Надо уходить отсюда, пока не поздно.
Эрик с трудом поднялся и протянул руку Тиане. Та, такая же мокрая до последней нитки, встала, дрожа от слабости и озноба. Ещё бы, чуть не утонула. И ей по-хорошему идти прямо в город, к своим, где спасут от южанина-врага, защитят в серых храмах. Он должен отпустить её, а сам снова отправиться в скитания в поисках неизвестно чего. То ли нового смысла, то ли пропавшей магии и дарханов, то ли…
Служительница внезапно отбросила свою робость и прильнула на миг. Благодарила, что не дал утонуть? Теперь не прочитать мысли, как прежде. Но только сейчас, держа её в руках, Эрик вдруг почувствовал себя не таким одиноким. Вспомнилась тоска, которая охватила возле того дома в Ивваре, как своя собственная, а на деле была не его – её. Что за судьба привела её к тюрьме и службе – одним духам известно.
Эрик хмыкнул. Да уж, а с их уровнем взаимопонимания и не узнать.
Впрочем, какое ему до того дело? Снова далеко послышался раскат грома. Гроза. Если здесь сейчас так громыхает, то что же творится там, где должны быть Алекс и Джейна? Что-то подсказывало ему, что стихийное бедствие, которое разворачивалось сейчас в небе, имело с капитаном самую прямую связь.
Тиана может знать, как найти дарханов, или помочь пройти через врагов. Можно было бы снова заставить её быть проводником и помочь ему, пусть с риском для жизни. Эрик не давал ей отстраниться и медленно подтянул ещё ближе. В конце концов, он давно не имел близости, а Тиана весьма хороша… Та пышногрудая девица в деревне Джейны после свадьбы не в счёт – он плохо помнил всё, что было после храма.
Пошёл дождь, и сразу сильный. Эрик сощурился от холодных капель, смывающих соль с кожи, и, чуть приподняв лицо Тианы, прижался жадным поцелуем. Её губы были холодные и дрожащие, и так захотелось их как следует согреть, чтобы ощутить снова, как кровь от смущения прильёт к губам и щекам. Эрик стиснул Тиану за талию и скомкал мокрое одеяние.
Ещё немного – и всё закончится, как в прошлый раз, если он себя не остановит. Повалить прямо на песок, заставить забыть и её, и себя о шрамах и собственном виде. Влюбить, подчинить и заставить пойти с собой, чтобы прикрыться её Серым плащом и святыми символами.
Но использовать Тиану так опять… он просто не вправе. В конце концов, не такой уж он и гад. По крайней мере, Джейна в это верит.
Эрик отпустил Тиану, глухо проворчал и зарылся в её мокрые кудряшки. Она тоже опустила руки, которыми невольно обхватила его за спину. Эрик взял Служительницу за ладонь, осторожно поднёс к своим губам и коснулся поцелуем по всем канонам этикета, что были ему известны.
– Кирия… или сента, вроде так у вас говорят, да? – На слово «сента» и его прощальный поцелуй Тиана помрачнела, и теперь его поступок показался нелепым. – Ладно, прости. – Он криво улыбнулся: – Спасибо, что не выдала тогда и помогла пройти в Верндари. Это, в общем-то, спасло меня, можно и так сказать. Живой, как видишь, только слегка поломанный.
Эрик мотнул головой, смахнув упавшие на лоб волосы, хотя, может, напрасно – те немного прикрывали шрамы.
А Тиана с напряженным лицом вдруг сделала шаг назад. Действительно. Тогда он почти не дал ей выбора, хотя её «ньет» определённо было больше похоже на «да». Но едва ли ей приятно было чувствовать себя временным утешением и минутной страстью моряка после плавания. Всё-таки он дурак, думающий только о себе. И, как приличная девушка, Тиана не простит того позора.
– Прости, – ещё раз шепнул он, переждав очередной грохот грома.
Но Тиана разгладила морщинки на переносице и отступила с таким видом, будто вообще его не знает. А потом посмотрела на что-то позади него.
Эрику даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, что происходит. Несколько коротких вопросов на ивварском понеслись из-за спины, прямо как и ожидалось. Кажется, скоро он выучит, как будет на ивварском «стоять», «кто такие», «как здесь оказались».
Двое всадников, патрулирующих побережье, приблизились и наставили на них заряженные арбалеты. Тиана подняла руку и что-то коротко сказала, а потом подошла к Эрику и взяла его за запястье – так, как берут опасного, но обезвреженного дикого зверька. Ивварцы мигом кивнули Служительнице и, спешившись, осторожно скрутили Эрику руки, а потом подчинились очередному приказу Тианы.
На его короткий взгляд через плечо она только чуть поджала губы, но в глазах прочиталась надежда. Эрик для проформы дёрнулся, проверяя, туго ли связали запястья, а потом подчинился ведущим. Напоследок глянул в мрачнеющее небо со странным предвкушением. Предчувствие не обманывало, обещая новые беды. В бездну! Может, эта гроза – только повод смыть всё старое и путь к чему-то новому? Пусть он и начинается со связанными руками.
Тиану подсадили на седло, а Эрика заставили следовать пешком, но он успел переглянуться с ней и широко ухмыльнулся. Поменялись ролями, значит. Это даже забавно.
22
Чужая воля
По-прежнему спокойный Варий только потёр шею, когда его выпустили. А в объятиях Алекса замерла Джейна – родная, еле живая, – и пьянящая сила в крови, свобода и почему-то смех мешались с яростью и желанием смести врагов одним порывом.
– Тот самый капитан Алекс Дельгар, вот как, – признал его Лайдж, который один из немногих стоял на месте и сопротивлялся ветру. – А ведь мы поверили императрице, что она казнила вас в Меригосте.
– Как видите, напрасно.
Алекс чувствовал, как с каждым вдохом сила целого неба пронизывает его. Облака давно переросли в грозовые тучи, и снова начался дождь, хлёсткий и колючий от ветра. Дарханы были на его стороне, пусть и не готовые сражаться до смерти, но их поддержка и вера вливались, как горные ключи в бурную реку. И это только ещё больше связывало со стихией…
Лайдж с парой Серых попытался приблизиться, но Алекс одной рукой развернул Джейну к себе, а вторую поднял и с удивлением смотрел, как ветер огибает пальцы и ощутимо меняет своё направление от одной мысли. Пара солдат заорала, угрожая и приближаясь, и Алекс направил к ним свою злость – ветер взревел в узкой расщелине скал и, будто рыча, покатил на них песком и пылью.
– Алекс, – слабо позвала Джейна, как сквозь туман. – За ними придут другие, – шептала она. – Стой, Алекс. Я видела. Их много…
Алекс опустил голову и осторожно коснулся щеки Джейны, на которой остался след огромного синяка. Она не выдержала
