его столику.
— Как вы это сделали? — спросила она, едва подойдя и на ходу выдёргивая из муфты ладошки.
— Добрый день, Варвара Михайловна, — улыбнулся в ответ Егор, вставая и отодвигая ей стул. — Рад вас видеть в добром здравии.
— Да, здравствуйте, — чуть покраснев, буркнула девушка, сбившись с воинственного настроя и присаживаясь.
— Как ваша маменька? По здорову ли? — быстро добавил парень, вовремя вспомнив про восточный ритуал вопросов вежливости.
— Благодарю, ей гораздо лучше. Но откуда вы?.. — сообразив, что именно он спросил, снова вскинулась девица.
— Я же говорил, у меня имеются добрые знакомые в жандармском ведомстве, — улыбнулся Егор, жестом подзывая официанта. — Я надеюсь, те люди более вас не беспокоили?
— Нет, — окончательно растерявшись, пролепетала Варвара. — С того дня, как вы выбросили их отсюда, они более не появлялись.
— Ну и слава богу. А как ваша учёба на курсах? Перевязки делать уже научились? — задал он очередной вопрос, не давая ей собраться с мыслями.
— Егор Матвеич, — тряхнув головой, решительно заявила девушка. — Я пришла сюда только с одной целью. Услышать от вас правдивый ответ на свой вопрос. Как вы сделали, чтобы они от нас отстали?
— Приказал казакам как следует их проучить, регулярно в процессе экзекуции повторяя, что беспокоить и тем более трогать вас нельзя, — на ходу сочинил парень, продолжая любоваться девчонкой.
— Только проучить? Не убивать? — растерянно уточнила Варвара.
— Господь с вами, Варвара Михайловна, я ж не зверь какой. Признаюсь откровенно, крови я не боюсь, и случись нужда, оружие в ход пущу не раздумывая, но приказывать убивать кого-то только ради своего спокойствия не стану. («Сам сделаю», — добавил он мысленно, внимательно наблюдая за реакцией девушки.) Но с чего вдруг такой вопрос?
— К нам приходили из полиции и сообщили, что ростовщик, которому мой брат был должен, убит. А вместе с ним было убито ещё с десяток его подручных, — ответила девушка, зябко передёрнув плечами.
— Странно, что они пришли с этим известием к вам, — мрачно проворчал Егор. — Хотя, должен признать, что и ко мне они приходили с этим вопросом. Некий статский советник третьего ранга Политов.
— Да, это был он, — быстро кивнула Варя и, не удержавшись, принюхалась к поданной чашечке кофе.
— Пейте, Варвара Михайловна, пока не остыл, — чуть подтолкнул её Егор. — Раз уж мне так повезло, и вы тут, так почему бы немножко себя не побаловать добрым напитком?
— Искуситель, — буркнула девушка и, не удержавшись, лукаво улыбнулась.
— Это чем же позвольте спросить, я вас искушаю? — деланно удивился парень. — Чашечкой кофе? Так это ж не плод с древа познания. И там, к слову, было наоборот, — нашёлся он, усмехнувшись в ответ.
— Похоже, Аглая Петровна не просто так про вас сказывала, что вы весьма опасны для неискушённых девиц, — хмыкнула девушка, окидывая его удивлённым взглядом.
— Я? Да с чего бы? — откровенно растерялся Егор, не ожидавший такого захода.
— Говорить красиво умеете, знаете много и рассказами своими способны любой девице голову вскружить. Уж больно речь у вас гладкая и занятная.
— А чему тут удивляться? — пожал парень плечами. — Я ж толмач, и для нас умение говорить правильно и ровно это часть профессии. Ну, сами посудите. Что это будет за перевод, коль толмач через слово запинается и мычит, словно теля неразумное. М-м, это… они сказывают, что… м-м, им не нравится, как вы войска свои ведёте, — привёл он пример, придуманный на ходу, пустив в ход все свои актёрские таланты.
— Ой, ну кто ж так смешит под руку, — прыснув, Варя чуть не расплескала кофе. — Вам с такими номерами только в варьете выступать, — продолжала веселиться она, поставив чашечку на блюдце и доставая из сумочки платок. — Даже голос сменился.
— Странно, что ваша Аглая Петровна таких простых вещей не знает, — не удержавшись, подпустил парень шпильку в адрес мамаши её подруги.
— Ну того и я не знала, — чуть пожала Варя плечами.
— Вы? Странно. Это же так просто, — развёл Егор руками. — Достаточно просто чуть-чуть подумать. Ну кто такой толмач? Это, прежде всего, человек, знающий чужой язык, как свой собственный, и способный быстро и точно перевести чужую речь или письмо с одного языка на другой. И если речь его невнятна или имеет какой-то дефект, то делать своё дело, как нужно, он просто не сможет.
— И правда просто, — задумалась Варвара. — А мне такое и в голову не пришло.
— Ну, про вас мне всё понятно. Других, более важных забот хватало. Но вот Аглая Петровна, как женщина старше и мудрее вас, просто обязана была иметь это в виду, — не унимался Егор.
— К чему вы меня подводите, Егор Матвеич? К какому выводу? — насторожилась Варвара.
— Подвожу? Господь с вами. Зачем мне это? — развёл парень руками. — Я только удивляюсь, что взрослый человек не дал себе труда немного подумать перед тем, как высказать своё мнение о другом человеке. А это иногда бывает чревато.
— Она не сказала о вас ничего дурного, — принялась защищать девушка мамашу своей подруги. — Она просто хотела упредить нас об опасностях, которые встречаются на пути девиц после их выхода в свет. А вас вспомнила как пример. И к слову сказать, она была приятно удивлена, что вы оказались достаточно смелы, чтобы встать на мою защиту.
— Никогда не терпел зарвавшихся хамов, — отмахнулся Егор.
— А вы знаете, что про вас говорят в свете? — вдруг спросила девушка, ехидно усмехнувшись.
— Нахальный бретёр, неплохо владеющий оружием и ведущий дела со всякими государственными службами, за что они позволяют ему всяческие эскапады и прощают выходки, смущающие общество, — фыркнул Егор, отвечая ей не менее ехидной усмешкой.
— А ещё, что вы действительно смелы и неожиданно сильны для своего возраста, — кивнув, добавила Варвара, удручённо вздохнув.
— Во время нападения на имение отца разбойников меня едва не убили, и с того дня я для себя решил, что никогда более никто не сможет этого повторить, — помолчав, тихо пояснил парень. — В тот день я стал круглым сиротой, без гроша в кармане, не имеющим собственного дома.
