расставаться: я к вам привык, вы мои друзья. Вот уж не думал, что, будучи отшельником, заведу в своем медвежьем углу друзей, – засмеялся Федор. – В гости все равно так и так будем друг к другу приходить. Ну или телепортироваться. Вы от меня уже не отвяжетесь. Я теперь сам хочу посмотреть, где и как вы живете, познакомиться с вашим местом силы.
Все радостно загалдели и стали хлопать Федора по плечам и приглашать в гости.
– Ты, Федор, с этим, главное, не тяни, – напутствовала Федора Сова, будто они уже уезжали. – А то вдруг нашу команду вызовут на какой-нибудь аврал. Ты придешь, а нас там нету. Один Дом будет стоять. Но Дом точно тебя будет ждать всегда на своем месте. Если, конечно, в крайнем случае с нами куда-нибудь не полетит, – задумчиво добавила Сова.
Дом одобрительно заскрипел ставнями, выражая готовность ждать дорогого гостя.
Выяснив таким образом все отношения, Федор наконец произнес:
– Итак, дорогие мои, назначаю лечение на сегодня, на два часа дня.
– Вот и хорошо, – произнес Лева, – мы хоть побродим по округе, попрощаемся со всеми местами.
Все закивали, а Федор отправился к себе в избушку заканчивать приготовление к процессу излечения Отрывкина.
– Ой, – произнес Отрывкин, – а я уже было и забыл, зачем мы сюда приехали. Все было у нас настолько классно и насыщенно, что я даже не думал ни о каких болячках.
– И это правильно, – важно поднял крыло Ворон. – Именно это и было моральной и физической подготовкой тебя к лечебному исцелению. Изменять генетику – дело нешуточное.
Все снова согласились и решили пойти прогуляться по окрестностям: попрощаться со ставшими родными местами.
Отрывкинская команда в полном составе (даже малыши пошли) прошлась по всем местам «боевой славы», где она успела отметиться.
Сначала все побывали на ручье, поблагодарили его за гостеприимство, за его ласковые воды. И вдруг из воды высунулась щучья морда.
– Ну вы это… приезжайте в гости, что ли, – проговорила щука, сверкая на солнце железными зубами, – а то без вас скучновато стало. Даже караси какие-то скучные плавают. А уж ты, Сова, будешь у меня здесь особенным гостем. Как только захочешь ушицы из карасиков, я мигом тебе подгоню жирненьких, – закончила щука и улыбнулась.
Если бы кто-то непосвященный увидел ее улыбку, то упал бы в обморок. Но друзья-то знали, что щука улыбается от души и улыбка это приветливая.
Сова поблагодарила щуку:
– Да и ты на нас зла не держи. Правда, мы зубы-то починили, но все-таки…
– Да ты что! – замахала плавниками щука на Сову. – Эти зубы – лучшее, что у меня теперь есть вместе с воспоминаниями о вас!
Она махнула хвостом и скрылась в заводи – пошла, наверное, дальше сторожить своих карасей.
Попрощавшись с ручьем, друзья поспешили в тайгу, на поляну поющих ромашек – так теперь они назывались. Конечно, никто не забыл, какими они были изначально. А что, теперь им всю жизнь это вспоминать? Команда Отрывкина была незлая. У нее просто хорошая память.
Ромашки встретили компанию Отрывкина арией «Улетай на крыльях ветра» из «Князя Игоря» Глинки. Всем очень понравилось, как пели ромашки.
Отрывкин сказал одобрительно:
– Вот и что раньше молчали? Продолжайте дальше радовать всех песнями. Обучайте птиц лесных этим песням. Федор к вам будет заходить в гости и слушать вас.
Ромашки одобрительно закивали и будто (сложилось такое впечатление) заулыбались.
– Без зубов вы гораздо симпатичнее, – пробормотал Отрывкин и вздрогнул, вспомнив приключение, которое чуть не стоило жизни Ворону. Посмотрев на Ворона, Отрывкин убедился, что и Ворон задумался о том же. Ромашки весело закивали головками.
Друзья пошли дальше.
Попрощались они и с рыжими муравьями, которые теперь жили в настоящем доме. Он действительно был похож на дом – теперь уже точно на него никто не сядет отдохнуть, приняв за пенек или еще за что-нибудь. Тот же рыжий муравей, который разговаривал с Левой и Васей, вышел поздороваться с друзьями Отрывкина и заодно с ними попрощаться. Он поблагодарил за то, что́ они сделали для его народа, и добавил, что их никогда не забудут.
– И вообще, приезжайте к нам в гости обязательно! Мы будем вас ждать, – закончил рыжий муравей.
…Отрывкин и компания бродили по тайге, искали уже известные места, где с ними что-либо приключилось, и воспоминания текли рекой.
– Что мы все вспоминаем и вспоминаем! – возмутилась Сова. – Будто мы уже отсюда уехали, и навсегда. А мы даже еще и не уехали. И неизвестно, когда уедем.
– Ты на что намекаешь? – спросил Ворон.
– Да ни на что я не намекаю, – огрызнулась Сова. – Мы Отрывкина еще не вылечили. А то назначили день прощания, как в пионерском лагере. Только там были дни встречи с родными. Ходят тут все, понимаешь, и настроение портят. Ну, уедем мы на какое-то время. Но мы же обязательно вернемся. Как можно не вернуться в такую красотищу! Магией подпитаться было бы не худо.
– Ну да, Сова, – усмехнулся Лева, – ты у нас птица практичная. Куда же без подпитки-то. И я бы сказал, что мы еще приедем и сами это место подпитаем, чтобы не скучно было без нашей магии.
– Это точно, – произнесла Василиса, – уж что-что, а скучно с нами не бывает.
Все дружно засмеялись и пошли обратно к Дому, так как время подходило к назначенным Федором двум часам.
Возвратясь к себе на поляну, все увидели, что Дом уже нервно переминается с угла на угол и тревожно поскрипывает. Дом тоже нервничал, переживая о том, чем закончится лечение Отрывкина. Еще он был взволнован предстоящими хлопотами по отъезду.
– Ну ты-то что нервничаешь? – произнес Отрывкин. – Все свое у нас в тебе. А перемещаемся мы теперь, как ты сам знаешь и умеешь, только телепортацией, чтобы времени не тратить и не уставать в дороге. Координаты ты знаешь.
Дом согласно хлопнул ставнями и успокоился.
Тут на крыльцо своей избушки вышел Федор и позвал Отрывкина: мол, пора. Вся команда расселась на поляне перед избушкой в ожидании.
Отрывкин скрылся за дверью.
В избушке Федор протянул Отрывкину ковшик с настоем и приказал выпить. Отрывкин с опаской поглядел на ярко-зеленую жидкость. Закрыл глаза и мужественно выпил все до дна. Как и велел Федор.
…Снаружи сидели друзья и ждали. Через какое-то время в избушке раздался хлопок, потом дикий крик. Ну а потом дверь слетела с петель и из избушки пулей вылетел Федор с вытаращенными глазами – за ним по пятам гнался гигантский полутораметровый паук с восемью ногами, все тело которого было покрыто жестким рыжим волосом. Намерения у паука были
