– Что это? – спросила я.
– Из нас некоторые умеют сплетать вокруг себя тени и тьму, – сказал Жан-Клод.
– Это я знаю, я видела такое, когда погиб Колтрен, но ведь это же настоящая стена!
– Да, это производит впечатление, – сказал он, просто отмечая факт. Я поглядела на него, но даже в ярком свете луны не могла прочесть выражение его лица.
За чернотой показалась искра белого света. Тьму пронзили холодные бледные лучи. Свет поедал тьму, как огонь бумагу; чернота сжималась, исчезала, и ее поглощал свет. Когда она совсем исчезла, меж стволов стояла бледная фигура.
Ее даже с такого расстояния нельзя было принять за человека, но она и не пыталась за него сойти. Вокруг ее головы вился водоворот сияния – светящееся облако нескольких ярдов в диаметре, как бесцветный неон. Из него вылетали неясные силуэты и снова уходили в водоворот света.
– Это то, что я думаю? – спросил Ларри.
– Призраки, – ответила я.
– Черт побери!
– Согласна, – подтвердила я.
Призраки разлетелись по деревьям и повисли на мертвых ветвях инеем преждевременного цветения – если бы цветы могли шевелиться, извиваться и излучать цвет.
Странный ветер подул мне в лицо, отбрасывая волосы назад. Завились вихрем тонкие светящиеся силуэты. Призраки летели на нас, стелясь по земле.
– Анита!
– Не обращай внимания, Ларри. Пока ты на них не обращаешь внимания и продолжаешь идти, они тебе ничего сделать не смогут.
Первый призрак был длинный и тонкий, с широко раскрытым ртом, похожим на колечко дыма. Он ударил меня посреди груди, и это был как удар тока. Гладкие мышцы в коже рук дернулись. Ларри рядом со мной ахнул.
– Что за чертовщина? – спросил Джейсон.
– Продолжай идти, – сказала я, делая шаг вперед. – Иди и не обращай на них внимания.
Это было непреднамеренно, но мой темп вывел меня на шаг перед Жан-Клодом. Следующий призрак пролетел по лицу. Миг удушья, но я шагнула вперед – и все прошло.
Жан-Клод тронул меня за руку. Я поглядела ему в лицо, но не совсем поняла, что вижу. Он явно хотел мне что-то сказать. Обошел меня, выйдя вперед и не отрывая от меня взгляда.
Я кивнула и пропустила его. Мне это многого не стоило.
– Не нравится мне это, – звенящим голосом сказал Ларри.
– Мне тоже, – откликнулся Джейсон. Он пытался отбить крохотный клуб белого тумана, и чем больше он отмахивался, тем плотнее становился туман. Из него складывалось лицо.
Я шагнула к Джейсону и схватила его за руки:
– Не обращай внимания.
Призрак сел ему на плечо. У него был большой нос картошкой и два наполовину сформировавшихся глаза.
Мышцы Джейсона напряглись под моими пальцами.
– Каждый раз, когда ты их замечаешь, ты им даешь силу себя проявить, – объяснила я.
Тут мне в спину ударил какой-то призрак – ощущение, будто это был кусок льда. Потом он вылез спереди, будто сквозь мое тело протащили ледяную веревку. Очень мерзкое ощущение, но недолгое. Даже больно на самом деле не стало.
Призрак нырнул в грудь Джейсона, и Джейсон вскрикнул. Если бы я не держала его за руки, он бы попытался этого призрака схватить. Все его мышцы дергались, как у лошади, которую заедают слепни. Когда призрак вышел из него, Джейсон обмяк, глядя на меня полными ужаса глазами. Кажется, вампирши своими сгнившими руками несколько вычерпали его храбрость. Трудно его в этом упрекнуть. Я бы тоже после этого вопила.
Когда призрак пролетел сквозь Ларри, Ларри тоже вздрогнул, но и только. Глаза у него были чуть расширены, но он знал, где настоящая опасность, а она заключалась не в призраках.
Жан-Клод подошел к нам.
– В чем дело, мой волк?
В его голосе звучал подтекст предупреждения и гнева. Его волк мог подорвать ему репутацию.
– Все в норме, – сказала я и сжала Джейсону руку. У него все еще глаза вылезали из орбит, но он кивнул:
– Все будет в норме.
Жан-Клод снова направился к стоящей вдали белой фигуре – грациозно, неспешно, будто он в отличие от нас от всех не боялся. Возможно, так оно и было.
Я потянула за собой Джейсона. Ларри переместился ко мне за спину. Мы трое шли за Жан-Клодом, как обыкновенные люди. Как хорошие солдаты, если не считать того, что я держала вервольфа за руку. Рука была потной. Только впавшего в истерику вервольфа нам не хватало. Правая рука у меня все еще была свободна и могла достать пистолет или нож. Один раз мы им уже показали, на что способны, и если они будут плохо себя вести, мы эту работу закончим. Или погибнем, пытаясь это сделать.
Жан-Клод вел нас среди голых деревьев с ветвями, покрытыми ползающими призраками – как змеями-привидениями. В нескольких футах от вампирши он остановился. Я ждала поклона, но он не поклонился.
– Привет тебе, Серефина.
– Привет тебе, Жан-Клод.
Она была одета в простое белое платье, спадающее складками сияющей материи. Белые перчатки закрывали руки почти до плеч. Седые волосы были не убраны, если не считать наголовного обруча из серебра и драгоценностей. Наверное, это не обруч – такая штука должна называться венец или корона. Лицо избороздили морщины старости. Косметика присутствовала, искусно наложенная, но не могла скрыть возраста. Вампиры не стареют. Ведь в этом-то и весь смысл?
– Войдем внутрь? – спросила она.
– Если желаешь, – ответил Жан-Клод.
Она чуть заметно улыбнулась:
– Можешь сопроводить меня, как бывало в старые времена.
– Сейчас не старые времена, Серефина. Сейчас мы оба Мастера.
– Мне служат многие Мастера, Жан-Клод.
– Я служу только себе, – ответил он.
Она поглядела на него несколько секунд, потом кивнула:
– Ты настоял на своем. Теперь будь джентльменом.
Жан-Клод вздохнул настолько явно, что даже я услышала. Потом предложил Серефине руку, она продела в нее перчатку, положив руку на запястье Жан-Клода.
Призраки вились за ней огромным шлейфом. Они пролетали мимо нас, отчего у нас покалывало кожу, потом взлетали вверх футов на десять над землей.
– Можете идти с нами, – сказала Серефина. – Они к вам приставать не будут.
– Приятно слышать, – сказала я.
Она снова улыбнулась. В лунном свете сказать трудно, но глаза у нее были светлые – то ли серые, то ли голубые. Но не обязательно было видеть их цвет, чтобы тебе не понравилось их выражение.
– Я с нетерпением ждала встречи с тобой, некромантка.
– Жаль, что не могу сказать того же.
Улыбка не стала шире и не исчезла. Она не изменилась. Будто у Серефины было не лицо, а отлично сделанная маска. Я на мгновение подняла взгляд к ее глазам. Они не пытались меня засосать, но в них была энергия, горящая очень глубоко, и она пробивалась на поверхность, как огонь из закрытого очага: сдвинь одно полено, и пламя вырвется наружу и пожрет все вокруг. Я не могла определить ее возраста – она мне не давала этого сделать. Я еще ни разу не встречала никого, кто мог бы мне помешать. Обдурить, прикинувшись моложе, – да, но не остановить меня взглядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
