и не замечаю, как член выпрыгивает из штанов и одним ударом заполняет тесное и тугое влагалище.
– Фииил, – срывает голос в крике, и я смотрю в затуманенные похотью глаза своей женщины, ищу отголоски боли, но там только наслаждение.
Рывками вхожу и при каждом ударе мне все кайфовее. Невозможно оторваться от самого сладкого в мире деликатеса, моего личного тортика, который я буду брать снова и снова в бесконечной неугасающей жажде.
Насытиться точно не смогу.
Удары выбивают стоны, такие приятные, ощущаю, как пальчики зарываются в мои волосы на затылке…
– Фил…
Шепчет непрерывно и откидывает голову, оголяя беззащитную шею, животное внутри меня срывается с цепей и вылизывает уязвимую линию, кусает, метит несильно, не до крови, но засосик будет.
– Ааа… – шипит и стоит мне опять поймать сладкие губы, кусает меня за нижнюю губу, продавливает своими острыми зубками до крови и кончает, ритмично сокращающиеся стенки влагалища заставляют меня излиться и продолжают вытягивать из меня все до последней капли, сцеживать сперму, пока я балдею от ощущений.
– Моя лисичка.
Целую непрерывно и несу свою жену в ванную, не размыкаю контакта, не хочу покидать это радушное и горячее тело. Мы только начали. Я голодный. Я полгода без нее. Сны видел такие, что обкончаешься, и вот теперь она у меня в руках и все, о чем мечтал… все с ней вытворять буду.
– Фил, – смотрит на меня своими охренительными зелеными глазами, и я понимаю, что они меняют цвет во время оргазма, становятся насыщеннее, темнее…
– Я чувствую, как внутри меня ты…
Замолкает смущенно и я улыбаюсь.
– Что, хер опять встал? Привыкай. Со мной будет много и грязно, все попробуешь, мы пока на разогреве и не смущайся. Не думала ведь, что одним разом отделаешься.
Заходим в душ, и я врубаю воду. Прямо как есть ставлю Машу под струи. Член недовольно дергается, стоить вытащить его. Смотрю, как струи заставляют потемнеть красные волосы, делая их почти черными, наблюдаю, как мокрые кружева прилипают к груди с алыми сосками.
Маша смотрит на меня, не моргает, заводит руки за спину и откидывает ненужный бюстгалтер, оголяя налитую грудь, скатывает чулки и ласкает себя полностью обнаженную, проводит пальцами по вершинкам аппетитной груди.
– Не делай так! – рычу, завожусь…
– Тебе не нравится? – спрашивает и голосок дрожит.
– Наоборот. Я от вида только кончить могу, а я хочу в тебя спускать. Только в тебя. Столько, пока не понесешь от меня.
Улыбается и меня от ее порочных губок ведет.
Тело простреливает похотливым импульсом, и я быстро избавляюсь от шмоток. Смотрю, как тяжелеют спелые вишенки под струями. Захожу к ней. Кладу руку на острое плечо, заставляю Машу опуститься на колени.
Смотрит на меня так открыто снизу вверх, что член дергается и берет курс прямо к манящим полным губам.
Понимает, что я от нее хочу.
– Я не могу, не умею…
– Мороженное в рожке лизала ведь, да и леденцы сосала…
Кивает.
– Считай, один конкретный леденец с мороженым получила в личное пользование.
Улыбаюсь и заставляю приоткрыть рот, давлю легонько на щеки, и Маша послушно открывает ротик, затем сама обхватывает головку пухлыми губками и осторожно проводит язычком по стволу.
Чуть не стону от этого. Моя ведьма быстро учится. Едва не пускаю маты от неожиданности, когда засасывает ствол, и начинает лизать свой персональный леденец, проходится языком, обхватывает и причмокивает. Нравится ей.
– Руками помогай себе.
Подсказываю хрипло.
Накрывает тонкими пальчиками, не может обхватить всю ширину и присоединяет вторую руку. Упираю руки в кафельную плитку и заставляю себя не двигаться. С ней я сдерживаюсь, пока. Удерживаю себя от того, чтобы натянуть ее на себя и долбиться в глотку.
Мы будем познавать друг друга медленно. Некуда спешить. Она теперь навсегда только моя.
Поднимаю Машу за плечи и прижимаю спиной к своей груди так, что попкой чувствует мой стояк, веду пальцами по бархату кожи, выкручиваю соски и слышу сладкий стон.
– Мне нравится твой темперамент, лисичка, нравится, что ты течешь от того, что отсасывала мне…
– Фил…
– Что, радость моя?
– Я хочу почувствовать тебя снова в себе… – шепчет и трется задницей, елозит по мне в нетерпении.
– Нет, не так. Скажи – хочу заняться с тобой любовью. Хочу любить тебя.
– Хочу… все хочу…
Шепчет моя принцесса и, чуть повернув голову, смотрит на меня, а я спускаюсь пальцами по плоскому животику, опускаюсь ниже и чувствую мокрые складки. Влажные они не от душа, сок ее на пальцах чувствую и начинаю растирать. Закатывает глаза.
– Скажи. Маша, ты себя ласкала так?
– Ч-что?
Хнычет, глаза прикрывает.
– С клитором играла?
Надавливаю на тугую горошинку, веду пальцами из стороны в сторону, кружу на определенной точке.
– Да… – выдыхает признание, губы закусывает…
Резко выкручиваю и срываю стон.
Больно ей, но кайфово. Я человеческое тело хорошо изучил, все болевые точки, которые могут стать источником наслаждения, знаю.
– Когда начала изучать свою сексуальность, ммм, сладкая? Кого представляла моя течная сука пока натирала киску?
Причиняю немного боли своими ласками, потому что только от мысли, что могла о другом думать, крышу напрочь рвет.
Пальцы все сильнее впиваются в грудь, оставляя синяки, а член дрожит от желания натянуть свою женщину, чтобы думать ни о чем не могла, кроме траха со мной.
– Маша… отвечай…
Вылизываю ушко.
– Тебя! О тебе думала! Чертов больной ублюдок! Ждала эти полгода, скучала и… – дыхание учащается, на грани оргазма балансирует ее прекрасное тело.
Садист внутри хочет получить ответы, а пытку удовольствием я еще никому не проводил…
– Что представляла? Как именно я тебя трахал, ммм, Маша?
Задаю вопрос, в то время как пальцы проскальзывают в горячую мокрую щель. Двигаюсь медленно, заставляя ее насаживаться и желать большего.
– Я просто… скучала и хотела тебя… твои пальцы и член в себе!
Шипит разозленной кошкой.
Улыбаюсь…
– Фил… я тебя убью…
– Не получится, сладкая… Но для начала попробуй затрахать меня до смерти.
Отпускаю клитор и проскальзываю двумя пальцами в пульсирующую глубину, узкую и горячую.
– Всегда был только ты, Джокер. До тебя пустота. С тобой наполненность…
Шепчет свои признания, и я не выдерживаю, разворачиваю принцессу к себе лицом и смотрю в блестящие глаза.
Отталкиваю ее на стенку и падаю на колени.
Джокер. На. Коленях.
Еще никогда такого не делал, но язык колет от желания попробовать мою девочку.
Заставляю отвести красивую ножку и упереть в мое плечо.
– Фил…
Смотрит на меня ошалело. Умная девочка понимает, что именно я намерен сделать. Сглатывает, когда приближаю лицо к киске, а потом
