приобретению государством необходимых ему для ведения войны товаров. Денежная масса может уменьшаться вследствие внутреннего займа, который передает или возвращает часть денежной массы в распоряжение государства и вместе с тем увеличивает его внутреннюю задолженность.
Для 1915, 1916 и 1917 гг. показано два момента времени: в момент, предшествующий финансовой операции (например, эмиссии, займу) и в момент, последующий за ней и соответствующий удовлетворению военных нужд (покупка товаров и материалов).
I схема (Бумажные деньги)
II схема (Внутренние займы)
Примечание к схемам:
Национальное богатство исчислено по расчету: капитализация ценности товарной массы из 10 % плюс некоторая медленно убывающая величина, равная для 1914 г. – 5.000, а для последующих годов соответственно 4. 750, 4. 500 и 4. 250.
В схеме II внутренний заем в 1914 г. возможен вследствие наличия некоторого фонда сбережения. В последующие годы, благодаря военным займам, эти сбережения внедряются (вталкиваются) в обращение.
В графе «государственный долг» необходимо отметить беспроцентность эмиссионного долга и необходимость платить процентов по внешним и внутренним долгам. Как известно, за свои бумажные деньги страна сторицей уплачивает проценты теми бедствиями, которые терпит ее народное хозяйство в целом, а вместе с тем и ее государственные финансы.
Указанная в схемах денежная масса в 1914 г. гипотетически находится в соответствии с размерами товарной массы, скоростью и другими условиями обращения. В последующие года увеличение денежной массы при уменьшающемся количестве товаров должно повлечь за собой известный рост цен, происхождение которого таким образом лежит в значительной части «на стороне денег».
Если предположить, что цены растут пропорционально увеличению денежной массы и освобождены от влияния других ценообразующих факторов, то этот рост выразится для 1918 г. по I схеме – 5 раз, по II схеме – в 2 раза и III схеме – 3 раза. В то же время схема III обнаруживает более медленное истощение массы товаров, так как получаемые внешние займы частью (в нашем примере гипотетически на половину) идут на приобретение товаров за границей. Внешний кредитор страны, финансирование которого происходит по схеме III, как видим отсюда, сам финансирует войну аналогично схеме I, так как получаемые им из-за границы в уплату за свои товары суммы золота играют для него роль денежных средств, непосредственно влекущих инфляцию, как и бумажные деньги.
В нашей схеме масса товаров выражена по ценности, т. е. в золотых единицах, по ценам 1914 г. Однако, в виду роста цен, теоретически намечается два случая:
а. Сумма каждых последовательных займа или эмиссии в течение войны остается неизменной. В этом случае государство оказывается в состоянии извлекать для своих нужд все меньшее количество благ в натуре.
б. Количество извлекаемых в натуре товаров из года в год остается неизменным. В таком случае, государство принуждено с каждым разом прогрессивно все более и более увеличивать свою эмиссию и сумму займов.
В действительности, финансовая политика идет средним путем, в общем протекая ближе ко второму случаю.
В вышеприведенных схемах исчисление дано в гипотетических золотых неизменных единицах. Если же принять во внимание происходящее обесценение и ввести, напр., весовое количество товаров в натуре, то указанные схемы, как сказано, распадутся на две группы (для краткости сравним 1914 г. непосредственно с 1918 годом, см. стр. 310).
Относительно воплощения всех схем в действительность следует далее заметить: 1) известное количество товаров может быть изъято путем увеличения покупательной силы государства и посредством налогов. Уменьшая национальное богатство, военные налоги не увеличивают количества денег в обращении; 2) схема I может усложниться вследствие социализации народного хозяйства, системы безвозмездного отчуждения части товаров по реквизиции, натуральным налогам и т. п; такая система является как бы упрощенной формой военных налогов; 3) наконец, схемы могут также и сочетаться между собою в различных комбинациях.
Вопрос, относится ли система финансирования данной конкретной воюющей страны к схеме I–III, решается в зависимости от важнейшего способа покрытия дефицита.
Как видим, возможность прибегать к внешним финансовым ресурсам является положительным обстоятельством в финансировании войны. Но в то же время эта возможность вносит большую сложность в выяснение действительной картины всего вреда войны.
Поэтому Геншер (глава VI его сочинения) вполне справедливо и с большой пользой различает проблему финансирования войны «в отрезанной» и «неотрезанной» стране.
«Поскольку финансирование происходит в самой стране, оно является лишь механизмом для предоставления в распоряжение государства определенной части товаров и услуг и механизмом очень важным; но с того момента, когда финансирование прямо или косвенно втягивает также и другие страны, оно создает возможность для воюющей страны располагать большим количеством товаров и услуг, чем она сама может произвести». (Геншер, стр. 110).
Следует лишь прибавить, что проблема финансирования войны представляет интерес и по отношению к тем странам, которые, как, напр., Соед. Штаты, открывают широкие кредиты воюющим странам и разрешают приобретение необходимых военных материалов на их рынках. Такие кредиты являются непосредственным приводным ремнем для более широкого влияния войны на народное хозяйство страны-кредитора, и вслед затем колесо войны делает свое дело, вредные последствия которого не замедлят сказаться.
Группа а
1) Исчислено путем деления общей ценности товарной массы на цену весовой единицы в 1914 г.
2) Исчислено путем деления покупательских средств государства на цену весовой единицы
Группа б
1) Исчислено путем деления общей ценности товарной массы на цену весовой единицы в 1914 г.
2) Исчислено путем деления покупательных средств государства на пену весовой единицы.
2. Военные финансы: доходы и расходы во время войны
Изменения характера доходов и расходов во время войны касаются как их состава и размеров, так и их экономического значения в условиях военной экономики. Финансы во время войны и в этом отношении предстоят перед нами в ненормальном перерожденном виде. Как и сама народная экономика, они открывают нам картину болезненных явлений гипертрофии и атрофии.
Обратимся сначала к картине государственных доходов.
Мы видим, что во всех странах государственные доходы подвергаются во время войны значительной перестройке. При этом изменения в их составе и величине подвергаются еще и вторичным влияниям. Важнейшим примером служит уменьшение покупательной силы государственных доходов вследствие обесценения валюты.
Полное отпадение некоторых доходов наблюдается во время войны лишь как исключение, так как государство, напрягая все свои силы, не склонно в это время отказываться от каких-либо источников своих доходов. Единственным в своем роде примером служит отказ России от гибельного и в мирное время дохода от винной монополии.
Напротив, сокращение некоторых доходов по их
