глазам подступают слёзы. Я прочистила горло. — Не хочешь объяснить, почему ты здесь лично? Это кажется рискованным.
— Я должен был убедиться, что они попадут к тебе в руки.
Моя улыбка сменилась хмурым выражением. — Я не понимаю. Если ты мог попасть сюда так легко, почему тебе не удалось никого вытащить?
— Я бы не сказал, что попасть сюда было легко, — ответил он. — Коллективу пришлось позаботиться о том, чтобы обычный парень не вышел на работу. Потом нужно было подделать убедительный пропуск сотрудника. А потом мне пришлось доставлять медикаменты в тюремный лазарет, и охрана досматривала всё, что я принёс. К счастью, ты имеешь дело с профи: я переклеил этикетки на настойке железокорня, чтобы они выглядели как антибиотики.
— А как ты пронёс респираторы?
— Тюремный врач сама запросила ящик респираторов из Дивидиума. Упомянула что-то о группе заключённых, подхвативших что-то очень заразное, и о защите для персонала.
Я закусила губу. — Мы выберемся отсюда.
— Вы выберетесь, — ответил он, улыбаясь. — А я встречу вас по ту сторону забора — и отведу в поселение.
— Что здесь происходит?
Мы оба подпрыгнули, и я потянулась к соседнему прилавку в поисках оружия, пока мы смотрели на дверь. Плечи расслабились, когда я увидела, что это Вейл.
— Вейл, — выдохнула я. — Это мой друг из Нижнего сектора. Он из Коллектива. Он доставил то, что нам нужно для ухода.
Грей дёрнулся в мою сторону, будто Вейл представлял угрозу.
— Всё нормально, — сказала я Грею, подходя к Вейлу. — Он союзник — он дружит с Кит. Он помогает нам сбежать.
Вейл положил руку мне на талию, притягивая ближе, а затем поднял взгляд, встречаясь с глазами Грея. Они застыли в каком-то противостоянии достаточно долго, чтобы я почти заговорила, но в конце концов Грей протянул руку, и Вейл сжал её в своей, чтобы пожать.
— Спасибо. — Вейл кивнул ему, сжимая руку Грея гораздо крепче, чем требовалось для простого рукопожатия.
Я закатила глаза.
— Не за что, — ответил Грей, и я увидела, как сухожилия на его руке вздулись, когда он сжал руку Вейла в ответ. Он ухмыльнулся. — Мне пора.
Он сжал моё плечо на мгновение, и исчез.
Вейл вклинил стул под дверную ручку, запечатывая нас двоих в подсобке.
— Я должен был тебя проверить, — мягко сказал он, проводя рукой по моей щеке и убирая волосы за ухо. — Когда Аня сказала, что Ларч затребовал тебя сюда, мне это показалось подозрительным. Я пришёл, как только закончилась смена в мастерской.
— Ты один раз зажал меня в кладовке, и теперь думаешь, что твой долг — защищать меня? — ухмыльнулась я; сарказм боролся с трепетом в животе.
Но Вейл не рассмеялся.
Вместо этого он шагнул ко мне, тесня назад, пока я не упёрлась спиной в прилавок и мне стало некуда деваться. Он провёл языком по верхним зубам, и когда он заговорил, его голос был густым и хриплым: — Долг подразумевает честь, но в моих намерениях нет ничего благородного.
Я сглотнула. — А какие они?
— Смотреть, как ты теряешь контроль.
Я резко вдохнула, пульс участился. — Это кажется довольно благородным, по сравнению с прошлым разом.
Вейл потянулся вверх, играя с молнией моего комбинезона. — Тогда позволь мне загладить вину. — Он одарил меня порочной улыбкой, от которой пальцы на ногах поджались.
— За что? — Я склонила голову набок, совсем чуть-чуть.
— За то, что оставил тебя неудовлетворённой, — выдохнул он, расстегивая молнию и не сводя с меня глаз, чтобы увидеть, буду ли я возражать. — Могу я искупить это?
Становилось постыдно легко отодвигать в сторону инстинкты выживания, когда дело касалось Вейла.
Рисковала ли я оказаться в карцере или чём похуже, если нас поймают?
Угу.
Собиралась ли я его остановить?
Точно нет.
— Не знаю, а ты можешь? — спросила я, прикусив губу и позволяя взгляду скользить по нему, пока до него не дошёл мой смысл.
Он зарычал, заканчивая с молнией и стягивая мою униформу до талии, а затем его губы оказались у моего уха, касаясь кожи, пока он шептал горловым голосом: — Ты сейчас узнаешь, насколько я способный.
Как только его рот накрыл мой, я забыла обо всём, отдаваясь ощущению его губ, зубов и языка на моих. В том, как он касался меня, не было ничего медленного или нежного, и это было именно то, что мне нужно, чтобы сбежать в него.
Вейл отстранился, и я ахнула от чистого, расплавленного пламени в его глазах.
Он целовал мою шею, спуская бретельки майки и стягивая ткань вниз, пока моя грудь не оказалась полностью оголенная под его внимательными пальцами. Соски затвердели, превратившись в чувствительные пики под его прикосновением, и я выгнулась ему навстречу.
Я опустила одну руку на его грудь, двигаясь к члену, который напрягся в его брюках и давил мне в живот сквозь одежду. Его огромный размер стал очевиден, когда я потёрлась о его длину через ткань, и сглотнула.
Вейл остановил меня прежде, чем я успела подобраться ближе, издав низкий звук в горле.
— Не в этот раз. В этот раз всё только для тебя. — Он не стал ждать ответа. Вместо этого его руки скользнули вниз, и он поднял меня на прилавок так, чтобы я сидела, а он оказался между моих ног.
Я ахнула, когда он скользнул пальцами под резинку моего белья. — Всё ещё думаешь, что мне нельзя доверить искупление вины? — прошептал он мне в губы.
— Это ещё предстоит выяснить, — упрямо сказала я сквозь тяжёлое дыхание.
Вейл издал низкий звук, не предупреждая, прежде чем провести пальцами по моему клитору.
Я простонала; бёдра раздвинулись сами по себе, выгибаясь навстречу его прикосновению.
В этот раз он не заставлял меня просить, и мне пришлось вцепиться в край прилавка для опоры, когда он погрузил палец в меня. Я вскрикнула, насаживаясь на его палец, заставляя его войти глубже, хотя жаждала совсем иного. Того чтобы он засунул в меня член, что всё ещё напрягался под тканью его брюк.
— Этого ты хотела? — промурлыкал он, двигая пальцем внутри меня, пока я боролась, чтобы сдержать стоны; удовольствие накапливалось внизу живота.
— Ещё, — выдавила я, всё ещё двигаясь ему навстречу.
Он зарычал и выдернул палец, а я вскрикнула от потери контакта. Звук оборвался, когда он сдёрнул меня с прилавка и развернул так, что я оказалась к нему спиной.
— Что ты?..
— Нагнись, — скомандовал он, прерывая меня прежде, чем я смогла связать слова в простой вопрос.
Я прищурилась, но быстро легла грудью на прилавок; тело отчаянно жаждало вернуть потерянное удовольствие. Опираясь
