Вдруг понимающе, почти ласково проговорил Теодорик. – Однако, было ясно, что он чего-то задумал. – Остальные! Перебить этих скотов! Они могли убить меня, идиоты!!!
В этот момент в беззащитную толпу влетели гусары, ломая пики, убивая, калеча всех без разбору. Потом они схватились за кончары, начав колоть длинными, смертоносными клинками всех, до кого могли дотянуться. Пошли, избавившись от оцепенения, выполнять приказ и гвардейцы.
…Резня длилась недолго. Селяне мало чего могли противопоставить такой напасти, а потому почти никто уйти не смог.
Телеги отгонялись в стороны, подоспевшие на побоище рейдеры стаскивали трупы, жадно шарили по карманам и сумам, снимали добротные на вид сапоги. Вдруг они среди стоптанных конями обнаружили девушку, что была лишь легко ранена… Себе на беду, потому как ее проворно потащили в кусты. На крики девушки никто и ухом не повел – обычное уже дело на захваченных землях.
Теодорик бесстрастно смотрел на все это разорение, погруженный в свои мысли, затем обратился к тем, кто ослушался приказа:
- Этим – по тридцать розг, как жалким холопам, которых они пожалели! Давайте, господа, снимайте свои доспехи! Будете в другой раз думать, как мне перечить!
После жуткого рассказа о случившемся Ястреб был не в себе:
- Это непростительная ошибка с моей стороны…
- Нельзя предвидеть всего и сразу. Кто же знал, что Теодорик… Самый настоящий садист –возразил Хелдор. – Нельзя приставить охрану всюду, тем более против… Такой силищи.
- Раньше он просто делал руками рейдеров, друг мой. Теперь сам. Вот и вся разница. Погибшим уже не помочь – ответил посланнику Ястреб – позаботьтесь о тех, кто еще может спастись, и воспользуйтесь тем, что рейдеры и гвардия Теодорика скованы дальней крепостью. Изыщите возможность деблокировать гарнизон.
- Князь мой, а вы…
- У меня есть дела. Я должен довести до перекрестка наши подкрепления и обсудить план обороны.Эти почти две с половиной сотни вояк – наш глоток свежего воздуха. Быть может, это нас и спасет.
Погруженный в свои мысли, Ястреб с телохранителями двигался к условленному месту. Еще полчаса ходу, и они оказались на довольно просторной поляне. Она была сплошь завалена булыжниками. Кое-где угадывались остатки крепостных стен.
-Вот что ты не учел, Ястреб. – Наконец, возразил Хелдор - Когда твою люди впопыхах побегут здесь — они переломают ноги.
- Да. - резко, обмякнув, согласился Ястреб. - Я начинаю ошибаться. Я пришлю работников, чтобы они занялись этим...
-Ты не высыпался много дней, да и сейчас плохо спал — нашел оправдание Хелдор.- В таком состоянии...
- Это не имело бы ровным счетом никакого значения, если бы из-за моей ошибки началась бы свалка и в ней погибли бы люди. При всем уважении — оставь слова ободрения своим людям.
- Не забудь о работниках. До завтра, Ястреб.
- Если нас всех не положат раньше — устало произнес князь. - с той стороны тоже могут идти беженцы, скажи своим эльфам не стрелять на каждый звук - Он умчался назад, в сопровождении своей охраны, оставив добровольцев из Арн-Дейла в молчании.
Хелдор крякнул, осматривая дорогу, что им предстояло удерживать, окружающий их высокий лес, иссеченные временем валуны.
- Жуйте свои пайки, дичь будет вечером, если повезет. Полчаса привал и за работу.
Обещанные работники прибыли, поставив свои навесы поодаль от малознакомых вояк и принялись за работу. Им, тем не менее, пришлось помочь, потому как некоторые обломки им понадобились для укрепления позиций.
Хелдор наравне со своими солдатами работал до темноты, и в этом они преуспели. Теперь ночь и большую часть утра можно было посвятить отдыху.
Вечером была дичь, которую эльфы принесли им к кострам — что удивительно, потому как он полагал, вся живность тут должна бы быть распугана.
Наевшись до отвала, все бойцы еще некоторое время сидели, тупо уставившись в костер. Все обсуждали маленькие, но забавные происшествия, которые происходили с ними в течение нескольких дней. Неизвестно, как пройдет обоз, но их путешествие даже по территории противника было скорее похожа на прогулку — если бы не сожженные и просто оставленные деревни по пути сюда. Порой за целый день - ни души, словно вся местность вымерла. Много еще лет пройдет, прежде чем ее заселят вновь.
Флера, сидевшая у костра рядом с ним, устало облокотилась спиной на плечо Хелдора. Сегодня она работала наравне с мужчинами, напрочь отказавшись заниматься стряпней и прочими, как она заявила, «женскими глупостями», и утомилась, похоже, поболе остальных.
На это внимание никто уже не обращал – кто был постарше, помудрее, и не желал лезть в чужие дела – а некоторые получили от Флеры пару зуботычин еще в городе. Девушка была довольно спокойной, если не сказать, покладистой, но обидчикам и врагам она спуску не давала — это уж точно.
Флеру сморил сон, и она медленно сползла на подстилку из лапника. Украдкой пригладив ее волосы, которые оказались в совершенном беспорядке, Хелдор укрыл ее шерстяным одеялом, которое было у него под рукой.
Вскоре и все остальные отправились на боковую, а почти одновременно с ними и необщительные каменщики, которые смогли сделать довольно широкую просеку прямо через развалины. Над затухающими кострами раздавалась лишь едва слышная дробь бубна — с Халдыком можно было забыть о часовых.
Хелдор, лежа на еловых ветках, прежде чем уснуть, пытался расспросить орка о таинственном Наставнике, но узнал он немногое. Ночью тот покидал свое обличье ворона и отправлялся, как говорил Халдык, в «свой собственный мирок». Сказанное зеленокожим все еще выходило за рамки его понимания.
Утром его и добровольцев разбудили эльфы, сообщив о движении на дороге, которой они шли вчера. Это были люди Хумы, в сопровождении с Альбертом. То ли они встали засветло, а, может быть — шли всю ночь, но они пришли раньше срока. Тем лучше — не будет такой давки.
К лагерю Арн-Дейлцев подъехал Альберт — у того были круги под глазами.
- Ну как устроились? -как можно более радушно спросил тот.
- Приготовили теплый прием, Альберт. Вы как?
- Сначала было неплохо, эльфов в глаза не видели. Но пришлось
