«При декане он не посмеет сделать этого». - «Нет, конечно, он побоится декана».
«Нужно было бы согласиться на хорошую отметку... Как бы я сейчас не потеряла сознание, - подумала на мгновение Агнеш. - Но нет, не дам испортить зачетку четверкой. Соберусь немного с силами и выдержу эти полчаса...»
- Где находятся в Венгрии заводы по переработке глинозема? Из чего состоит глинозем?
- Заводы по переработке глинозема находятся в Айке. Из бокситов получают...
- Покажите процесс получения алюминия.
Агнеш пишет, чертит. За процессом производства алюминия, следуют белки, за белками - боевые отравляющие вещества, после иприта - анилиновые краски. Уже все мешается, на лампе качаются химические знаки, и оконная рама превращается в раму, используемую при изготовлении бумаги. Вопросы и ответы сыплются бесконечно. Теперь уже Паллаи хочет запутать ее только из принципа. Но Агнеш напрягает все свои силы, как бегун, который в своем стремлении первым разорвать ленту финиша не думает о том, что потом он рухнет обессиленный наземь; как пилот, который сажает на землю горящий самолет и только потом теряет сознание; как врач, который, почувствовав себя плохо во время операции, все же заканчивает ее и только потом падает в обморок...
Еще никогда не были так обострены ее чувства, до боли напряжены нервы. Вопрос, ответ, вопрос, ответ. И она помнит все, даже разделы, набранные в книге мелким шрифтом, формулы, опыты -все так свежо, отчетливо и ясно, даже то, что, как ей казалось, она не изучала по-настоящему.
Наконец встал декан.
- Я поздравляю вас, господин профессор, с такой ученицей. Столь прекрасного ответа я давно не слыхал.
Паллаи чувствует, что пришло время отступить, но важно не потерять при этом свой авторитет.
- Ну и помучил я вас за отличную оценку, но вы ее заслуживаете, -говорит он почти дружелюбно. - До свидания.
Агнеш, шатаясь, вышла в коридор. Ноги ее дрожали. Она уже не могла и радоваться отличной оценке, не в состоянии была о чем бы то ни было думать, ее качало, как пьяную.
В коридоре уже было темно, и она едва заметила на лестнице молодого человека.
- Агнеш!
- Яни!
У Яни Хомока огромный букет астр.
- Удачно?
- На «отлично»! - кричит Агнеш, и теперь она вновь счастлива.
- Я так волновался за вас.
- Вы давно ждете меня?
- С половины третьего.
- Боже мой! Так который теперь может быть час?
- Около девяти... а теперь мы немедленно отыщем какой-нибудь стул, вы сядете и покушаете.
У Яни был припасен такой кусок хлеба с повидлом, что он едва вытащил его из кармана.
- Садитесь. И вы не сдвинетесь с места, пока в вашей руке останется хоть одна крошка хлеба. А затем выпьете чай.
- Большое спасибо, - говорит Агнеш. Она взобралась на подоконник и съела весь хлеб до последней крошки. Раза два она, отломив маленький кусок хлеба, протягивала его Яни, но он по-чудному морщил лоб. «Это съедите вы, и давайте не будем спорить».
Когда же они отправились домой, сердце Агнеш наполнилось чувством благодарности и радости. Как хорошо, что Яни Хомок пришел, что ей не нужно идти домой одной. Как хорошо, что он не говорит ни слова, а преданно шагает рядом с ней, протягивает руку, когда нужно перепрыгнуть яму. Как хорошо, что он ждал ее, что беспокоился за нее, что подумал даже о том, что она может быть голодной, и что после этих нервных напряженных часов, усталая и разбитая, она может, ни о чем не думая, брести домой.
Ночь выдалась необычайно теплая. Светила луна, в небе сверкали звезды. На деревьях уже зеленели первые листочки. В воздухе чувствовалась весна.
Они на минуту остановились среди спящих домов. Было так тихо, что им казалось, будто на свете существуют только они двое.
- Агнеш, - едва слышно произносит Яни, охватывая ладонями лицо Агнеш. Его губы шевелятся, словно что-то еще хотят сказать; он быстро наклоняется и целует ее. Это произошло в одно мгновение, так что нельзя было ни защититься, ни ответить поцелуем.
Смущенные, они молча идут дальше.
Правая рука Яни Хомока слегка касается локтя Агнеш. Прощаясь в воротах, они протягивают друг другу руки и весело смеются.
Анализ крови
Ну вот, ты снова не сдал на анализ кровь, Пишта?
Иштван Ач шутливо и виновато опустил голову.
- Так точно, не сдал... Однако меня можно простить: ночью я помог появиться на свет четырем новорожденным. Двое двойняшек - два мальчика и две девочки. А сегодня с семи утра без передышки оперировал.
- Ну, а сейчас идите наверх, в свою комнату, и ложитесь спать, но перед этим...
- Сию же минуту я зайду в лабораторию.
- Честное слово?
- Честное слово. Но, поверьте, дорогая Мария, никаких болезней у меня нет, я только немного устал и нервничаю.
- Я с радостью верю этому, но все же зайдите.
Ач отправился в центральную лабораторию, но его нагнала старшая сестра.
- Пожалуйста, зайдите в амбулаторию. Срочное...
И Ач, совсем забыв о лаборатории, побежал в дежурную. Час спустя Ач снова встретил в коридоре Марию Орлаи.
- Ну?
- Ой... анализ крови! Разумеется, но мне тут пришлось делать операцию. Очень экстренную... ее, действительно, нельзя было отложить ни на минуту.
- Ну, пойдемте в мою комнату, и я возьму у вас кровь, - сказала Мария. - У меня ощущение, что вы трус, милый Пишта. Или вы боитесь укола иглы, или результатов анализа.
- Нет, право же, нет, - сказал Ач и почувствовал, что ему становится холодно.
- Вы, смотрите, и впрямь не заболейте, молодожен... Здешние дела утрясутся... - сказала Орлаи. - Ну, какой палец уколоть?
- Хоть все десять, Мария. Смотрите, как храбро я держусь.
- Отлично!
- Я, наверное, попрошу двухнедельный отпуск. Май... поедем с Кати в Эгер. К родственникам. Буду отсыпаться, пить молоко.
Орлаи приложила кусочек ваты к указательному пальцу Ача. - Кровь уже не течет.
- Спасибо, от души спасибо. Я отнесу кровь в лабораторию и подожду, пока не сделают анализ.
- Не беспокойтесь, Пишта, мне все равно нужно идти туда, я сама сдам, а к обеду позвоню вам о результатах.
Ач с удовольствием потянулся и посмотрел вокруг.
- Тогда я спущусь во двор - полчасика позагораю. Нет ли у вас хорошей книги?
- Вот, «Золотой гроб». Подойдет?
- Да... Я очень люблю эту
