– О! – ахнула Анастасия и, обхватив Хока за плечи, прижалась к нему крепче, радостно раскрываясь еще сильнее навстречу их головокружительному соединению.
– Боже, Боже мой! – простонала она через некоторое время, сливаясь с Хоком в восхитительном ритме любовного наслаждения.
Хок продолжал любить ее, и Анастасия, бессвязно лепеча имя возлюбленного, судорожно стискивая его плечи, с силой двигала бедрами навстречу каждому его движению, страстно желая, чтобы он проникал в нее все глубже и глубже. Они наконец поймали тот ритм слияния, который может вознести влюбленных на головокружительную высоту, когда на короткий миг, охваченные наслаждением, тела и души становятся одним целым.
– Хок... Хок... – стонала Анастасия. – Хок, пожалуйста...
– Да, любимая, да, – выдохнул Хок, чувствуя, как и в нем самом, и в ней поднимается неудержимая волна блаженства, готовая затопить все и вся. И врата рая распахнулись перед ними во всю свою ширь, объяв вошедших захватывающим ощущением сладостного единения, сплавившего воедино их страсть, любовь, нежность, радость и счастье.
А потом они вернулись на землю, в каньон, в высохшее русло реки, и разгоряченные тела их были мокры от пота, и души их были полны неги и любовной слабости. Хок приподнялся на локте и тихонько поцеловал Анастасию в чуть приоткрытые губы. Она ответила не менее нежным поцелуем и тесно приникла к нему, вдруг почувствовав прохладу весенней ночи.
Они лежали и молчали, потому что слова не были нужны.
– Хок, пожалуйста, больше не оставляй меня одну, – попросила Анастасия. – И ничего не скрывай от меня. Пожалуйста.
– Договорились, – коротко ответил он и добавил: – Похоже, мне предстоит прожить жизнь, полную постоянного беспокойства и неведения, какое приключение ты организуешь в следующий раз.
Анастасия тихонько рассмеялась и погладила его по голому плечу.
– Пока я с тобой, никакие опасности мне не грозят.
– Надеюсь, очень на это надеюсь, – хмуро ответил он.
– Хок, а знаешь... – снова заговорила Анастасия, но он заставил ее замолчать, молниеносно накрыв ей рот ладонью и, весь обратившись в слух, приник ухом к земле.
Через секунду он торопливо сел и зашептал:
– Несколько человек на лошадях, и очень близко. Нас здесь не должны найти, но времени убраться подальше уже нет. – Он торопливо огляделся по сторонам, нашел набедренную повязку, поднялся на ноги и надел ее. Схватив брошенную им недавно еловую ветку, он повернулся к Анастасии: – Быстро одевайся и отведи мустангов к той, темной стене каньона. Стой рядом с ними и следи, чтобы они не дергались и не ржали. Я постараюсь сейчас замести наши следы, и тогда останется лишь молиться, чтобы они не заехали в каньон слишком далеко.
Широкими шагами он бесшумно ринулся вниз по высохшему руслу, а Анастасия принялась судорожно натягивать на себя одежду. Она еще не совсем пришла в себя, и от этого у нее тряслись руки и ноги, и все получалось очень медленно и неуклюже. Наконец она оделась и занялась мустангами. Отведя лошадей к стене, на которую указал Хок, Анастасия стала гладить взволнованных животных, шепча им ласковые слова. Успокаивая их, она успокаивала и себя, потому что испугалась не на шутку.
Прошла, казалось, вечность, хотя на самом деле – не более нескольких минут. Хок вернулся, подошел к Анастасии, ободряюще сжал ей плечо и сказал:
– Весьма возможно, что это люди Латимера ищут своих бычков. Стой тихо и спокойно, чтобы слиться со стеной каньона.
Они подвели мустангов вплотную к скале и, встав рядом с ними, обхватили руками лошадиные морды. Тела лошадей и впрямь слились с темной скалой каньона. Замерев, они принялись ждать, стараясь успокоить лошадей и самих себя.
Вскоре вдалеке послышался стук копыт, который все приближался и приближался. Затем стали доноситься мужские голоса. Всадники направились к высохшему речному руслу и остановились. Хок и Анастасия затаили дыхание. Мгновение спустя кавалькада двинулась дальше вверх по руслу. Они проехали несколько футов, остановились, затем снова тронулись вперед. Когда до затаившихся Анастасии и Хока оставалось совсем немного, всадники остановились вновь.
Поскрипывание кожаных седел в ночной тишине казалось ужасно громким. Всадники неторопливо оглядывались по сторонам.
– Ну так что, Чарли? Похоже, здесь все тихо, – заговорил один из них.
– Да вроде так. Не вижу, где здесь можно припрятать стадо.
– Точно.
– Может, хозяин сам его отыщет.
Один из мужчин фыркнул и чиркнул спичкой. До Хока и Анастасии донесся запах прикуренной сигары. Ничем не выдав своего присутствия, они лишь крепче сжали морды лошадей.
– Вообще-то странно это все, верно?
– Да это скорее всего индейцы. А там черт его знает.
– Да. Потом есть еще этот Спенсер.
– Тот южанин? Да ты что, уж очень он вежливый. Прямо такой весь из себя джентльмен.
– Ну да, все они вежливые, а что в голове, сам знаешь...
– Ти Эл все равно будет думать, что это дело рук Спенсера, что бы там на самом деле ни было.
– Похоже, что так, ведь на всей Литл-Колорадо, кроме этого малого, другого ранчеро нету.
– Так вся штука в том, что следов никаких, вот ведь что. И еще угнанные лошади. Слишком уж ловко все проделано, по мне, так явно индейцами попахивает.
– А что, может, ты и прав. А тут мы, кажись, только время теряем.
– До каких пор нам на восток ехать, а?
– Проедемся еще чуток. Не хочу вернуться раньше срока и попасть хозяину под горячую руку. Если он не отыщет этих своих бычков, то, считай, потеряет всю годовую выручку.
– Думаешь, рассчитает всех гуртовщиков?
– А черт его знает. Коли выгонит, попробуй наняться к Спенсеру.
– Ладно, поживем-увидим. Если это дело рук индейцев, то не видать нам этих бычков как своих ушей.
– А если Спенсер...
– Да один черт.
– Ти Эл небось знает, кто это.
– А то! Давай трогаться.
Они тронули лошадей, и в этот момент мустанг Анастасии начал грызть уздечку. Она отчаянно попыталась удержать его, и это ей почти удалось, но ведь известно, что в тишине звуки разносятся далеко. Она и Хок застыли, готовые ко всему.
– Слышал?
– Да это все чертовы лошади. Не стоится им на месте, особенно в такие ночи, как эта.
– Не любишь полнолуния?
– В такие ночи всегда вспоминаешь об индейцах. Ладно, поехали. Ни черта здесь нет. – Они развернули лошадей и двинулись обратно. Говоривший продолжил: – Я тебе разве не рассказывал, что сотворили апачи с золотоискателями в ночь полнолуния?
– Да вроде нет, не помню, – ответил второй голос под затихающий стук копыт.
– Да что ты? Все они ехали в Калифорнию и должны были пересечь территорию апачей. Так вот, я сам, своими глазами...
