– делать неправильный выбор». Она склонила голову еще ниже и не увидела, как в храм вбежала девочка, только услышала ее легкий шаг, а потом заговорил Дот.
Возлюбленная Тимирера
Си закрыла глаза, чтобы дать им отдохнуть. Уже который день она сидит в этом храме и читает, читает, читает. Добрые жрицы приносят ей скудную еду и воду, робко улыбаются и неслышно исчезают в переходах храма. Как они смогли уберечь его от разрушений? Сохранить библиотеку? Горстка женщин, передающих свое служение по наследству. Си уже выяснила у самой молодой, что каждая из них в определенное время уходит в деревни, разбросанные по лесу, притворяется обычной девушкой, скитающейся по стране в поисках лучшей жизни, очаровывает самого здорового парня в деревне, соблазняет, а потом исчезает. Возвращается в свой храм. И если через девять месяцев рождается девочка, то она станет жрицей, ну а если мальчик – его подбросят на порог отцу. Си передернула плечами. Ну и страна, ну и обычаи.
– Просто мы должны хранить в тайне этот храм.
– Почему?
– Потому что только здесь остались документы и книги довоенной поры. Все остальные уничтожены.
– Так разве это не большая ценность? Разве не будут вас носить на руках за то, что вы поделились знанием?
Молодая жрица пожала плечами. Она была пухленькая, хорошенькая, гладила то и дело свой округлый живот. Си казалось, что она по-настоящему любила отца своего ребенка, взгляд ее заволакивало, когда она рассказывала о нем. Как же она расстанется с малышом, если родится мальчик?
– Боги прогневаются, если мы откроем нашу тайну. Все эти бумаги – большой секрет.
– Мне же вы открыли, – улыбнулась Си.
– Ну, знаешь! Сам Дот, сын Геты, принес тебя на руках! Разве мы могли отказать ему?
Си улыбнулась, вспомнив, как она оказалась здесь.
Когда там, в далеком Атунском лесу, Джангли раскрыл над ней свою клыкастую пасть, Тшула бросилась ему наперерез и закричала:
– Не тронь ее, она пряха!
– Пряха?! – проревел Джангли. – Она украла книгу! Пряха не может красть книги! Зачем ей вообще книга, если она пряха?
– Да не пряха я! – крикнула Си.
– Тогда где моя книга?!
Тшула отступила в сторону. Си перевела дух.
– Джангли, послушай, да, я виновата, я не вернула книгу, я и не собиралась ее возвращать.
– Что-о-о-о?!
Джангли со всего маху сел на землю, устроив маленькое землетрясение. Похоже, услышанное не умещалось у него в голове.
– Я прибыла в Рилу с одной-единственной целью – найти книгу истин и завладеть ею. Для этого я обманом проникла в мастерскую Гуты, подружилась с Тайрин, отыскала вторую библиотеку, читала твои нудные книжки про грибы и камни…
– Я съем тебя, – грустно сказал Джангли.
– Ну съешь, – пожала плечами Си и увидела, что Тшула улыбнулась. – Будто это вернет тебе книгу.
– Не вернет, но ты будешь наказана.
– Мне вообще-то будет все равно. – Даже сейчас, вспоминая, Си удивлялась, как ей удалось сказать это так равнодушно. – Мертвые не чувствуют и не боятся.
Тогда Джангли беспомощно посмотрел на Тшулу.
– Что мне с ней делать?
– Простить, – улыбнулась та. – Или пусть она даст тебе что-нибудь взамен.
– И что же? Что такого она может мне дать? – проворчал Джангли.
– Обещание.
– Обещание? – они спросили это с Джангли хором, переглянулись и тут же отвернулись друг от друга.
Си стало по-настоящему страшно, она чувствовала, что ее затягивают в какие-то сети, из которых выбраться будет еще труднее. Впрочем, пусть. Главное сейчас – не быть проглоченной Джангли. Тшула повернулась к ней.
– Ты пообещаешь, – сказала она, – отправиться туда, где сможешь отыскать и остановить старую пряху.
Си хотела было сказать, что и так собиралась искать старую пряху… И при чем тут вообще Джангли?
– Ну а мне от этого какая радость? – проворчал Джангли.
– У той пряхи есть своя книга истин. Си отыщет ее, заберет и вернет тебе взамен украденной.
«Вот уж спасибо, помогла», – подумала тогда Си, но вслух быстро сказала:
– Идет.
Еще одна книга истин! Если о ней узнает Алехин, он в любом случае отправит ее искать, так почему бы не убить двух зайцев сразу?
– Ладно уж, – вздохнул Джангли. – Но смотри, теперь я глаз с тебя не спущу!
– А можешь тогда перенести меня к озеру Тун?
Джангли захохотал. С ближайших деревьев посыпались шишки, одна ударила Тшулу по плечу, но та лишь улыбнулась.
– Ты очень дерзкая, – сказал Джангли, отсмеявшись. – Совсем как Тайрин. А я люблю Тайрин. Ладно уж, забирайся. Я донесу тебя до озера Тун, хоть и не стоит так часто нырять в него, девочка, скоро у тебя на руках места пустого не останется. А по дороге мы заглянем на перевал Чок. Уверен, Тайрин захочет тебя обнять, а заодно узнать, куда ты пропала тогда…
Си вздохнула, посмотрела на Тшулу. Та светло улыбнулась:
– Возвращайся, как закончишь со всеми делами. Моя прялка ждет тебя.
И они отправились с Джангли в путь. Сидеть у него на плече было не очень-то удобно, но он рассказывал ей разные истории и даже виду не подавал, что собирался ее съесть. После перевала Чок, где они и правда тепло обнялись с Тайрин (чем, кажется, расстроили Джангли), ставшей прежней – рыжей и стремительной, он в два дня перенес ее к озеру Тун и, хотя Си уверяла, что дальше справится сама, лишь пальцем погрозил и нырнул вместе с ней.
А вынырнули они уже здесь – в древних лесах, рядом с разрушенным городом. Долго бродили по развалинам, заросшим молодыми деревьями и травой, не понимая, что им тут искать и почему озеро Тун выбросило их сюда, пока не забрели в заброшенный храм. Было раннее утро, и у алтаря они увидели женщину в черном. Она вскочила на ноги, испуганно вскрикнула, выронив какие-то булочки, которые то ли собрала с алтаря, то ли, наоборот, хотела положить. Женщина была беременной. Из-за колонн вышли еще пять женщин в поношенных темных одеждах.
Си часто думала теперь, что без Джангли ее бы просто убили. Наверняка они так и делают с непрошеными гостями. Но они приняли Джангли за божество и преклонили колена. Он тут же смутился, исчез в лесу и больше не показывался. Зато Си, как только сказала, что ищет старую пряху из Суэка, получила доступ к главному сокровищу этого разрушенного города – библиотеке старинных книг и документов.
Библиотека и комнаты, где жили жрицы, находились под землей, в подвальном этаже храма. Город был разрушен во времена Войны четырех городов, то есть почти два века назад, но храм выстоял, потому что жрицы непонятно какого бога поклялись тогда, на развалинах, остаться здесь и
