родился мусорщиком. Меня подобрал старик из касты неприкасаемых. Его звали Перл. Он вырастил меня, а своих настоящих родителей я никогда не знал. – Излагаю заранее продуманную легенду обстоятельно и неторопливо, словно вспоминаю далекие события. На самом деле я подготовился, еще сидя в тюрьме до суда. Тогда я думал, что орденские прокураторы будут выяснять и копать, что-откуда. Если бы я знал, что без лишних затей отправят на плаху, то и мучиться бы не стал, но, как говориться, никогда не знаешь что и где пригодится.
Задумавшись, будто вспоминая, рассказываю дальше.
– Восемнадцать лет я не знал о своем даре и рос способным, но вполне обычным мальчиком, пока не попал на ринг. Там это произошло в первый раз и совсем случайно…
Подняв руку, седобородый старик неожиданно прервал меня.
– Скажи, когда ты в Сумраке, видишь ли ты запись заклинания у других людей?
Уверенно киваю.
– Да, я видел надпись на левой руке, но я неграмотен и прочесть ее не мог.
Прищуренный взгляд оценивающе прошелся по моему лицу, а затем игемон улыбнулся.
– Хорошо, сынок, я узнал что хотел. Теперь ступай, ты заслужил отдых.
Изобразив на лице благодарность и туповатую безмятежность, разворачиваюсь и шагаю туда, где на другом краю плаца строятся остатки моего отделения. На ходу абстрагируюсь от всего и напрягаю слух. Почти тут же слышу ровный голос Сар аль Бинаи:
– Что скажете, мой господин?
Ответ игемона звучит совсем по-другому, чем когда он разговаривал со мной. Теперь в интонациях этого человека нет ни малейшей мягкости, скорее это голос жесткого, не знающего сантиментов руководителя, всегда добивающегося своей цели.
– Крайне подозрителен. Никогда не слышал, чтобы хоть кто-нибудь смог войти в Сумрак самостоятельно, без подготовки и учебы! И потом, почему не видно записи заклинания? Даже моего опыта не хватает, чтобы определить каким именно он обладает.
– Возможно, – выразил свою мысль Бинаи, – заклинание почти атрофировалось в его организме, без использования и по причине скудоумия владельца. Отсюда отсутствие стража, а потом внезапная активация на ринге послужила катализатором, и как результат сбой: слабое заклинание позволило войти в Сумрак. Я читал в хрониках, такое бывало.
– Так ты полаешь, у него низкородное заклинание?
Ответ магистра прозвучал безапелляционно.
– Уверен, Триан, не выше. Представляете, когда я брал его в Сумраке, он кинулся на меня с обычным мечом! А с каким изумлением он смотрел на обломок в своих руках, когда я срезал его клинок энергетическим ударом. Без всяких сомнений, он не имеет ни малейшего представления об оружии Сумрака.
Услышав последнее, я даже взбодрился. Кажется, меня не будут разбирать на части! Излишняя самоуверенность магистра и мое полное истощение после крысиной ямы сыграли мне на руку.
Глава 25
Следующие два дня прошли в полном безделье. Все ждут дальнейшего решения ордена. Оставят всю группу здесь в столице или отправят в провинцию, а может вообще раскидают по отделениям в разные концы империи.
Весь день мы проводим на плацу, но занятий никаких нет. В рамках желтого песочного прямоугольника нам предоставлена полная свобода. Хочешь занимайся, а хочешь валяйся без дела. Я выбрал третий вариант и лежу в тени навеса, спасаясь от жаркого солнца. Скучать в одиночестве мне не приходится, поскольку собеседник у меня всегда с собой. Никто не рискнет назвать его приятным, но то, что Гор является для меня главным и по сути единственным источником информации, отрицать не приходится.
Полуденное солнце жарит немилосердно, и наш диалог с демоном ведется в таком же ленивом ключе.
– Послушай, – перехожу к тому, что меня действительно волнует, – то копье, что я бросил в адского пса, это как, все еще часть защиты или уже нападение?
Гор медленно растягивает слова, словно его тоже достает испепеляющая жара.
Что такое?! Мой маленький глупый мусорщик начал умнеть на глазах! Он уже задает умные вопросы.
Я не реагирую на его сарказм и жду ответа. Небольшая пауза, и демон все же начал говорить по существу.
Да, соглашусь, это первый уровень второго дана. И пусть, по-моему, ты получил его незаслуженно легко, я вынужден признать, что твоя находчивость вызывает уважение.
Сказать, что я польщен, это ничего не сказать. Ведь если я не ослышался, то Гор только-что меня похвалил. Злая ирония, сарказм, издевки – это привычно, но похвала… Я даже онемел от неожиданности и вместо благодарности брякнул первое, что пришло на ум.
– Ничего себе, легко! Да меня чуть не сожрало адское чудовище!
Не преувеличивай! Ты еще настоящих чудовищ не видел, а тот сморчок был самый рядовой солдат Тьмы, демон низшего уровня. Чудовищем его назвать язык не повернется.
Спорить по поводу терминов я с Гором не собираюсь. Бесспорно, у нас с ним разные представления о чудовищах, еще неизвестно, как он сам выглядит. Если тот черный смерч, что я видел в ночь получения заклинания, это его истинный облик, то да, на роль настоящего чудовища у него прав несомненно больше. Пусть он этим тешится, а меня волнует другое, какие преимущества дает мне этот новый дан.
– Первый уровень второго дана, – повторяю для пущей прочувственности, – какие новые возможности он открывает?
Демон иронично хмыкает мне в ответ:
А ты что, не заметил?!
– Да нет, я не о том. – Не даю ему отделаться пустяшной фразой. – Системно, что поменялось? Какая у меня теперь защита, какой силы удар?
Тяжело вздохнув, Гор все же пускается в разъяснения:
Ну до чего же ты нудный! Все тебе по полочкам разложи да покажи! Здесь есть аналогия с защитой. Для всех, кто ниже тебя по рейтинговой системе, то есть стражей заклинания Триан всех данов и уровней, и Дойс первого дана – достаточно одного твоего удара. Один хороший удар выведет их из строя, а вот для Дойс второго дана необходимо уже три, а для третьего шесть ударов. Стражи заклинания Эйн пока вообще
