планками, пол покрыт плиткой – как и во всех остальных помещениях клуба «Десперадо». На одной стене висел гобелен, выглядевший почти как турецкий ковёр. Других украшений в помещении не было. Через стену я явственно слышал, как пульсирует пол ночного танцклуба.
Наши индикаторы состояния не вернулись, но свойства этого человека изучить было можно. Как бы.
Оррен. Координатор связи Синдиката.
Перед столом стояла пара старых деревянных стульев. Человек за столом указал на них.
– Садитесь. Карл и Пончик.
У него был голос британского профессора – властный, но не агрессивный.
Мы оба без слов сели. Я пожевал кончик ногтя. Для Пончика стул оказался настолько низким, что у неё не было возможности смотреть поверх стола, и она неожиданно показалась мне очень маленькой. Я погладил кошку. Она дрожала.
Мужчина напротив отложил ручку и сложил ладони. Он смотрел на нас. В темноте под его капюшоном было заметно движение.
– Моё имя Оррен. Я не работаю на «Борант». Я – независимый консультант, нанятый Синдикатом. Нейтральная третья сторона, наблюдатель. Я работаю по договорённости с производителями шоу нынешнего сезона, руководством Синдиката и контролирующим ИИ. Вы не встретились бы со мной или кем-то из моих коллег иначе как при определённых чрезвычайных обстоятельствах. А сегодняшние обстоятельства, как вы сами понимаете, чрезвычайные.
– Так что же? Вы вроде заместителя директора средней школы? Вызываете шебутных мальчиков и девочек и сообщаете им, какое наказание они заслужили?
Оррен обозначил пожатие плеч.
– Я не дознаватель ИИ. Не вполне шериф. Не вполне адвокат. – Он помолчал и добавил: – Не вполне судья.
Он повернулся, и стул под ним скрипнул так, как если бы его тело было тяжелее, чем кажется.
– Если Синдикат видит что-то, что требует дополнительной информации, он просит Куа-тин и ИИ представить доклады о случившемся. Иногда эти доклады противоречат друг другу. В таких случаях за расследование берётся координатор связи, например, я. И если факты подтверждаются, я даю рекомендации, что делать в связи со случившимся.
Мы оба были в крайней опасности в этом месте, и оба это понимали. Я сочувствовал бедняжке Пончику, ведь она не имела никакого отношения к тому, что произошло в трейлере. Но я о случившемся не сожалел. Ни капли.
Сидевшее напротив нас существо соединило кончики пальцев.
– Вам известно, сколько покушений на убийство админов произошло в Подземелье за всё время?
– Вероятно, много, – предположил я.
– Да, больше, чем нам хотелось бы признать, – сказал мужчина, то есть Оррен. – И достаточно много было успешных. Два сезона назад один крокодилин оторвал голову своему помощнику по пиару. Он вытолкал админа в проулок и буквально сшиб ему голову. Вместо того чтобы телепортировать его в расположение обходчиков, кретин админ Фортент послал двух своих агентов безопасности с тем, чтобы они принудили обходчика к повиновению, и он убил обоих, прежде чем вмешался наконец ИИ. Три админа за один раз. Но это были единственные админы, убитые в тот сезон.
Оррен вальяжно откинулся на спинку стула, и тот снова угрожающе застонал и заскрипел. Я чувствовал, что Оррен хотел что-то мне сказать – совсем как настоящий замдиректора школы, когда тот старается вытянуть у вышедшего из повиновения школьника признание вины. Я же не собирался говорить ничего, пока не будет прямого вопроса.
– Это, конечно, далеко не рекорд. Но три – считается много. В прошлом сезоне конгломерат «Сквим» не имел смертельных случаев по вине обходчиков. Я попрошу вас угадать, сколько админов погибло от рук ваших товарищей в этом сезоне.
Если и есть на этом свете заковыристые вопросы, то это – такой.
– Ноль, – сказал я.
Мужчина довольно хрюкнул.
– Если не считать недавно погибшей админа Лойты, то пока ответ – пятнадцать за сезон. Люсия Мар убила двоих. Троих, если считать её первого игрового наставника, но мы не считаем. Остальные – одиночные смерти.
Я испытал искренний интерес к этой информации и больше чем скромную гордость за своих товарищей по человечеству.
– Я считал, что ИИ немедленно наказывает за всякое насилие против админов. Так говорилось в предупреждении.
Оррен не отреагировал.
– Пятнадцть мы уже считаем катастрофой. И знаете, почему это число в этом сезоне так велико?
Я пожал плечами.
– Вероятно, тут две причины. Моим людям не нравится, когда рыбы указывают им, что им делать. А Куа-тин управляют этим шоу так, чтобы оно обходилось как можно дешевле. Я не знаю подробностей насчёт этой системы с зонами, но знаю, что удешевление приводит к опасности для работающих там.
– Вы дважды правы. – Он хлопнул ладонью по столу. – И тем не менее. Все из этих пятнадцати смертей (собственно говоря, все убийства админов, начиная с самого первого обхода и вплоть до этой минуты) имеют одну общую черту. – Оррен наклонился вперёд. Его голос слегка исказился, как будто он начал говорить в микрофон. – Мы знаем точно, каким образом обходчик сделал то, что сделал. Это Подземелье – наиболее изученное, наиболее наблюдаемое место во Вселенной. Но при этом мы не знаем, как это сделали вы.
– Она умерла из-за того, что взорвалась та глупая кошка, – сказал я.
Тут Пончик в первый раз подала голос:
– Карл, я начинаю подозревать, что этот Оррен винит в смерти Лойты нас.
– Нет-нет, вы неправильно поняли, обходчик Карл. Как она умерла, мы знаем точно. У нас ушло больше времени, чем мне бы хотелось, на уточнение фактов. Сначала нас отбросила ударная волна. Дополнительная взрывчатка в трейлер вещательной станции не проносилась. Тем не менее взрыв оказался сильнее, чем должен был быть. Это первая загадка, и ИИ требовал быстрого объяснения. Вы знаете, в чём здесь дело?
– Кошка находилась на моём столе, когда я смешивал жидкости, готовя взрывчатку, и видела все мои действия.
Оррен хлопнул ладонью по столу и указал на меня с таким видом, как будто я дал ему решение уравнения. Этот неожиданный звук прозвучал, как хлопок в ладоши. Я возненавидел себя за то, что невольно вздрогнул.
– Вот! Механизм пуска саморазрушения игрушки был ускорен ИИ в силу того, что кошка сидела на вашем Столе сапёра, когда вы готовили взрывчатку. Как вам известно, такое ускорение – одно из преимуществ вашего Стола сапёра и ваших навыков работы с взрывчатыми веществами. А тут ускорение произошло само собой. Записи показывают, что вы не осуществляли прямого вмешательства во взрывной механизм игрушки. Взрыв вызвали ваши дальнейшие действия.
Пончик фыркнула.
– Боже правый, да он верит, что мы это сделали нарочно! – Она издала возмущённый звук и прыгнула ко мне на плечо, чтобы прямо смотреть на Оррена. – Если бы Карл собирался убить Лойту, он не стал бы засовывать динамитную
