— Мне думается, что напасть на след нетрудно, — сказал Эо. — С ним-то мы расправимся, будьте уверены.
Когда Эо на следующий день вошел к министру, тот, очень довольный, вытирал с лица пот. В комнате было жарко, даже вентиляторы не помогали.
— Вы меня вызывали, — сказал Эо.
— Да. Я должен вас обрадовать. Сегодня впервые после нескольких дней, заполненных этими ужасными описаниями, к нам пришла добрая весть. Мои люди завершили переговоры с транспортниками, и весьма успешно. Вам, несомненно, доставит удовольствие сообщение, что «Гамма-Марка» стала первым из пяти звездолетов, которые передаются нашему министерству. Следовательно, эти милые люди, с которыми мы разговаривали — Гран, Дузл и Марио, — теперь являются нашими коллегами.
— Поздравляю от всего сердца, — сказал Эо.
— Спасибо, — сказал министр. — Но теперь, помимо поздравлений, нужны конкретные действия. Вероятно, вы уже закончили предварительное рассмотрение этого печального дела?
— Да.
— У вас, надеюсь, уже сформировалось мнение об этом чужом корабле и об оружии, которым он оснащен?
— Да, — сказал Эо.
— В таком случае вы должны в кратчайшие сроки дать рекомендации по переоборудованию звездолета Дузла, чтобы он смог найти этих чужих и достойно покарать их. Вы, как мне показалось, прекрасно ориентируетесь в их поведении и должны понимать, что их вызывающие поступки не могут остаться безнаказанными. Недели вам хватит?
— Мне она не понадобится. Я могу все высказать хоть сейчас.
— Так быстро? — удивился министр. — Впрочем, сначала нужно вас выслушать. Итак, какое дополнительное оборудование требуется «Гамма-Марке», чтобы ваш звездолет мог успешно противостоять чужому?
— Спасательное, — коротко сказал Эо.
— Вы имеете в виду спасательное оборудование? — спросил министр. — Я не ослышался? Кого же, позвольте поинтересоваться, вы собираетесь спасать? Уж не этих ли инопланетных агрессоров?
— Нет, — коротко сказал Эо. — Эльдара.
— Эльдара? — грозно переспросил министр.
— Да, — подтвердил Эо. — Пилота, без которого они вернулись.
— Но он же погиб!
— Нет, — сказал Эо. — Он живее нас с вами. Если хотите, я все расскажу по порядку.
Он сделал паузу. Министр молча ждал, сильно обескураженный.
— Если вы помните, когда-то я занимался астрофизикой, — сказал Эо. — Есть древний принцип минимизации мышления. Гипотеза чужого разума является последней, к которой следует обращаться. Прежде должны быть исчерпаны объяснения, основанные на естественных причинах. Мне сразу не понравилось, как наши новые коллеги в один голос твердили, что природа бессильна создать объект, с которым они встретились. Мне стало обидно за природу. В природе существует все. Ну а правильную мысль мне подсказали.
— Кто это сделал? — спросил министр внешней безопасности, очень заинтересованный.
— Вы, — коротко ответил Эо. — Заговорив о том, что Марион имеет форму шара.
— Помню, помню, — польщенно сказал министр. — Но этот астроном Гран развеял мои аргументы. Он объяснил, что планеты шарообразны из-за гравитации, что гравитация пропорциональна массе и что масса такого маленького объекта ничтожна.
— Правильно, — сказал Эо. — Это послужило вторым толчком. Масса такого тела ничтожна в том случае, если его плотность не превышает плотности средней планеты. Но откуда следует, что это так? Откуда вытекало, что плотность мала? Ведь ее никто не измерял. Мне в голову пришла естественная мысль: шар круглый из-за большой гравитации, а гравитация велика из-за массы. Из этой гипотезы следовало, что масса шара по порядку величины совпадает с массой звезд.
— Но плотность? — сказал министр. — У него в этом случае должна быть совершенно невероятная плотность! Разве есть в природе такие объекты?
— Есть, — спокойно ответил Эо. — Поступая на работу, я говорил вам, что до этого занимался астрономией, изучал гравитационный коллапс и «черные дыры». Есть предел плотности, после которого материя может только сжиматься, остановить ее ничто не в силах. Это и есть коллапс, а «черная дыра» — это коллапсирующая звезда. Ружья стреляют не только в романах, но и в жизни. Наши решения и поступки во многом определяются тем, что мы делали в молодости. А в молодости я изучал «черные дыры» и поэтому сразу предположил, что «Гамма-Марка» встретилась с «черной дырой». Это все объясняло, все факты. Поэтому потом я только и делал, что угадывал. И неплохо, по-моему.
— О каких фактах вы говорите? — спросил министр несколько озадаченно.
— Во-первых, выбор туманности для работы, — сказал Эо. — Помните, почему они выбрали именно Конскую Гриву? Гравитационная разведка обнаружила там локальные скопления огромных масс. Я немного разбираюсь в соответствующих методах. Множественное число ничего не означает. «Локальные скопления» означает хотя бы одно скопление. Они решили, что это зародыш планетной системы: протопланеты и прочее. Но это была обыкновенная «черная дыра».
— Так, — сказал министр, — звучит логично. Продолжайте.
— Потом они прибыли на место, — продолжал Эо. — Никаких протопланет они не нашли. Естественно, ибо их никогда там и не было. Потом Гран заметил нечто, что он принял за астероид. Дузл повел ФПЗ к обнаруженному объекту.
— С его стороны это тоже было вполне логично, — вставил министр.
— По дороге к объекту, — продолжал Эо, — обнаружились странности, заставившие предположить, что это чужой космический корабль. Главным была сферическая форма. Шар диаметром двести метров, как они считали, может быть только искусственным. При этом они думали, что его плотность нормальна. Но теперь-то мы знаем, что плотность была чудовищной. Так что и в форме не было ничего удивительного.
— Постойте, — сказал министр внешней безопасности, — мне кажется, вы не учитываете одно существенное обстоятельство. В школе нас учили, что «черная дыра» называется так, поскольку даже свет бессилен ее покинуть. Поэтому «черная дыра» невидима. Неужели теперь взгляды переменились?
Некоторое время Эо молчал.
— Взгляды не менялись, но все зависит от обстановки. Планеты тоже не излучают, но разве они невидимы? Пространство в окрестностях «черной дыры» искривлено. Время там течет очень медленно, почти останавливается. Это приводит к тому, что ни один предмет, падающий в «черную дыру», не может туда упасть. Для постороннего наблюдателя он будет бесконечно долго приближаться к некой предельной сфере, окружающей центр коллапса, но никогда ее не достигнет. За миллионы лет, проведенные в туманности, «черная дыра» стянула к себе громадные количества пыли. Шар, замеченный с «Гамма-Марки», и был этой предельной сферой, облепленной пылинками, которые падали, но не могли упасть на нее. Астронавты видели оболочку из пыли, спрессованной временем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
