– Мне некогда вдаваться в объяснения, – отрезал тот. – Долита весит немного, но и такой вес оттянет руки, если медлить слишком долго. Я прыгаю и вам советую сделать то же.
Раздался звук шагов, потом тишина – и стук в некотором отдалении, впереди. Это означало, что Корд со своей ношей приземлился по другую сторону расселины. Эмбер вдруг испытала инстинктивный слепой страх и дико огляделась, пытаясь хоть что-нибудь рассмотреть во мраке. Пуэтас настойчиво тянул ее назад, намереваясь взять тот же разбег, что и Корд. Она не без труда подавила мысль, что он тащит ее к Валдису.
– Мы сделали пять шагов назад, – объяснил мексиканец, – значит перед прыжком придется сделать четыре, потому что шаги будут больше. Как только я стисну твою руку сильнее, отталкивайся, как только сможешь. Я, конечно, постараюсь подтянуть тебя, но в основном рассчитывать придется на себя. Ты уверена, что справишься?
Эмбер попыталась ответить утвердительно, но ее бессвязный лепет только еще больше встревожил Пуэтаса. Она была перепугана до полусмерти, и сил это отнюдь не прибавляло.
Она вцепилась в руку мексиканца так, что тот что-то недовольно прошипел. Ей казалось, что помимо этого сил ни на что не осталось, но она покорно побежала вперед, стараясь не отставать от своего спутника. Когда он стиснул ее руку и прыгнул вперед, рванув ее за собой, Эмбер оттолкнулась от края, сколько хватило сил.
Прыжок показался ей бесконечно долгим. Она чувствовала, что зависла над черной, как деготь, промозглой бездной, чтобы висеть так вечно. Но потом последовал мучительно болезненный удар в живот, вырвавший из ее руки руку Пуэтаса, и она поняла, что летит в пропасть. Каким-то чудом ей удалось ухватиться за едва заметный выступ на краю расселины.
Мексиканец сразу сообразил, что случилось, когда послышались глухой удар и крик боли. Сам он уже был в безопасности, стоя обеими ногами на твердом камне. Прислушавшись, он уловил частое громкое дыхание и, не медля ни секунды, начал шарить руками, нащупывая край.
Кроме первого крика ужаса и боли, Эмбер не издала ни звука. Дыхание в ней пресеклось от ужасающего удара о камень, и несколько секунд она ловила ртом воздух, не в силах сделать вдоха. Пальцы, вцепившиеся в камень, очень скоро онемели. К тому же на каком-то из них оказался порез, и открывшееся кровотечение, пусть небольшое, сделало ладони скользкими. Было ясно, что долго ей не продержаться.
К тому моменту, как Пуэтас нащупал пальцы Эмбер, Корд успел протащить бесчувственную Долиту под каменным козырьком и вернулся, обеспокоенный долгим отсутствием спутников.
Увидев, что случилось, он схватил Эмбер за одну руку, Пуэтас за другую, и после короткого приказа Корда: «Тащи!» – она была выдернута из расселины. Он подхватил ее на руки и направился туда, где нависал козырек.
Неожиданно окружающий мрак начал рассеиваться, словно где-то забрезжил отдаленный свет. Мужчины разом обернулись. Зная, что возможность ускользнуть в тайный ход утрачена, Корд опустил Эмбер на камень, выхватил револьвер и повернулся лицом туда, откуда только что прыгал. Теперь он мог видеть и черный провал трещины, и очертания хода, который быстро светлел. Судя по звукам, доносящимся оттуда, их преследовала не банда в полном составе, а лишь несколько человек.
Секунд через пять на другой стороне расселины появился Валдис с двустволкой наготове. За ним шел кто-то из разбойников, в правой руке высоко держа факел, а в левой – револьвер. Больше никто из хода не появился, и Корд вздохнул с облегчением: шансы на спасение у них все еще были.
– Попался! – завопил Валдис, с безумным видом вращая глазами. Он был так сильно пьян, что стоял, пошатываясь и переступая с ноги на ногу, чтобы сохранить равновесие. – Теперь ты сдохнешь, как собака! Бежать тебе оттуда некуда!
Он выстрелил, но пуля попала в скалу и рикошетом едва не ранила второго разбойника. Тот отскочил, едва не спихнув главаря в расселину.
– Чтоб тебе пропасть, Геррас! Стреляй, а не скачи вокруг меня, как кузнечик!
Валдис выстрелил из другого ствола. На этот раз ему удалось ранить Корда в ногу.
Не дожидаясь очередного выстрела, Корд нажал на курок. Должно быть, таким уж было счастье Герраса в этот день, потому что пуля все-таки попала в него. Он вскрикнул и выронил факел, который скатился в расселину. Не мешкая ни секунды, Корд помог Эмбер проползти под козырьком и проскользнул сам. Когда все оказались в относительной безопасности, мужчины подхватили женщин на руки и пустились бежать, насколько это позволяла высота хода. Оба понимали, что Валдис поймет, куда они скрылись, как только подоспеет подмога с факелами. Конечно, никто не стал бы преследовать их тем же путем из страха наткнуться на пулю, зато путь через главный выход позволял разбойникам быстрее оказаться снаружи.
Пуэтас наконец заметил, что шаги Корда звучат как-то странно.
– Что случилось? Сеньор, уж не ранены ли вы?
Корд ничего не ответил, чтобы попусту не тратить силы. Он двигался, стиснув зубы и чувствуя, как сильно кровоточит рана. Он так сосредоточился на том, чтобы не упасть и не отстать от проводника (это означало – наверняка заблудиться), что налетел на Пуэтаса, остановившегося прямо перед выходом. Вдвоем они вытолкнули наружу сначала Эмбер, потом с ее помощью Долиту. Наконец выбрался и мексиканец. Настала очередь Корда. Когда он попытался подтянуться, руки отказались держать тело, и он рухнул назад. Только после третьей попытки с помощью встревоженного Пуэтаса ему удалось выбраться наверх.
– Наверное, рана достаточно глубокая. Ее нужно перевязать, – предложил тот, ощупывая окровавленную штанину.
– Нет времени! – отмахнулся Корд. – Они, наверное, уже седлают лошадей, а нам еще выбираться из этих зарослей. Тебе придется опять нести Долиту. Иди первым, а Эмбер пусть держится за твой ремень. Боюсь, я не удержу ее на руках. Не хватало еще свалиться в колючки и нанизаться на них! Если я отстану, не дожидайтесь меня. Вы должны выбраться отсюда как можно скорее, если не хотите сделать Валдису подарок.
И они начали пробиваться сквозь чащу кактусов, шиповника, ланцетника и каких-то колючих лиан, словно намеренно выросших здесь, чтобы скрыть отверстие тайного хода. Своими рубашками мужчины прикрыли обнаженные тела Долиты и Эмбер. Корд как мог ковылял позади всех, сильно припадая на раненую ногу и чувствуя, как в сапоге хлюпает все громче. В какой-то момент прядь волос, которые Эмбер придерживала левой рукой, зацепилась за сучок, и он рывком освободил ее, оставив на колючках клок волос. Эмбер только заскрипела зубами.
Все это время с неба обрушивался потоком ливень. Скользя по мокрым камням и спотыкаясь, они выбрались на открытое место и поспешили к лошадям. Корду пришлось приложить большое усилие, чтобы взобраться в седло. Он помог Эмбер устроиться позади него на крупе, предоставив Долиту заботам Пуэтаса.
