третий городской эльф в сопровождении полудюжины приятелей. Эти явились не в коричневых халатах, а в униформе двести первой. Они выстроились полукругом перед входом, перекрывая доступ. Все они были шестнадцатого уровня, но тут наблюдалось разноцветье магических типов: и Маг огня, и Взыватель, и Светлая целительница. Их точки на карте оставались белыми. Пока.
– Стоп, кого-кого вам пришлось пытать?
Я не дослышал, что он говорил, потому что в это время общался с Мордекаем.
– Гам-Гам, – ответил эльф. – Она служила важной цели: убирала недостойную мерзость с улиц. Но потом начала задавать вопросы. Такие вопросы, что они, как оказалось, привлекли Падший Дуб. Как и предрекал Учитель.
– Вы пытали Гам-Гам?
В голосе Пончика прозвучало недоверие. Рядом с ней зарычал Монго. Тут я понял, что он не просто рыгал. Он слегка позеленел. Эта саламандра пришлась ему не по желудку. Как бы то ни было, звук вышел весьма угрожающим. Все городские эльфы напряглись.
Да полегче, пока полегче. Рано ещё.
– Да, – подтвердил Сальваторе. – Как и вас будем. Вы одолели Висенте, нашего лучшего. Всю свою жизнь он готовился к последней битве. Сейчас он цветёт на Её дереве. Учитель предупреждал нас, что одного мастера не хватит. И мы наказаны за то, что не последовали его указаниям. Но мы не повторим этой ошибки. Теперь вы предстанете перед всеми нами.
– Вас девять. Это все? – спросил я.
– Нас было двенадцать, теперь девять, – ответил Сальваторе. – Точно так, как было в писаниях времён Великого Падения.
– Висенте? Это тот гад, которому я взрывом снесла башку? – вспомнила Пончик и повернулась ко мне.
Все девять городских эльфов зашипели в унисон и сделали шаг назад. Пончик посмотрела на них через плечо.
– Что? Жопы моей испугались или чего другого? Я заставлю вас узнать, что моя жопа великолепна. – Она повертела этим местом перед эльфами, и её похожая на юбку попона зазвенела. – Лауреат, а не задница!
Один из эльфов, маг ледового типа, рыкнул. Его точка на карте мелькнула красным цветом, но тут же вновь стала белой. Все эльфы теперь смотрели сверху вниз на Пончика, смотрели зло и испуганно.
Пончик: «КАРЛ ОНИ СОБИРАЮТСЯ НА НАС НАБРОСИТЬСЯ».
Карл: «Не шевелись. Оставайся в этой позе. Потряси левой задней лапой».
Пончик подняла заднюю лапу, открыв небольшой магический анклет. Потрясла лапой, и бусинки ответили шуршанием. Эльфы зарычали и зашипели, как стая хищников. Светлая целительница принялась царапать собственное лицо, и на нём тут же образовались струйки крови.
Мать твою, да что вообще происходит с этими уродами?
Они испугались ножного браслета Пончика, который мы сняли с обходчицы, убитой лемурами. Я вспомнил, что он прибавил нам всего пару статистических пунктов и навык Двойное нажатие. Больше в нём ничего примечательного не было, если не считать названия: Заколдованный ножной браслет Падшего Дуба.
Всё его описание сводилось к тому, как я не должен его носить, поэтому я и передал предмет Пончику. Очевидно, эти ребята, что перед нами выстроились, не были любителями магических предметов, изготовленных из древесины дуба. Должно быть, потому что их леди Апито по-другому называлась Матерью Дуба. Я бы тоже не приветствовал, если бы передо мной прошествовал кто-то с украшениями из тел мёртвых детей.
– Позвольте объясниться начистоту, – заговорил я, глядя на Сальваторе, который продолжал плеваться, как невменяемый маньяк.
Вся группа состояла теперь не из разозлённых, но отдающих себе отчёт в происходящем магов-практиков, а превратилась беспорядочную свору психов, как будто сбежавших из сумасшедшего дома. Трансформация произошла в какие-то секунды. Маг огня обмочился. Взыватель сосал большой палец.
– Вы, уроды, думаете, что Пончик и есть ваш Павший Дуб, он же Антихрист, только из-за того, что на ней этот браслет?
– Говорила я тебе: деревянная бижутерия – это уродство, – буркнула Пончик.
– Ты носишь на себе запретный дуб, – выговорил Сальваторе, обращаясь прямо к кошке.
Держался он прямо и официально. Потом стащил с палки, которую всё еще держал в руке, жёлудь и с громким хрустом сожрал его. Вся его фигура стала приобретать голубой оттенок. Над его головой возникли слова: «Магический трепет». Остальные извлекли откуда-то жёлуди и съели их. Вскоре вся их компания засветилась.
Карл: «Магический трепет».
Мордекай: «Утраивает число их маны и прибавляет сил. А также заставляет светиться и громко говорить. У них иммунитет против твоего Страха».
«Вот же дерьмо», – подумал я. План состоял в том, чтобы спровоцировать гадов на атаку на глазах городских стражей. Мордекай уверял нас, что как только противники стронутся с места, стражи будут драться на нашей стороне. Но сейчас я стал опасаться, что подмоги Меченосцев, что несли службу в конце улицы, не хватит.
Защитная оболочка от магических ударов не убережёт. У меня была Сияющая броня, но она не выручит Пончика. Мысли закрутились. В нашей книге были два сценария, которые могли бы сработать. Во-первых, «Плесневый лев», получивший такое название после первой схватки, в которой был реализован. Второй, самый новый, назывался «Бросок микрофона». Возможно, он подошёл бы лучше, но мог бы сагрить на нас стражей, а этого я очень хотел бы избежать.
Пончик: «Опять “Плесневый лев”»?
Карл: «Я думаю, да. Будь готова».
Я приготовился прыгнуть вперёд, прямо в кучу противников. Я активирую Защитную оболочку, и она в буквальном смысле разбросает их во всех направлениях. Это поможет, как я надеялся, убить парочку, как было и с давними Плесневыми львами. Если так и произойдёт, у Пончика появится возможность на сколько-то драгоценных секунд поднять погибших из мёртвых, и они послужат нам щитами из плоти, причём вне всяких сомнений.
Сальваторе продолжал обличать. Теперь, когда на него действовал бафф Магический трепет, его голос звучал, как из динамика. Мой взгляд не отрывался от точек на миникарте: я ждал, когда они станут красными. Если я шевельнусь на секунду раньше, чем нужно, нам трындец. Оболочка не оттолкнёт эльфов, и на нас нападут Меченосцы.
– Ангел, наш
