доспехах самураев, отключила артефакт и иллюзия пропала.
— Анамалаг-кхабатыр, это же тот самый слепой лекарь, который сломал тебе хребет, — воскликнула Талия. — Так он дракон?
— Хребет? — переспросила Гуй-Мэй и с удивлением посмотрела на Жору. — По тебе не скажешь, что у тебя поломан позвоночник.
— Он же лекарь, — буркнул Жора. — Как покалечил, так и полечил.
— А лечил, наверное, кровью, — усмехнулась Гуй-Мэй. — Теперь понятно, откуда в тебе столько эманаций Хаоса. Собирайся, будем вытаскивать Айминь из неприятностей.
— А эти жрецы точно не придут? Было бы некрасиво, если бы я ушёл, а они заявились, — проворчал Жора.
— А вы, как я посмотрю, собрались переезжать? –усмехнулась Гуй-Мэй, показывая на узлы вещей. — Разумная предосторожность. Я ничего не могу гарантировать, поэтому вам лучше скрыться, пока мы не разберёмся. Шэн, мой мальчик, побудешь здесь. Если что, встретишь гостей и сразу говори, кто ты.
— Как скажешь, кузен Гу, — кивнул принц. — Чжень, останешься со мной?
— Я тоже их здесь подожду, — заявил Шико.
— А ты носильщик Айминь, — напомнил Жора. — Охраняй невесту.
— М-м-м, — возмутилась связанная воительница.
— Ух ты! Вы её зафиксировали, — воскликнула Гуй-Мэй. — А она вас завтра не убьёт? Нет, серьёзно, если бы меня скрутили, я бы отомстила.
— Она хотела сдаться, — пояснил Жора. — Что встали, быстро на выход.
Вскоре члены команды покинули поместье и перебазировались к почтенному Пи. Тана обещала на всякий случай найти подземный ход, а Жора оседлал вороного по кличке Мрак и поскакал во дворец. Непромокаемый плащ выполнили из качественного материала, поэтому под струями дождя он почти не промок. Над головой парила Гуй-Мэй и постоянно язвила, что когда он бежал за Шико, его скорость казалась значительно выше. Далее она предложила ему избавиться от столь медленного жеребца и самому исполнять «и-го-го».
В конечном итоге Жора не выдержал и применил гравитацию, отчего она шлепнулась в лужу и покрыла его множеством непереводимых выражений, из которых самым приличным словом стало: «Ты». Таким образом, он подъехал к воротам первым, а она плелась по лужам, так как не могла летать над освещенной территорией.
Далее она вновь выступила в роли проводника и провела его через все преграды до зала приёмов. У входа замерли самураи и почтенный секретарь, увидев гостей в мокрой одежде, предложил Гуй-Мэй сходить, переодеться. Она отрицательно покачала головой и пояснила, что чужестранец не знаком с местным этикетом, поэтому ей придётся исполнять роль гида.
Жора осмотрел самураев истинным зрением и понял, что на них амулеты, скрывающие ару, поэтому почти невозможно определить их ранг.
— Это безмолвные, — сообщила Гуй-Мэй. — На самом деле они умеют говорить, но с таким жутким акцентом, что лучше бы молчали.
— А клинки у них действительно из адамантия, — констатировал Жора и, вынув из ножен длинный меч, предложил одному их самураев: — Можешь ударить по моему лезвию? Только слегка, а то сломаешь.
Воин в доспехах совершенно не отреагировал на его слова.
— Я же говорю, безмолвные, — сказала Гуй-Мэй и шепнула: — Адамантий против звёздной стали не выстоит. Лет пятнадцать назад, когда я вышла замуж и впервые увидела этих болванчиков, мне тоже стало интересно. Я проследила за парочкой, которые пошли гулять по кабакам и подловила их в переулке. С тех пор, когда они заступают на смену, из дворца ни ногой.
— А как бойцы что из себя представляют?
— Конечно лучше наших мечников, но против меня слабоваты, — ответила она. — А вот с Карадаги бы я не хотела столкнуться. Он постоянно мерцает.
— Это как?
— Сам увидишь, он телепорт, прыгун или как их там называют. В общем, сейчас перед тобой, а через мгновение за спиной, — пояснила Гуй-Мэй.
Из-за двери появился секретарь и поманил их за собой. Жора ранее видел иллюзию этого зала, но гораздо приятней воочию узреть сияющее великолепие. Трон действительно оказался из золота, а иероглиф, выполненный из небольших алмазов, сверкал в свете фонарей. Сам князь выглядел точно так же, как на иллюзии, поэтому Жора не стал его внимательно разглядывать. Он просто совершил почтительный поклон и замер, словно изваяние. Его интересовал самурай в белых латах, который рассматривал ауру светловолосого бородача, и стало заметно, что изначально напряженные мускулы, слегка расслабились. Князь перевёл взгляд на Карадаги и, увидев его отрицательное покачивание головой, облегченно вздохнул и произнёс:
— Почтенный Повелитель огня, я счастлив, наконец, с вами познакомиться. Мой наследник Сюнь много о вас рассказывал, — далее последовали кружева изящной словесности, в которых Жора запутался после третьей фразы. Если бы самурай не напомнил о себе, князь мог бы долго переливать из пустого в порожнее. — Но у моего гостя, почтенного Карадаги Сай-Цун-Ин возникло несколько вопросов. Вам слово.
— Повелитель огня, вас не затруднит рассказать, с кем из драконов вы знакомы? Волей случая я имел честь общаться с некоторыми из них, — Жора поведал об обстоятельствах знакомства с Георгом и Ариной ле Золтодрак, о герцоге Грайдене ла Дракон и его внуках, а в финале упомянул о лекаре Я-Кто, которого видел совсем недавно. Самурай попросил их описать и, убедившись, что Жора не лжёт, сообщил: — Почтенный князь Тянь, как и говорила ваша племянница, человек действительно знаком с драконами. У него есть печать старшего друга драконов, что говорит об особой связи с ними. Если случиться что-нибудь непоправимое, они сюда придут, и будут выяснять, кто трогает их союзника. Рекомендую не вступать с ним в конфликты, а если он начнёт вести себя неподобающим образом, сообщить мне, и тогда я свяжусь с главой драконьего гнезда. Драконов должны судить драконы. Георг мудрый и справедливый дракон. Если он узнает, что человек прав, то…
— Почтенный Карадаги Сай-Цун-Ин, вы меня успокоили, — с облегчением вздохнул князь. — Ну надо же, в мире существуют сильные и справедливые правители. Это обнадеживает. Надеюсь, мы с почтенным Повелителем огня найдём общий язык, ведь я тоже поступаю по совести.
—
