меня в восемь. Степан Савельич, готовь беспилотники.
– Что их готовить? Запустил моторы – и в небо. Аэростат будем запускать?
– Сделаем пробный пуск, проверим, как работают аппаратура и движки. Может, попробуем подняться на максимальную высоту, куда беспилотники не доберутся.
Мужчины зашевелились, и вскоре Дорохов остался один, с неудовольствием обнаружив, что еле стоит на ногах.
Глава 9
А на кладбище всё спокойненько…
Савельев с Карапетяном не возвращались, и беспокойство Максима переросло в тревогу. Он уже пожалел, что понадеялся на опыт полковника и отпустил старших на нижние этажи Леса, в то время как опасность не миновала и по территории растительного исполина продолжали бродить чудовищные твари, запрограммированые на истребление всего живого.
– Не надо было отпускать их без нас, – пробурчал Редошкин, когда Максим поделился с ним своими мыслями.
– Сам переживаю, слишком рано расслабился.
– Полетели искать. Если мужики нарвутся на наших врагов – роботов, – Редошкин глянул на глыбу «нетопыря», – им несдобровать.
– Самым большим врагом для человека всегда становится другой человек.
– Что ты имеешь в виду?
– Не что, а кого. Точилин тоже ведь где-то шастает по Лесу до сих пор, и шанс того, что его запрограммируют уцелевшие слуги чёрного леса, весьма велик.
– Попадётся же такая тварь!
– «Нетопырь»?
– Точилин!
– Какую воспитали. Ладно, сетовать не время, поехали.
Максим подозвал Мерадзе и Веронику.
– Мы летим искать старпёров, вы с Костей остаётесь. Из лагеря ни шагу! И с этим зверем поосторожнее, мало ли какую программу в него всадили.
– Грохнуть его из «мячика», и дело с концом.
– Успеем грохнуть.
– Не беспокойся, командир, всё будет в ажуре.
Подбежал Костя:
– Улетаете? Возьмите меня с собой! Осточертело торчать на одном месте, как шилу в стоге сена!
– Шило бывает в заднице, – проворчал Редошкин.
– Возьмите!
– Нет! – Максим остался непреклонен. – На тебе поиск съедобных растений, давно пора расширить рацион питания, а то грибы скоро в горло не полезут. Нужен хлеб, заменители мяса, приправы, лук, перец и далее по списку. Плюс табак для Сергея Макаровича. Порадуй курящего человека.
– Ты же сказал – из лагеря ни шлагу, – озадачился Мерадзе.
– Сделаете рейд по окрестностям, недалеко.
– Макс, – заныл Костя, – я успею ещё найти вам хлеб…
– Смирно! Выполнять приказ!
– Слушаюсь, товарищ майор.
Костя махнул рукой, отошёл с разочарованным видом:
– Узурпаторы!
– Шутник, – покачал головой Мерадзе.
Привычно разместились в кабине самолёта, нацепив рога управления.
– Жаль, что Крепость накрылась медным тазом, – сказал Редошкин. – Не надо было бы искать проход в «подвал».
Максим промолчал. Удар по Крепости превратил её в подземелье с обрушившимся потолком. Этажи сооружения сложились как карточный домик и похоронили под собой выход в тоннель, соединявший главный Лес с лесом в «подвале». Теперь, чтобы проникнуть туда, надо было идти другими путями. Ближайшая шахта располагалась в двадцати километрах от кратеров, между «портом» с выращенными Лесом «шхунами» пограничных заградителей и взорванным звездолётом кенгурокузнечиков, и Максим повёл самолёт в ту сторону. По его расчёту, эту же шахту должна была использовать для спуска в «подвал» и улетевшая на аэробайке пара.
К удивлению Вероники, но не её спутников, над «птичьим глазом» шахты (такой представлялась круглая дыра в обрамлении «ресниц» – деревьев и кустарников) танцевала стая шмелей, напоминающая очертаниями крыло птеродактиля.
– Вот дерьмо! – выругался Редошкин. – Сколько же его ещё осталось недобитым!
– Я думал, будет меньше, – сказал Максим, прикидывая варианты действий. – Лес сообщил, что по территории бывших боевых сражений летает с десяток роёв плюс перемещается три-четыре отряда «нетопырей», носорогопауков и «многоножек». Мы займёмся ими в первую очередь, как только вернёмся. Но главным противником остаётся чёрный лес.
– Ты хочешь сказать, остатки чёрного леса?
– Остатки остатками, но угроза велика. Сам же видел, сколько оазисов уцелело после обстрела чёрных зарослей. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они объединились и породили новый чёрный интеллект.
– Вы так и не поделились со мной, что вам сообщил Лес.
– Потерпи, расскажем.
Вероника взглядом попросила у Максима разрешения и сказала:
– Оружие, с помощью которого можно будет справиться с чёрным лесом, находится на шестом уровне «подвала».
– Это я уже слышал. Что за оружие? И как мы его доставим наверх?
– Ничего доставлять не придётся. Шестой горизонт представляет собой петлю в пространстве и каким-то образом соединяется с первым, где стоит Лес.
– Петлю?
– Я так поняла.
– Егор Левонович уже сделал предположение, – сказал Максим, поднимая самолёт выше, – что мир Большого Леса является миром, закольцованным сам на себя в других измерениях. А оружие, о котором идёт речь, на самом деле вовсе не оружие, а машина для прокладки шахт.
– Метропрокладчик?! – удивился Редошкин.
– Что-то в этом роде, потом поговорим, я ещё сам не совсем обмозговал, чем эта машина нам поможет. Давайте-ка ликвидируем это крылышко, чтобы не висело за спиной дамокловым мечом. Вика, приготовься.
Девушка сжала ладонями рукояти стрелкового комплекса. Самолёт сделал пируэт, выцеливая носом «шмелиное крыло».
Рой насекомых, обладающий зачатками разума на уровне разума обезьяны или, скорее, компьютера мобильного телефона, заметил противника и попытался улизнуть в зрачок шахты. Но этим шагом только сузил себе маневренность и позволил Максиму прицелиться.
– Пли!
С носа «истребителя» сорвалась стрела перистого пламени, вонзилась в устье шахты, куда влетел рой.
– Бумс! – злорадно клацнул зубами Редошкин.
Дым рассеялся. Было видно, как прочь от «глаза» удирает пара уцелевших шмелей. Остальные исчезли.
– Поехали. – Максим направил самолёт в устье шахты, из которой сочился дымок.
– Вообще-то шмели редко летают сами по себе, – заметил Редошкин. – Всегда кого-нибудь сопровождают или за кем-нибудь следят. Может, в шахте прячется стая «нетопырей»?
– Увидим.
Начали спуск.
Через минуту миновали гравипаузу. Ещё через минуту демонский истребитель вылетел в тусклый день второго слоя «бутерброда», так и не встретив противника.
– Никого, – облегчённо выдохнула Вероника, оглядев окрестности. – Покружим?
– Не будем терять времени. Ты же помнишь, Лес хоть и не дал точных координат, но предположил, что наши могучие старички опустились куда-то в недра «подвала». Так что пойдём туда и мы.
– Не знаю, как полковник, но Егор Левонович – азартный товарищ, – покачал головой Редошкин. – Авантюрист ещё тот. Ему ничего не стоило уговорить Сергея Макаровича нырнуть на дно Леса.
– Дно Леса? – прыснула Вероника. – Интересная формулировка.
– В самую точку, разве нет?
Максим, прислушиваясь к разговору спутников в пол-уха, сориентировался, и самолёт рванул к ближайшей шахте, которой уже не раз пользовались земляне для спуска в нижние слои «лесного бутерброда».
Следующий слой представлял собой «саванну».
– Кладбище! – проговорил Редошкин, окинув взглядом бесконечную с виду холмистую равнину, поросшую серо-жёлтой травой и куртинами сиреневого и синего кустарника.
Гигантские деревья-элеваторы стояли на равнине, как рыцари
