планы интервенции в Сибирь начали обсуждать в декабре 1917 г. Первоначально причиной интервенции называлась необходимость защиты иностранцев и складов военного имущества во Владивостоке. Позже к этой аргументации добавились пункт о необходимости предотвратить захват Германией продовольствия из Сибири и Украины и, наконец, надежда на восстановление Восточного фронта против Германии.
В протоколе заседания Военного кабинета от 6 декабря 1917 г. упомянут проект плана оккупации Владивостока и контроля над Сибирской железной дорогой, который было рекомендовано направить на рассмотрение в Имперский Генеральный штаб. В развитие этой темы в ходе заседания 7 декабря начальник Имперского Генерального штаба Г. Вильсон предложил: «Японцев и, возможно, американцев следует попросить направить войска во Владивосток для полицейских целей, защиты находящихся там военных складов и позже при необходимости установить контроль над Транссибирской железной дорогой и сообщение с югом России».
Проведение такой широкомасштабной операции без участия Японии, располагавшей крупным воинским контингентом для операции в России, и США, которые могли предоставить для этой операции финансовую поддержку, было неосуществимо. Однако «США опасались усиления позиций Японии на Дальнем Востоке, на Тихом океане, где назревал десятилетиями подготовлявшийся конфликт».
На заседании британского кабинета 24 января 1918 г. было принято решение: сделать все возможное для открытия сообщения с юго-востоком России и Владивостоком посредством Транссибирской магистрали; призвать японцев взять ее под свой контроль от Челябинска до Владивостока; направить телеграммы в Вашингтон и Париж, подробно разъясняя причины принятия этого решения.
В ходе интервенции на Дальнем Востоке с британских кораблей во Владивостоке высадился лишь ограниченный контингент в 1500 человек.
В ноябре 1917 г. батальон Хэмпширского полка находился в Индии. 28 ноября 1918 г. его перебазировали во Владивосток, а затем в Омск, куда он прибыл 5 января 1919 г.
Кроме того, 27 июля 1918 г. во Владивосток из Гонконга прибыл 25‑й батальон Миддлсекского полка. Полковник Джон Уорд, командир 25‑го батальона Миддлсекского полка, вспоминал, что первый приказ на отправку во Владивосток он получил еще в ноябре 1917 г., однако вскоре приказ был отменен.
В апреле 1919 г. подразделения Мидлсексского и Хэмпширского батальонов вместе с Британской военной миссией генерала Нокса передислоцировались в Екатеринбург. А уже в мае 1919 г. они были отозваны на Дальний Восток.
Миддлсекский батальон был эвакуирован из Владивостока в сентябре 1919 г.; Хэмпширский батальон — в ноябре 1919 г. Автору не удалось найти данных об участии этих батальонов в боях.
Зато активное участие в боях приняли десанты с крейсера «Суффолк» и «Кент». Броненосный крейсер «Суффолк» прибыл во Владивосток 14 января 1918 г. Осенью 1918 г. с «Суффолка» высадился отряд морской пехоты и были выгружены одно 152/45‑мм и четыре 12‑фунтовых (76‑мм) орудия. Их поставили на бронепоезд, а морпехи составили его команду. Английский бронепоезд патрулировал КВЖД между Омском и Уфуй до конца ноября 1918 г. Далее он ушел в Омск.
В феврале 1919 г. капитан Уолф-Муррей, состоявший в союзной морской миссии при адмирале Колчаке, предложил установить орудия бронепоезда на судах Камской флотилии, начинавшей формироваться в Перми. Адмиралтейство дало согласие при условии, что для расчетов найдется достаточно добровольцев из числа солдат роты морской пехоты крейсера «Кент».
Крейсер «Кент» вышел из Плимута в июне 1918 г., чтобы сменить однотипный «Суффолк» во Владивостоке, но вынужден был прервать плавание и зайти в Гонконг, так как его машины требовали серьезного ремонта. Перед Рождеством 1918 г. «Кент» покинул Гонконг и, пройдя через Шанхай и Нагасаки, 3 января 1919 г. пришел во Владивосток.
После того как капитан Уолф-Муррей посетил «Кент», и Адмиралтейство дало согласие на формирование отряда, об этом было объявлено в роте, и через несколько дней началась запись добровольцев в сибирскую экспедицию. По ее окончании старший унтер-офицер доложил, что из 64 унтер-офицеров и солдат отряда записалось 63. Один находился в карцере и записаться не мог.
Отряд был вооружен одним шестидюймовым и четырьмя двенадцатифунтовыми (76‑мм) орудиями и состоял из капитана морской пехоты, лейтенанта флота (помощника командира), старшего артиллериста (унтер-офицера флота), семи унтер-офицеров и 22 рядовых морской пехоты, флотского оружейного мастера, санитара, военврача из добровольческого резерва флота. Расчет шестидюймового орудия состоял из десяти человек, а расчет двенадцатифунтового — из шести, включая командира орудия. Впоследствии, учитывая дальность подноса снарядов от артиллерийского погреба к шестидюймовому орудию, его расчет был пополнен тремя русскими военнослужащими.
Прежде всего следовало запастись зимней одеждой. В этом помогла канадская армия, имевшая во Владивостоке вещевые склады. Каждый член отряда получил полный комплект теплого обмундирования, включавший высокие ботинки, бриджи, свитер, куртку из толстой кожи и меховую шапку-ушанку.
Британский отряд убыл из Владивостока скорым поездом 6 апреля 1919 г.
Участник похода Томас Джеймсон так описал свое путешествие:
«16 апреля мы прибыли в Омск, где располагались Колчак и правительство Сибири.
Нас встречали капитан Уолф-Муррей и два других офицера, составлявшие британскую военно-морскую миссию. Они жили в железнодорожном вагоне, который позже прицепили к поезду, доставившему нас в Пермь.
28 апреля мы прибыли в Пермь, большой город на Каме…
Я явился в штаб Камской речной флотилии, где встретил адмирала Смирнова и нескольких штабных офицеров. Они занимались превращением речных буксиров и барж в боевые корабли.
Мне сказали, что нам будет выделен камский буксир, а также баржа, на которой мы должны установить шестидюймовое орудие. Оба судна предполагалось подвести к железнодорожной ветке, чтобы облегчить перегрузку с платформ на корабли…
Кроме баржи, нам выделили быстроходный буксир, ходивший на мазуте или дровах. Оба судна были зачислены в 3‑й дивизион, которым командовал капитан 1‑го ранга Феодосьев.
Мы назвали буксир “Кент”, а баржу — “Суффолк” в честь родных кораблей, оставшихся во Владивостоке. “Кент” имел 170 футов (51,8 м) в длину и 40 футов (12,2 м) в ширину, считая восьмифутовые гребные колеса. Баржа, у которой был свой буксир, была столь велика, что на ее фотографии шестидюймовое орудие выглядит небольшой точкой. Оба судна стояли недалеко от Мотовилихинского завода».
Тумбы от 12‑фунтовых британских пушек остались где-то в Сибири, поэтому в Перми к ним по чертежам Вадима Макарова изготовили новые тумбы.
Джеймсон так описал модернизацию судов: «В то время как мы занимались креплением двенадцатифунтовок, работа по перестановке шестидюймового орудия с железнодорожной платформы на баржу шла своим чередом. Здесь тоже не обошлось без трудностей. Не последней из них было отсутствие крана, достаточно мощного, чтобы поднять семитонный ствол и примерно такого же веса лафет. Из-за паводка вода в реке каждый день поднималась на фут, грозя затопить подъездные пути, поэтому ничего не оставалось, кроме как тащить пушку волоком. Эту тяжелую ручную работу делали в основном женщины, так как все мужчины призывного возраста служили в Сибирской армии Колчака»[143].
14 мая 1919 г.
