранители дисциплинированно сидели на траве, смотря в разные стороны. У Гора было порвано ухо, а Виконт хромал на правую переднюю лапу. — Тир, массовые восстания на границе. Нет, крепость не задело. Мертвецы движутся в сторону Дардии, в королевстве паника, многие считают, что это мы направили на них смерть. Король шлёт ноты Риаргару. Одна деревня уничтожена под корень, из второй мы успели вывезти население, но так не может продолжаться. Это все сплошь высшая нежить, Тир, они умны, ведут себя как настоящее войско. Их кто-то направляет — и очень умело. Мы видели живых поводырей-магов среди мертвецов. Миури... — услышав имя матери, я напряглась и похолодела от ужаса. Возникла мысль — случилось непоправимое. — Она исчезла. Ни я, ни один вшивый маг и поисковик не могут ее найти! Тир, я собираю всех, кто свободен, ты мне нужен, — в голосе отца я слышала лязг вынимаемого из ножен меча, — про методы совращения моей дочери позже поговорим... — Мы всего лишь... разговаривали, — мурлыкнул нахмурившийся дракон, — я доставлю Кейрин в замок и буду... — Немедленно, Тир! Это не шутки! Я выслал за Кейри своего человека, ее помощник тоже скоро будет. Понимаю, как тебе тяжело, но это несколько секунд... Для нас сейчас время значит все. Думаешь, мне это в радость? В голосе отца — тоска и уверенность в своем решении. И я понимала, сколько внутренней силы и решимости ему нужно, чтобы торопить Тиарграта. — Иди. Со мной Мройн, а здесь меня никто не даст в обиду, — я посмотрела прямо в чернеющие глаза. Тревога, ужас, отчаянная надежда и злость на себя — что я обуза, что не могу быть с ним, — смешались в гремучий коктейль. Глаза в глаза. Сожаление, надежда, беспокойство, забота. Теплое. Нет, почти обжигающее чувство. Наши брачные метки покалывает — и я ощущаю его жгучую ярость и горячее, терпкое... Снова закрылся! — Дай мне время. Немного времени. Не хочу так. Впопыхах. Дождись меня, Кейрин. Потому что я вернусь победителем. И тогда мы раз и навсегда проясним вопрос нашего брака, — некромант склонил голову, глядя на меня растревоженный хищником, — клянусь, что больше не заставлю тебя ждать! Со мной все будет в порядке. — Когда-нибудь я научусь. И пойду с тобой, а не стану дожидаться дома, — вырвалось у меня. Наверное, я ждала, что меня жёстко отчитают. Но по бледным губам скользнула усмешка. Как будто птичий клекот раздался. — Учись и становись лучшей, Кейрин. В твои неординарные способности я верю. — И они заключаются не только в том, как я нахожу неприятности на свою голову, — тихо рассмеялась.
— Ещё двау часа прощаний — и враги помрут со смеху, — противно зафыркал-захихикал Мройн. На чьей он стороне?! — Пор-ра, хозяин! — Оскалился ксоло. — Жди меня, Кейрин. И знай — по доброй воле я никогда тебя не оставлю...Шепот. Мимолётная улыбка.
