она пребывала в крайнем волнении.
– Что-то случилось. Тереза? – спросила я.
– Да, – сказала ведьма. – Вчера я приготовила свой проверенный рецепт. Он не мог меня подвести.
– Ужин был очень вкусный, – подтвердила я и принялась намазывать булочку маслом.
Тереза рухнула на сундук.
– Но хозяин не выглядит сегодня довольным! – Она заломила руки. – И вы хорошо спали, хозяйка.
Прозвучало как упрек. Я попыталась понять, почему Тереза так разволновалась и пытается возложить на себя ответственность за мрачное настроение Морана. Скорее уж мой вопрос про орден ему не понравился.
– Неужели он такой холодный? – спросила Тереза, сильно понизив голос.
– Холодный?
Сразу вспомнились теплые пальцы и процесс создания иллюзии.
– Мой прошлый господин весьма ценил мои умения в обращении со специями. Вчерашнее кушанье безотказно горячит кровь и придает сил на всю ночь, разжигает страсть. – Тереза сжала пальцы в кулак. – И вдруг – тишина и покой до утра. А я так старалась угодить!
Тут до меня дошло, куда она клонит. Возмущению моему не было предела.
– Тереза! – вскричала я и оглянулась на дверь, опасаясь, что мой крик услышит маг в башне. Потом зашептала, а точнее, зашипела: – Никогда! Слышите, никогда не готовьте ничего подобного! Это… это недопустимо!
– А прошлая хозяйка была рада-радехонька! Вот я и подумала…
– Больше не думайте, – решительно приказала я, краснея.
От такого у меня даже пропал аппетит.
– Что-то вы покраснели… А теперь побледнели и трясетесь, будто лист на ветру.
– Тереза, нельзя накладывать чары на еду.
– Да разве это чары? – искренне изумилась она. – Так… Немного удовольствия, щепотка похоти…
– Похоти? Только этого не хватало! – взвилась я.
Вот что бывает, когда кухарка – темная ведьма. Кто знает, какие у нее еще рецепты?
Тереза прищурилась.
– Да что вы так разволновались?
– Впредь говорите, какие специи собираетесь добавить, – сказала я. – Никакой похоти, никакой страсти. Этому всему не место на тарелке. Чтобы в кухне с сегодняшнего дня вообще не было ничего подобного.
Она прижала руки к необъятной груди и совсем тихо сказала:
– Но это же будет совсем пресно…
– И пусть!
Я совсем разволновалась.
– Но неужели вы не любите…
– Не люблю!
– Может, нужно просто распробовать?
Упорства Терезе было не занимать.
Я глубоко вздохнула, а она, воспользовавшись заминкой, ринулась в атаку.
– Если хозяин груб с вами, то есть у меня одно проверенное средство… Очень надежное, – доверительно сообщила она.
– Ох Светлейшая! НЕТ! Ничего он не груб.
Ведьма очень медленно сползла с сундука и принялась принюхиваться. Глаза ее засветились сиреневым огнем, ногти на руках опасно удлинились.
Я схватила поднос с завтраком и приготовилась кинуть в кухарку.
– Не подходите!
Она рассеянно мотнула головой, колдовской огонь в глазах погас, а жуткие когти втянулись обратно, как не бывало. На губах заиграла довольная улыбка.
– Так вот оно как, – сказала кухарка. – Мне и в голову не могло прийти… А я-то глупая. Значит, он бережет вас.
Улыбка стала еще шире. От этого глаза Терезы превратились в совсем узенькие щелочки.
– Но спорю на свой лучший кухонный нож, что надолго терпения у хозяина не хватит. Он не устоит, и скоро вы узнаете любовь. Тут даже и думать нечего. Ну что за паника на вашем лице? Все через это проходят. Конечно, первый раз не обходится без крика, но зато потом…
– Уходите, – мой голос звучал так холодно, что стены могли покрыться инеем.
Тереза направилась к двери. На пороге она остановилась.
– Видимо, вы особенный трофей, хозяйка.
Нет. Это было выше моих сил. Поднос взлетел в воздух и устремился прямо к голове ведьмы. Да так быстро, что она не успела увернуться. Острый угол, окованный железными пластинами, уперся ей в горло. Ведьма тоненько ойкнула. Этот звук совершенно не вязался с ее внушительными габаритами.
Поднос висел в воздухе и слегка покачивался. Мерно звенела чашка.
– Простите, госпожа, – выдавила Тереза, – я позволила себе лишнего. Впредь буду держать свой глупый язык за зубами.
– Хорошо, Тереза. Если тебе нравится замок и эта кухня, не нужно распускать слухи.
Поднос со всем содержимым рухнул на пол. Я ожидала звона, треска, но в комнате стояла оглушительная тишина. Вся посуда и еда повисли над полом.
Кухарка торопливо забрала поднос и покинула комнату, едва не столкнувшись с Мораном.
– Уже позавтракала, Магда?
Оставалось лишь кивнуть. Я только что запустила поднос в кухарку! Сила отозвалась так легко! Но меня испугали собственная холодная решимость и тот окованный железом угол у горла ведьмы. Я хотела ее напугать. И это удалось в полной мере.
Моран ничем не показал, что слышал наш разговор с Терезой. Хотя я уверена: морт’аэн какое-то время наблюдал за происходящим.
– Если ты поела, – глаза мага лучились весельем, – я хотел бы пригласить тебя прогуляться по окрестностям.
Нет. Он точно все знает. И, видимо, одобряет мой поступок.
– Да, с удовольствием.
И это было вполне искренне. Мне хотелось прогуляться, а с Мораном можно не опасаться сюрпризов, которые могла приготовить темная земля.
– Тогда собирайся, а я подожду снаружи.
Маг ретировался, а я несколько раз перерыла сундук в поисках подходящего для прогулки наряда. Немало времени ушло и на безуспешные попытки усмирить волосы. Ох, тщеславие не знает границ.
Когда я спустилась, Моран терпеливо ждал, прохаживаясь взад и вперед по двору. Рядом вертелся Элис. Хорошо. Значит, с оборотнем ничего не случилось.
– Здравствуйте, хозяйка, – Элис отвесил мне глубокий поклон.
– Здравствуй, Элис.
– Не задерживайся, – приказал оборотню Моран и кивнул в сторону ворот.
– Все исполню в лучшем виде. Можете не сомневаться. Элис все сделает!
Оборотень приосанился и словно стал выше ростом. Его просто распирало от важности. Демонстрируя рвение, он завилял хвостом. Что? Откуда у него хвост? Раньше я его не замечала. Длинный, пушистый и рыжий хвост тут же исчез.
Моран протяжно свистнул, и из башни вылетели две серые тени. К ногам морт’аэна ластились две призрачные головы. Горели красным глаза, с клыков на камни падала слюна.
Я отшатнулась.
– Не бойся гончих, Магда, – успокоил Моран, – они не укусят. Можешь даже погладить. Нет? Ну, как знаешь.
Маг свистнул еще раз, и гончие умчались за ворота. Эти «собачки» сопровождали нас всю дорогу, то уносясь вперед, то возвращаясь. На меня они не обращали никакого внимания.
Путь лежал прямо в лес. Странно, но он был похож на тот, что раскинулся рядом с пансионом. Мы углублялись в чащу, а я узнавала голоса птиц, которые звенели в воздухе. Под ногами шелестели знакомые травы, качали широкими кронами знакомые деревья.
Я вдохнула ароматный воздух.
– Словно в светлых землях… Все выглядит таким родным.
Какое-то время морт’аэн молчал, погруженный в свои
