орков на фиг, и лазерный луч на космическом корабле его сына зафиксировал производственный трейлер. Но мы поменялись трейлерами с Манасой, и в результате вместо нас взорвали её.
Мордекай с ужасом воззрился на меня.
– Манаса, певица? Значит, её убили?
– Какая она была хорошая, – вздохнула Пончик. – Она сказала, что находит Монго очаровательным.
Мордекай: «Я отчётливо помню, как ты говорил, что нужно действовать тонко».
Карл: «Возможно, я говорил так, что было слышно за бортом. Это ухудшает положение».
– Это ещё не всё, – сказала Зев. – «Валтай» в ответ взорвал королевскую яхту. Предполагалось, что королева-консорт и Маэстро находились на борту.
– Вот же блин горелый! – выругался Мордекай.
– Да меня только спросили о моём мнении. Не моя вина, что принц Свиное Рыло отреагировал чересчур бурно. Жаль, конечно, что матушку убили, но если это она воспитала тех двоих, то, может, и невелика потеря.
– Есть и хорошие новости. В сети не говорят ничего осуждающего о Карле и Пончике. Негодяй – принц Дюжий. Вот так. Раст намерен и от него отречься. Я о таком и не думала. Значит, единственной наследницей остаётся их сестра. Наша команда изучает все запросы на интервью, но контракт на ваше следующее – у программы «Обходчик Подземелья в нерабочее время с Одеттой».
– Вот и отлично, – сказал я. – Как-то я пока не в настроении участвовать в новых интервью.
Вскоре Зев исчезла и оставила нас в зоне безопасности. Мордекай жестом попросил нас сесть.
Мордекай: «Слушайте новое правило. Отныне мы ни во что не вмешиваемся, ни о чём не упоминаем и не заговариваем ни с какими сущностями за пределами Подземелья. Мы не будем упоминать ни короля Раста, ни принца Дюжего, пока не уйдём с шестого этажа. Если, конечно, вы, как два дурака, себе это вдруг не позволите. Если Одетта будет вас спрашивать, говорите, что у вас нет мнения. Говорите только о том, что происходит в Подземелье».
Карл: «То есть больше никаких насмешек над королём Растом?»
Пончик: «ГОВОРИТЬ ГАДОСТИ МОЙ ОСОБЕННЫЙ ТАЛАНТ. ТАК СЧИТАЛИ И МАНАСА И ПРИНЦЕССА Д-НАДИЯ».
Мордекай: «Его жена погибла. Сам он по уши в дерьме. Это не ваша вина, но обвинит он именно вас. Я хочу убедиться, что Клан Черепов схлестнётся с Султанатом Крови, как только вы ступите на девятый этаж. Не думаю, что этот вопрос стоит уже сейчас. Давайте просто надеяться, что он не чрезмерно зол на вашу пару».
Карл: «Но почему? Что он может сделать с нами здесь?»
Мордекай: «Разве что убить вас, когда вы будете на поверхности. А так – ничего. Но очень скоро будет по-другому. Будем решать, как быть, когда это произойдёт».
– Значит, мы тут совершенно бессильны? – спросил я вслух. – День ещё не закончился, и у нас уйма дел. Нужно возвращаться в город. Остаётся ополчение, чтобы из него вырваться, и магистрат, чтобы в него прорваться.
* * *
Квест проституток заключался в том, чтобы выяснить, какую роль в происходящем играют городские эльфы из двести первой группы охраны. Если предположить, что верховодит тут известный нам Перопад, тогда в их участии в связке с единичными немёртвыми монстрами просматривается смысл. Городские эльфы поклонялись птицам небесным как живым ангелам, и главная в этом городе птица небесная была Тёмным священником, который командовал немёртвыми. Городские эльфы в основном представляли собой дармовую рабочую силу, и Перопад использовал их, чтобы сгонять своих немёртвых миньонов.
Мы так ещё и не узнали, как были убиты проститутками. И ничего страшного. Мне не требовалось знать, что конкретно происходило, чтобы понимать, как лучше всего расстраивать планы командования противника и выводить из игры его союзников.
Мне не улыбалась мысль о полном превращении в бродячего убийцу психически больных эльфов. И всё-таки если эта группа нападала на невинных НПС и убивала их, симпатии к эльфам я не испытывал. К тому же они дважды пытались убить нас. Если мы сейчас не возьмёмся за них, всё это будет продолжаться.
Когда наше интервью было в разгаре, Мордекай возвратился в город и отыскал их штаб. Это было несложно: на нём висела вывеска, а рядом топталась троица городских эльфов и надоедала прохожим «хорошими новостями о Матери Дуба Апито». Они дежурили всего в двух кварталах от магистрата, на самой густонаселённой улице сравнительно бедной части города.
Когда мы покидали зону безопасности, в руинах ещё кучковались Шаркающие берсерки. Мы прыгнули на крышу и стали убивать их с расстояния. Не хотелось тратить хоблобберы без большой необходимости, потому я попробовал хобгоблинские динамитные шашки. Я никогда раньше не использовал усовершенствованный динамит и порадовался, что не сделал этого, когда находился на земле. Эти шашки были фактически ядерными минибомбами. Я применил свою возросшую силу, чтобы добросить динамитную шашку до одного шаркающего, который появился в половине квартала от нас, и взрыв сшиб меня с ног. Фасад одного отдалённого здания обрушился, просев и наполнив улицу обломками.
Я поднялся и присмотрелся к повреждениям. В ушах звенело. От шаркающего не осталось даже следа, второй, который тащился за первым, был убит. В воздух поднялась пыль, курился дымок.
«Ух-ох!» – подумал я.
Мощность динамита оказалась огромной, но шашки были совершенно бесполезны в обычной драке. Даже зная свою силу, я не был уверен, что смогу отбросить шашку настолько далеко, чтобы не пострадать. Лучше стоять двумя этажами выше.
– Мамочка! – воскликнула Пончик. – Надо бы тебе поосторожнее обращаться с этими штуками.
Она вернулась на моё плечо. Вдалеке появился третий шаркающий, он подходил с другой улицы, не перекрытой обломками.
Мне захотелось узнать какой-нибудь способ бросать шашки дальше. Моя хиестра позволила бы бросать их в четыре раза дальше, но форма шашек не была приспособлена для корзинки. Я достал ещё одну хобгоблинскую динамитную шашку и осмотрел её.
– Погоди-ка, – сказала Пончик. – Это такие же, которыми ты швырялся той фигнёй?
– Да. Их было три штуки.
– Наверное, стоило сначала их испытать, – предположила кошка.
– Именно их положат на мой могильный камень.
