такой интимный…
– Ты выйдешь за меня, Маша.
Это даже не вопрос, а утверждение, которое я слышу в твердом голосе.
– Да…
Отвечаю почему-то осипшим голосом.
– Завтра.
– Что завтра?
Не понимаю, о чем он сейчас.
– Свадьба завтра. Лисичка.
Глава 71
Фил Гринвуд
Несколько дней назад
Поместье Кацов встречает меня ранним утром, когда кованные ворота открываются перед моим автомобилем. За рулем сидит водитель, который аккуратно выруливает в сторону особняка, минуя заснеженные дорожки.
Даже снежный буран, который я преодолел на пути сюда, не смог помешать мне в достижении моей цели.
Ничто не смогло.
Последние полгода я выстраивал империю. Пока только фундамент, первые кирпичи, но то строение, которое я продумал и начал сооружать, уже дает первые плоды.
Рука сильнее сжимается на кожаной сумке с кэшем. Кровавый требовал долг в двойном размере.
Я утроил.
С каждым метром чем ближе приближаюсь к дому своей лисички, тем сложнее мне дышится. В грудной клетке надрывно стучит сердце, и хотя я знаю, что Маша сдает последние экзамены и ее не может быть здесь, все равно нервишки пошаливают.
Ее дом носит на себе ее отпечаток. Куда не гляну, везде она мерещится. Вспоминаю, как залип на ней, когда на балконе в развратной сорочке белыми трусами светила, как на лошади скакала и как безумно отдавалась в лесном домике…
Открываю дверь и выхожу на мороз, снег и ветер бьют в лицо, пока поднимаюсь по лестницам. За последние полгода Фил Гринвуд изменился.
Общение с Гором Кирианом дало свои плоды.
Умный мужик, расчетливый, продуманный, держащий свой бизнес мертвой хваткой, вызвал у меня уважение и дал крутой мастер-класс.
У Сокола интересная жизнь. Тропка, по которой он шел, не была ровной. Интересный мужик. Никогда не думал, что могу найти в лице бывшего морпеха друга, но Гор оказался тем редким случаем, когда мне действительно фортануло.
Захожу в дом с парадного входа и на пороге встречаюсь со Змеем. Бывший начальник улыбается будто мы только вчера виделись. Киваю и задаю вопрос:
– Кровавый у себя?
– На месте. Ждут тебя, Джокер.
Иду к кабинету, прохожу к двери, за которой сидит тот, с кем у меня самой главный договор в жизни.
Вхожу без стука, застав Царя, как всегда, сидящим в своем кожаном кресле.
Встречаемся взглядом и я, не сбрасывая скорости, подхожу и бросаю на стол сумку с баблом.
– Я пришел за тем, что принадлежит мне. Моя женщина. Отдай мне ее.
Кровавый молча сверлит меня белесыми глазами. Безэмоционален, как всегда.
– Ну садись, побазарим, Фил, в ногах правды нет.
Исполняю приказ бывшего шефа.
Смотрит на меня своими белесыми глазами, краешком губ слегка улыбается.
– Ты выполнил свою часть уговора. Скажем так. Я всегда держу руку на пульсе и в курсе, какие дела ты проворачиваешь в Вегасе. Похвально, Джокер. У тебя хватка дельца.
– Легальный бизнес может быть прибыльным, если все с самого начала правильно поставить.
– Кстати, не ты один развязался с прошлым. Скажем так, Димитрий сделал мне предложение, от которого я не смог отказаться. Теперь у нас полным ходом реорганизация.
Разваливаюсь в кресле и ухмыляюсь.
– Ну, с твоими бабками и легальным бизнесом, который ты имеешь в виде прикрытия, думаю, это было вопросом времени.
– Джокер, ты всегда все просекал. Похвально… сынок.
Меряемся взглядом и Кровавый продолжает:
– А теперь слушай меня внимательно. Мария будет твоей только после того, как вы обвенчаетесь и никак иначе.
Смотрю в белесые глаза и говорю четко с расстановкой:
– Моя Маша сдает последний экзамен двадцатого числа. На двадцать четвертое у нее обратный билет.
Прищуривается.
– Все схвачено у тебя Джокер.
– Двадцать пятого состоится наша свадьба. В Рождество. Дольше ждать, уж прости, не смогу. Полгода без бабы.
Царь, слегка улыбнувшись, продолжает:
– Мы с тобой определенно поладим, Фил. Время есть. Думаю, Аврора будет на седьмом небе от счастья и возьмется за организацию торжества со всем пылом.
– Пусть рулит. Только бабки с меня.
– Без проблем. Сумочку свою убери только со стола. Считай, подарок на свадьбу от тестя.
Эпилог
Наконец-то!
Дорываюсь до невесты, нет! Не невесты, до своей жены. Сжимаю в объятиях красотку, в ворохе пышных юбок похожую на слоенный торт со взбитыми сливками, который так и хочется попробовать.
Когда увидел Машу в этих кремовых кружевах, с фатой, закрывающее личико, думал сдохну. А когда откинул вуаль и встретился взглядом со своей принцессой, меня выбросило от разряда электрического тока в нирвану.
Красивая. Нежная. Моя.
– Фил… – голос моей жены срывается, – ты порвешь платье, – выдыхает мне в губы, пока я нетерпеливо задираю эти бесконечные слои своего тортика, чтобы добраться до самой вкусной мякоти.
Отталкивает.
Рычу, но отпускаю. Быстро поворачивается ко мне спиной и упирается тонкими руками в стену.
– Там шнуровка, распусти ее.
– Мне нравится эта поза, сладкая, – проговариваю ей в ушко, наконец, добравшись рукой до белья.
Чувствую, как улыбается, а пальцы нащупывают интересненькое.
– Это что, ведьма?!
– Распакуй свой подарок! Не пожалеешь.
Смеется, зараза маленькая. На нервах моих играет.
Снимает сама длинную фату с волос и выгибается в спине. Грациозная как кошка.
Зверею от ревности.
– Где нахваталась этих финтов, а, маленькая? – резко хватаюсь за собранные в прическу рыжие прядки.
– Нигде! Фил, я для тебя горю, только для тебя, сними платье.
Пальцы опускаются на шнуровку.
Мой долгожданный подарочек.
Кровавый совсем зверь, заявил, чтобы до свадьбы я не прикасался к своей невесте. Либо решил мстить, изводя, либо хотел, чтобы она мне девственницей в жены досталась.
Здесь тесть, конечно, погорячился, целку своей девочки я давно взял. Но сейчас то, что между нами происходит, пожалуй, этого стоило ждать.
Платье падает к ногам Маши, и она оборачивается ко мне, взмахом головы высвобождая волосы. Рыжие пряди тяжелой волной падают на грудь, скрывая частично мою принцессу.
У меня рот слюной наполняется только от вида красавицы.
– Пиздец, какая ты, а…
– Как тебе мое развратное бельишко, муж мой?
Стерва, улыбается так, что мне в брюках становится тесно. Разглядываю белоснежные кружева, останавливаюсь на призывно торчащих сосках. Опускаю взгляд к подвязкам и трусикам с бантиком на самом желанном месте, залипаю на длиннющих ногах в чулочках.
Прикусывает губу и смотрит вдруг в нерешительности, резко толкаю ее на стену и поднимаю, одной рукой рву к чертям ленточку в виде трусов со своего самого желанного за всю жизнь подарка.
Целую сладкие пухлые губы. Моя спелая вишенка, всасываю ее язык. Мычит что-то, ерзает на мне
