происхождение, потому что еще неизвестно, кто может знать о тайне рода Амалеров, но это пустяки. Главное, что они живы, и древо семьи не угасло.
Эрих становился все грустнее с каждым днем, приближающим дату отъезда. Он так прикипел к Линару, что предстоящая разлука не могла не печалить мальчика. На это было больно смотреть.
- Мы прощаемся, но не навсегда. Расти здоровым и счастливым, я буду скучать, - мальчик поцеловал Линара в лоб, вытер кулаком под носом.
Через пять минут он помахал отбывающему с высокого поднятыми парусами кораблю.
Жители Космина провожали корабль взглядами. Толпа потихоньку начала редеть. Сегодня провести в путь гостей острова собрались почти все его жители.
Ориан похлопал Эриха по спине.
- Не грусти, зятек, у тебя когда-нибудь появятся собственные дети, такие же милые, как и Линар, если пойдут в мать! – блондин бросил насмешливый взгляд в сторону покрасневшей Дейтири, уже готовой начать с ним препираться.
Выражение лица Эриха сменилось слишком быстро. Он поднял бровь и обернулся в сторону Ориана:
- Означает ли это, что ты даешь нам свое благословение?
Мужчина поперхнулся. Мальчуган не пропускает слов мимо ушей. Даже шутка имела для него интерес.
Мэй наблюдала с палубы за машущим с берега Эрихом и фигурами провожающих корабль островитян, которые становились все меньше и меньше, по мере того, как судно уходило в открытое море.
Эпилог
Аррон обнимал жену, смотря на показавшуюся на горизонте землю. Они только что уложили Линара – из-за колик малыш капризничал всю ночь и не давал своим родителям спать, но когда заснул под утро сам, ни Мэй, ни генерал были уже ни в одном глазу – и вышли на палубу корабля.
Розовел рассвет, освещая сушу впереди и раскрашивая ее в теплые оттенки оранжевого и красного. Скоро они уже будут снова на родной земле.
- Что будем делать дальше? Куда отправимся? В Шаринвард? Или в Ассанту? – тихо спрашивал Аррон.
Мэйрилин наслаждалась теплом в кольце его рук. Ей было все равно. Когда он рядом, везде было хорошо. Она мягко пожала плечами. Говорить и прерывать негу не хотелось.
Кроме них, на палубе корабля не было никого.
- А ведь мы так и не были на медовом месяце. Знаю я одну тихую деревушку, там очень красиво, и очень спокойно…
- То, что нужно, - улыбнулась Мэй.
Она устала от интриг и тайн, приключений и опасностей. Остаток жизни ей хотелось провести вдали от шума и суеты, так же, как и сейчас, в объятьях любимого. И Аррон полностью разделял ее чувства.
Пять лет спустя
- Ты красавица!
- Точно? Я так нервничаю. Неужели и вы тоже переживали в день собственной свадьбы? – Эйвис нервно поправляла волосы, глядя в зеркало на отражения сестер.
Оллин рассмеялась, махнув рукой на всколыхнувшиеся в мыслях события прошлого.
- Все будет хорошо. Помнишь, как прошла моя свадьба?
О да, такое не забыть. Все случилось так быстро и внезапно, что у всегда рациональной и расчетливой Оллин даже не было времени присесть и подумать. Маркус до сих пор благодарен Мэйрилин за то, что она их благословила и так быстро организовала торжество. Иначе, когда еще ему улыбнулась бы удача?
С упрямством любимой девушки принцу пришлось бы еще долго бороться. И не факт, что из этой схватки он вышел бы победителем.
- Переживать в день собственной свадьбы для невесты нормально, - кивнула Мэй.
Эйвис глубоко вдохнула и выдохнула. Потом еще раз. И еще.
- Платье не мало? Я поправилась.
Эйвис провела рукой по плоскому животу.
- Ты великолепна. И Уэсли тоже это оценит, не переживай. Да и потом, мы же будем рядом, - Мэй погладила Эйвис по плечу.
Эйвис благодарно улыбнулась подруге и начала теребить застежку браслета. Легко сказать – не нервничай, как она могла так просто расслабиться и прекратить поднимать в голове ворох самых разных мыслей?
- Почему ты не взяла детей? Я так хотела их потискать, мы же не часто видимся, - решила отвлечься невеста.
На лице Оллин отобразилось беспокойство.
Впервые она оставляет близнецов на поруки их отца так надолго. Разумеется, во дворце императора Шаринварда двум принцам боятся нечего, слуги и все приближенные с них пылинки сдувают, но материнское сердце это не успокаивало.
Сейчас у мальчишек был тот самый возраст, когда они спорили и дрались друг с другом по любой мелочи. И стоило одернуть одного, как тут же начиналась истерика у второго. Где чья игрушка, кого из них папа с мамой любят больше и так целыми днями…
Мрачный дворец по ощущения Оллин дворец, когда она только стала его хозяйкой, с рождением детей преобразился и окрасился в яркие краски.
Оллин первые дни после отъезда из Шаринварда наслаждалась тишиной и покоем, но они быстро сменились на тревогу. Маркус писал ей каждый день, сдавая полный отчет о том, что ели и пили сегодня Оливер и Элиот, во сколько они легли спать, что делали в течении дня, как часто плакали из-за того, что соскучились по маме и многое другое. Но сердце матери продолжало вопить от беспокойства.
Мэйрилин заметила изменения на лице подруги.
- С ними все будет хорошо. Сегодня свадьба Эйвис, а завтра ты уже помчишься обратно к своим мальчишкам.
- Мам! Мам, мам, мам, мам…Знаешь, что сделала тетя Карита? Она опять забрала у меня пирожное! Почему она не может взять их сама! Отбирать у детей – это ведь плохо! – в комнату вбежал Линар, и заметив фигуру матери, тут же начал изливать поток слов и искать справедливости.
Звучало это двойне смешней из-за того, что у мальчугана не доставало передних зубов, отчего он уже две недели шепелявил на потеху всем, кто его слышал.
Мэй притянула сына и вытерла салфеткой его чумазый от шоколадного крема рот.
- Ты же знаешь, что твоя тетя Карита всегда делает все наоборот. Чем больше ей запрещают, тем сильнее ей этого хочется. Это плохая привычка, не смей брать с нее пример, хорошо?
- Холошо, - пробурчал Линар, скрестив руки на груди. Так и хотелось ущипнуть его за щечку. Уже сейчас он был настоящим очаровашкой, а что будет, когда он вырастет…
Мэй спрятала улыбку.
С тех пор, как она взошла на престол, Карита часто баловала себя сладостями, чтобы избавиться от стресса. Дошло до того, что ее организм не смог вынести такое количество сахара и у правительницы
