нетерпеливо захлопал в ладоши. — Я расскажу. Гаары — черноротые, или, правильнее сказать, черноголовые, они как бы мертвые. Кстати, странно, что их черноротыми называют. Вот ваш друг черноротый — из него гадости, как из ведра помои хлещут, а у тех от шеи аж до макушки все будто смолой залито.
Лицо Стига мгновенно побагровело, но неимоверным усилием воли он сдержался, не проронив ни слова. Карлик озорно покосился на гнома и продолжил:
— Подземелья через которые мы, точнее вы, пойдете — эльфийская усыпальница. Эти вот черноротые — остроухие, убиенные в незапамятные времена неведомой пошестью, от которой голова чернела. Говорят жутко заразная дрянь была.
— Спалить останки и делов-то. — фыркнул Стиг.
Карлик снисходительно посмотрел на гнома:
— Остроухим нельзя сжигать покойников, а то их души не попадут в Сады Каиссы. Так что для этих сделали отдельный некрополь.
Антуан на мгновение прервался, будто раздумывая стоит ли продолжать, затем, видимо приняв решение, тряхнул головой и хлопнул себя по коленям:
— А вы знали, что Даград построен на руинах Регалáса — древней столицы эльфов? Нет, вы точно не знали.
— Кто тебе все это рассказал? — поинтересовался Коэн.
— Как кто? Даниэль. У-у-у, вы и не заметили, что он остроухий? — карлик весело захихикал и откинул растрепанные волосы подручного в сторону. — А вот и они — наши ушки.
Эльф даже не попытался отстраниться, застыв на месте словно каменное изваяние, и только взгляд его безумных глаз лихорадочно метался из стороны в сторону.
— Первородные… Регалас просыпается… — едва слышно засипел остроухий.
Коэн инстинктивно отступил на шаг и схватился за меч.
— Эй! Ты чего? — Антуан заслонил Даниэля своим коренастым телом. — Он на меня работает. Мои люди нашли его полумертвым, в канаве. Я его выходил, на ноги поставил и переименовал. А, ну я это уже говорил. Даниэль меня вывел от черноротых, когда они впервой проснулись, вон даже малеха головой повредился… Или он и был такой? Ну может не настолько, хотя…
Карлик, задумчиво почесав подбородок, зачем-то защелкал языком.
Коэн нехотя вернул клинок в ножны.
— Люди боятся всего, чего не понимают. — Антуан, прекратив гримасничать, немного расслабился.
— С остроухими как раз все понятно. — скривился Коэн, не скрывая своего отношения к эльфу.
— Ну если вам не нравится Даниэль, то все отменяется. Кроме него в некрополь никто не сунется, а другого хода сейчас нет. Пробуйте тогда через главные ворота, прямо на конях. — Антуан издевательски прицокнул.
— Эй, давайте все успокоимся, если Антуан ручается за эльфа, то нечего сомневаться. — Хаган примирительно развел руками.
— Тебе легко говорить. Вор контрабандисту око не выклюет. — запротестовал Альдо.
— Остроухим нельзя верить. — поддержал брата Стиг.
Даниэль отстраненно молчал, словно происходящее его абсолютно не касалось. Внезапно он рванулся вперед и, отшвырнув Хагана, подскочил к Лиаре. На мгновение взгляд эльфа просветлел и перестал метаться.
Волшебница, невозмутимо глядя на остроухого, жестом показала Коэну опустить клинок, взмывший в воздух одновременно с рывком Даниэля.
— Смерть идет с тобой… Первородная тьма… — прошипел остроухий, склонив голову.
На лице Лиары не дрогнул ни один мускул. Подавшись к эльфу, она угрюмо процедила:
— Я не боюсь смерти.
Даниэль скривился в отвратительной гримасе и безумно захохотал. Затем он резко умолк и вздрогнул. Глаза эльфа снова заметались по сторонам.
Головы всех присутствующих в недоумении обернулись к Антуану, требуя объяснений. Карлик виновато потупился и шаркнул ногой по полу:
— У него такое бывает. Он странноват немного, видит ерунду разную. Моему дядюшке предрек, что его убьет мертвый мерин. Ну тот посмеялся, а потом, через три дня конь у него от заразы одной скопытился. Он его в лес вывез, чтобы во дворе падаль не закапывать. Так его медведь там и задрал.
— Ну так не мерин же, а медведь убил. — возразил Стиг.
— Это вопрос философский. — хмыкнул Антуан. — Так что, идете? У меня нет времени с вами нянчиться.
Лиара и Коэн переглянулись, безмолвно решая что делать дальше, затем не сговариваясь повернулись к эльфу, пытаясь найти ответ в его блуждающем взгляде.
Остроухий, сидя на земле, невозмутимо пересыпал песок из ладони в ладонь, затем поднялся и, отряхнувшись, зашагал в зияющую темноту прохода.
— Чего ждете? Даниэль согласился вас провести. — Антуан сгреб сандалии в охапку и двинулся в сторону противоположную той, куда направился эльф.
— Ага, согласился скормить нас своим усопшим предкам. — буркнул Альдо и вопросительно посмотрел на Коэна. — Идем?
— Марат пойдет с вами, он знает, что делать. — Бенат переглянулся с Хаганом, который одобрительно кивнул. — Поможет.
— Я бы присоединился, но, боюсь, буду только обузой. — Хаган виновато поморщился.
— Не начинай, мы уже все обсудили. — Лиара понимающе похлопала вора по спине.
— Идем, похоже наш остроухий проводник не собирается ждать. — Коэн нетерпеливо одернул волшебницу и нехотя направился вдогонку за эльфом.
… Темный силуэт эльфа то и дело скрывался за очередным крутым поворотом. Он без раздумий выбирал нужное направление и раз за разом исчезал во мраке лабиринта тоннелей. Ботинки остроухого с хлюпаньем ступали по размякшему грунту подземелья, позволяя Коэну и компании поспевать за полоумным проводником на слух, когда они теряли его из виду.
Внезапно шаги эльфа стихли.
Коэн, протиснувшись через тесную, покрытую мхом, расщелину, оказался в небольшом, приземистом гроте. Дальше хода не было.
Остроухий неподвижно стоял напротив глухой стены, словно хотел просверлить ее взглядом.
— Даниэль, заблудился? — осторожно спросил Коэн.
— Пфф. — презрительно прыснул эльф и двинул ногой вниз стены.
Незаметная в темноте дверь бесшумно распахнулась, открыв узкое отверстие прохода.
— Я Умрод! — исчезая во мраке проема, выкрикнул эльф.
— А как же Даниэль? — язвительно фыркнул Стиг. — Мелкому альбиносу это бы не понравилось.
— Мы те, кто мы есть, а не те, кем нас хотят видеть другие. — назидательным тоном произнес Марат.
— Началось… Давно ты не кукарекал. — Стиг страдальчески закатил глаза.
— Прекратите. — строго отрезала Лиара и поспешила вслед за эльфом.
Вскоре, через какую-то сотню шагов, за ниспадающим душным тоннелем разверзлась огромная пасть
