Люси улыбнулась:
– Я так и подумала.
Люси подождала, пока Панда закончит свои дневные тренировки, прежде чем поднялась и нашла его. История Бри объясняла ее реакцию на Панду, но не прояснила его поведение. Он стоял посреди маленькой, захламленной спальни, которую выбрал для себя. Когда он снял через голову мокрую футболку, вид его потной чересчур мускулистой груди отвлек Люси. Но только на мгновение.
– Почему ты так грубо вел себя с Бри?
Он сел на кровать и стал снимать кроссовки.
– Не понимаю, о чем ты.
– Конечно, понимаешь. – Один башмак упал на пол. – Когда я представила тебе Бри, ты бросился к машине и умчался, словно подросток, нарушивший комендантский час. Ты даже не поздоровался.
– У меня плохие манеры.
Со стуком приземлился второй башмак.
– Когда тебе нужно, манеры у тебя идеальные.
Он скатал в ком носки.
– Мне нужно в душ.
– Ничего, это может подождать.
Но, видимо, не могло, потому что Панда прошагал мимо Люси и прошел дальше по коридору до ванной комнаты. Дверь за ним со щелчком захлопнулась.
Панда избегал Люси до полудня. Она освежила черный лак на ногтях, покрасила челку в пурпурный цвет и обновила татуировку дракона. Потом отправилась наверх поинтересоваться, делами Темпл, что оказалось большой ошибкой. Там ожидала суровая тренировка и язвительная лекция о глупости тренировочной философии Люси под лозунгом «Вполне сойдет», после которых она осталась вся в поту и жутко разозленной.
Темпл отмела все предложения Люси приготовить что-нибудь еще кроме салата, и этим вечером еду представляли замороженные обеды из постной индейки, бурого риса и пюре из пастернака.
Люси вернулась к своему излюбленному выражению, которое не употребляла с четырнадцати лет:
– Фу, какая бяка.
– Так готовьте и толстейте, – ханжески заявила Королева–Дьяволица.
– Вы тоже бяка, – проворчала Люси.
Панда вздернул бровь.
Темпл через стол протянула руку и успокаивающе погладила Люси по ладони:
– У кого-то ПМС.
Панда резко опустил локоть на стол:
– Клянусь Господом, если еще раз услышу о ПМС, спазмах или даже о женских угрях, я что-нибудь тут разнесу.
Темп помахала свободной рукой в сторону двери. Панда вскипятился. Люси еще не готова была оставить его в покое, но не хотела при Темпл говорить о том, что случилось у лотка, поэтому нашла другой выход своему раздражению:
– Терпеть не могу этот стол.
– Он крепкий, – огрызнулся Панда.
Темпл фыркнула:
– Ему нравится окружать себя всяким убожеством. Напоминает его ужасное детство.
– Насколько ужасное? – спросила Люси. – Он мне ничего не рассказывает.
– Мой папаша был наркодилером, которого застрелил недовольный клиент, когда мне было два года, – сухо заявил Панда. – А мамаша наркоманка. У нас в квартире жили крысы. Вот эту часть Темпл любит больше всего.
– И еще он крал еду, чтобы они с мамашей могли прокормиться, – весело произнесла Темпл. – Разве не грустно?
Люси отодвинула тарелку. Как-то казалось неправильным, что Королева–Дьяволица знала о нем больше, чем Люси.
– Что еще вам известно?
– Он с честью окончил колледж, – сказала Темпл.
Панда нахмурился, явно раздосадованный любой информацией, которая не рисовала его угрозой обществу.
– Откуда ты знаешь?
– Гугл. – Темпл фыркнула. – Неужели ты думаешь, что я бы наняла тебя, не проведя частное расследование?
– Проверив меня по Гуглу? Фигов ты детектив.
– Он также служил в армии, – продолжила Темпл. – Скукотища. Увы, я не смогла найти никакую романтическую историю. Думаю, мы спокойно можем предположить, что путь его усеян разбитыми женскими сердцами.
– Или безымянными женскими могилами, – добавила Люси, заставив Панду только улыбнуться.
Как могла Темпл тренироваться с ним каждый день и не хотеть содрать с него шмотки? Вместо этого, лишь только выпадал перерыв, Дьяволица томилась, таращась в окно. Люси изучала длинное сухожилие на шее Панды. То, что она до умопомраченья любила кусать. Он подловил ее взгляд и посмотрел так, что сразу стало ясно: ему точно известно, о чем она думает.
Панда не зашел в ее скользящие двери этой ночью, и лодочный сарай остался темным. Впервые с тех пор, как начался их роман, они не провели ночь вместе, что навело Люси на размышления… Если он связан с Бри только одной собственностью, откуда такая скрытность?
На следующее утро в окна барабанил дождь под стать настроению Люси. Что же было тут такого, что Панда не хотел, чтобы она узнала? Ей нужно, чтобы их роман был совершенно прозрачным – без темных закоулков или мрачных тайн, над которыми, как оказывается, она поневоле ломала голову, когда они были не вместе. Люси натянула старый желтый плащ, принадлежавший когда-то Ремингтонам, может, даже Бри, и оставленный в гардеробе наверху, и вышла на мокрую траву. Но не направилась к лесу, а повернула к трехакровому скалистому участку к северу от дома, про который не знала, был ли он частью собственности хозяина дома. Когда Люси достигла вершины, то вся запыхалась.
Панда стоял на краю обрыва, на своем, как она пришла к выводу, привычном месте. В короткой серой непромокаемой куртке и джинсах. Голова непокрыта, волосы влажные и взъерошены ветром.
– Я пропустила прошлой ночью свою дозу секса, – заговорила Люси. – Подумываю тебя уволить.
Панда понимал, что она лезет в драку, но надеялся выиграть немного времени до того, как начнутся разборки. Дерьмо. Если он вскорости не уберется из этого места – подальше от нее – то точно сорвется. Он пытался уговорить Темпл прервать контракт, но она отказалась. Когда все кончится, он вернется к тому делу, что у него выходило лучше всего: будет защищать клиентов от реальной опасности.
Ветер задрал полу куртки.
– Я бы не советовал тебе меня увольнять, – сказал он. – У меня есть секс–запись.
Люси даже не улыбнулась. В желтом плаще с черной окантовкой на капюшоне, наброшенном на нелепую прическу, и с подвернутыми на три дюйма черными манжетами она походила на мокрого шмеля.
– Ты врешь, – сказала она. – Скажи, с чего ты устроил представление, когда увидел Бри?
– Разве я бы солгал насчет такой серьезной вещи, как секс–запись?
– Да на раз. Я знаю, что семья Бри владела этим домом. Она мне рассказала.
Ему следовало самому выяснить, что женщина по имени Бри, которую навещала в коттедже Люси, и Сабрина Ремингтон Уэст – одно и то же лицо. Но эта тупая работа совсем лишила его разума.
– Видеокамеры крошечные, – опять увел он в сторону. – Я умею их отлично прятать.
