— после паузы ответил маг. Продолжать тему их отношений он тоже не стал и перешел к чему-то куда более простому: — Хотя Кеплер относился к астрологии только как к способу заработка на прочие свои исследования, но при этом он до конца своих дней верил в гармонию, симметрию и магию простых чисел и фигур, управляющих мирозданием. Его схема была всего лишь метафорой для математической формулы, но, как часто бывает, массы восприняли её буквально, наполнили верой и заставили работать в заклинаниях и ритуалах. Отражение малого в большом: треугольник — это не просто несколько линий на пергаменте, это отражение пирамиды, отражение планеты Сатурн, движущейся по небу… Способной повлиять на успех призыва духа, трансмутации металлов или превращение ядовитой смеси в зелье удачи.
Глава 96
Погода в Лондоне была совершенно типичной для середины ноября и при этом невероятно отвратительной. Редкий холодный дождь с пролетающими хлопьями тяжелого мокрого снега, резкие порывы ветра, температура около нуля, закрывающие небо тучи… Впрочем, последнее Кайнетт готов был считать благом. Без света луны и звёзд едва ли кто-то смог бы разглядеть фигуру человека, сидящего на краю крыши многоэтажного дома, а значит, можно не утруждать себя маскировочным барьером, потратив силы только на «Импервиус» для защиты от дождя и ветра. Узнать бы его не могли, он сменил на время внешность и обычный гардероб, как в последнее время делал, исполняя заказы «Семьи». Однако люди могли бы просто вызвать полицию и спасателей при виде подростка на краю крыши, решив, что тот решил покончить с собой.
Маг не хотел находиться здесь, и не только из-за непогоды. Жаль было времени, потраченного на ожидание, при этом он не мог даже заняться какой-то требующей внимания работой, не боясь при этом пропустить возвращение нужного человека домой. Время было уже за полночь, но имеющиеся сведения говорили о том, что для офицера столичной полиции было привычно приходить в такое время.
Кайнетт охотно бы поручил всё это «расследование» ученикам, для таких заданий они и нужны, но в их компании только он сам владел ментальной магией на том уровне, который позволил бы не усомниться в результатах. Потому всю неделю приходилось лично искать разных людей, чтобы заглянуть в их воспоминания и как следует там покопаться. При том, что общие результаты пока выходили… неопределёнными.
Родителей Уайтстоун, просившей у их клуба помощи второкурсницы, маг сумел отыскать на выходных и перехватить по отдельности. Просмотренные воспоминания второкурсницы помогли определить, где проще будет их найти в определённое время дня. Особого сопротивления не было, даже отец Элизабет не успел отреагировать на парализующие чары и хотя бы достать палочку. Работа с их памятью показала, что у обоих есть воспоминания о нужном дне, о допросе и Пожирателях смерти, хотя и частично стертые и доработанные. Либо всё рассказанное Уайтстоун происходило на самом деле, либо те, кто планировал всю интригу, поработали не только с девчонкой, обеспечивая достоверность этой истории. Кайнетт не мог бы стопроцентно отделить настоящие воспоминания от искаженных магией, не превратив мозги этих людей в кашу, но вероятность того, что увиденная с трёх разных «ракурсов» и повторяющая даже мелкие детали сцена полностью фальшивая и не происходила в реальности, была невелика. Так что оставалось принять как рабочую версию, что Пожиратели и в самом деле решили через родителей подвернувшейся полукровки выйти на людей в полиции, и отрабатывать этот вариант. А пока, перед тем как вернуться обратно в школу, магу пришлось стереть память родителям Элизабет ещё раз.
Миссис Уайтстоун назвала Долохову четыре фамилии чиновников, через которых можно выйти на нужных людей, рассказала, где они живут или где и когда их можно будет найти в городе. Эти четверо уже знали больше дюжины подходящих человек в более высоких кабинетах и с более обширными связями в силовых структурах, но всё ещё недостаточно влиятельных, чтобы отдавать приказы… Кайнетт успел лишний раз подумать, что и сам за последние годы привык к тому, насколько тесен мир Магической Британии, где почти в любой сфере найти «человека, знакомый которого знает нужного человека» куда как проще. А среди обычных людей такие цепочки знакомств, от простого регистратора в мэрии до комиссаров и капитанов Столичной полиции, тянулись намного дальше. И среди этих людей из второй и третьей «очереди» у всех нашлись частично стёртые воспоминания об общении с Пожирателями. Хотя и не настолько драматические, без взятия в заложники детей и картинных угроз. Почти у всех волшебники действовали по несложной схеме: нападение в собственном доме или на пороге, «Ступефай», затем «Империо» и «Круцио», чтобы развязать язык, и в конце неизбежный «Обливейт». Значит, у подручных Реддла в самом деле был план, исполнение которого требовалось отследить дальше. Среди допрошенных некоторые на самом деле не обладали нужными знаниями, некоторые называли одни и те же имена тех, кто близок к нужным персонам, так что на следующем «этапе» для проверки набралось с десяток человек. Одного из них Кайнетт сейчас и дожидался.
— Наконец-то… — произнёс он негромко, когда в окнах на восьмом этаже зажегся свет, а усиленное магией зрение позволило разглядеть через стекло лицо вошедшего человека в мундире.
Конечно, маг предпочел бы дожидаться полицейского прямо у него дома, а не сидя на крыше под дождём, но он не хотел рисковать. Квартира не в самом бедном районе города, да ещё и принадлежащая человеку, у которого просто по должности обязательно найдутся враги: в отсутствии хозяина внутри наверняка будут включены сигнализация и иные охранные системы, которые не удастся с ходу распознать и вывести из строя. В этом отношении Кайнетт свои знания не переоценивал, а просто закрыть предварительно замкнутым барьером весь этаж будет слишком затратно.
Когда полицейский закрыл дверь и направился в сторону одной из комнат, маг шагнул к краю крыши, выбрал взглядом подходящее место внутри квартиры и затем аппарировал. Мастерства ему всё ещё не хватало, потому хлопок при перемещении вышел довольно громким, порывы ветра подняли в воздух мелкий мусор и какие-то бумаги с ближайшего стола. Сориентировавшись в пространстве, маг сразу вскинул руку и выкрикнул арии:
— Петрификус! Инкарцеро.
Лейтенант почти успел обернуться и даже дотянулся до так и не снятой кобуры с пистолетом, когда его парализовало, а затем возникшие из воздуха чёрные путы стянули руки и ноги. Без мистического знака чары вышли не очень мощными, но обычному человеку и этого хватит, тем более — ненадолго. Толкнув человека в ближайшее кресло, маг сел напротив и посмотрел ему
