— Джереми, пожалуйста, — выдохнула Мередит, уже совершенно не заботясь о том, что говорит и что о ней подумает Девлин, — пожалуйста, люби меня.
Его мышцы сжались от напряжения. Он облизал губы и посмотрел на нее. Больше всего ему хотелось верить ей, но у него почти не имелось опыта с девственницами и не хотелось причинять боль. Какое-то мгновение Девлин помедлил, затем раздвинул ее ноги коленом. Он просто не мог больше ждать. Джереми нащупал врата женственности. Длинные ноги Мередит инстинктивно обвились вокруг него, осуществляя его мечты. Он напряг мускулы и сделал резкий толчок, почувствовав, как разорвалась тайная перегородка ее девственности под натиском плоти. Мередит изогнулась от удивления или боли, но Девлин уже не мог думать о таких вещах. Его подхватила волна желания, и он стал двигаться в глубоком жестком ритме, погружаясь в нее. Животный стон поднялся к горлу и закончился коротким хриплым вскриком. На миг Джереми застыл над ней с искаженным экстазом лицом, затем обмяк. Его дыхание замедлилось, пока он делал еще несколько неглубоких движений, потом Девлин расслабился на ней, спрятав влажное лицо в изгибе ее шеи.
Мередит обвила его руками, ошеломленная пережитым. Резкая боль на какое-то мгновение прорезалась сквозь страсть, но когда он заполнил ее, уступила место более глубокой удовлетворенности.
— Мередит, — выдохнул Джереми, — ты в порядке?
— Да.
Она не упомянула о слабом ощущении, все еще пульсирующем у нее в паху, так как не знала, что это и можно ли что-нибудь сделать с этим. Его усталый мозг принял ее ответ, будучи слишком выдохшимся и купающимся в сладостном завершении, и не смог углубиться в смысл сказанного. Девлин провалился в сон.
Мередит слегка поерзала, приноравливаясь к его весу и тоже стала медленно погружаться в океан сновидений, оцепенелым разумом и чувствами пытаясь принять то, что произошло с ее телом, которое до сих пор принадлежало лишь ей одной.
ГЛАВА 17
Джереми проснулся в темноте, не сразу сообразив, где он. Потом пришло воспоминание о происшедшем, и Девлин улыбнулся.
Этой ночью ему удалось познать наивысшую умиротворенность, какой он не испытывал уже несколько месяцев — или вообще никогда.
Неожиданно Джереми понял, что наполовину лежит на Мередит, и осторожно соскользнул вниз, чтобы не потревожить ее. Она повернулась к нему в поисках тепла, которое только что ушло от нее. Девлин подложил руку ей под плечи и опустил голову жены на свою грудь. Зевнув, он провел ладонью по ее телу, исследуя его и вспоминая прошедшую ночь. Было ли ему когда-нибудь так хорошо с женщиной? Так сладостно? Подобного Джереми просто не мог припомнить.
Он погладил нежную мягкость груди Мередит. От его прикосновения сразу же напрягся сосок. Девлин усмехнулся. Как восхитительно отвечала она ему даже во сне. Боже, какая неуемная страсть била в ней ключом, когда они занимались любовью! Внутри нее горел огонь, какого он никак не ожидал. Джереми считал, что для такого состояния потребуется много болезненого времени и уговоров, но она с жадностью побуждала его любить ее. Он наклонился, чтобы поцеловать грудь, рука опустилась ниже, к фонтану женственности. Неожиданно его пальцы нащупали комочки засохшей крови на внутренней стороне бедер, и Девлин на мгновение почувствовал сожаление о том, что причинил ей боль. «Следующий раз я возмещу тебе это», — мысленно пообещал он.
Поднявшись, Джереми прошел к умывальнику и смочил полотенце, затем вернулся к кровати и нежно обтер ей ноги, смывая запекшуюся кровь. Мередит открыла глаза, почувствовав прикосновение холодного материала.
— Что? Что случилось? — сонно поинтересовалась она.
— Извини, любимая, я смывал следы нашей первой близости с твоих ног. Больно?
— Нет, кажется, нет.
Она вспыхнула от интимного прикосновения, хотя прошедшей ночью ей пришлось испытать нечто более существенное. Прошедшая ночь! Есть от чего покраснеть. Как безумно она реагировала на его ласки, как быстро он соблазнил ее! Боже, да она же сама умоляла Джереми довести начатое до конца. Как унизительно!
— Хорошо…
Девлин поцеловал живот Мередит. Нежная кожа дернулась от прикосновения его губ. Он спустился ниже, и она торопливо отодвинулась. Усмешка тронула его губы.
— Слишком рано? Ладно.
Рот Джереми вернулся к ее груди, дразня соски до тех пор, пока они не разбухли. Он осыпал поцелуями тело жены, постепенно продвигаясь по боку и закончив на ягодице. Она слегка подпрыгнула, когда Девлин слегка закусил нежную кожу зубами. Руки обхватили ее мягкую плоть, слегка приподнимая и сжимая. — О, Мередит, — простонал он.
— Ты же не собираешься… — Она смущенно запнулась.
— Снова заняться любовью? — закончил Девлин за нее. — Да, если это, конечно, не причинит тебе боли.
— Неужели недостаточно прошедшей ночи?
— М-м-м, — пробормотал он, не переставая целовать ее. Наконец, оторвавшись, Джереми произнес:
— Никогда не достаточно! Убедись сама.
Он взял ее руку и поднес к своей взбунтовавшейся плоти.
— О! — только и смогла выдохнуть Мередит. Никогда в жизни не представляла она, что сможет дотронуться до… этого. Даже мысленно Мередит не могла назвать вещи своими именами. Тем не менее, ее пальцы совершенно естественно сомкнулись вокруг, и она, изумленная и восхищенная атласной гладкостью кожи, ощутила пульсирующую твердость. Плоть затрепетала в ее руке, и Мередит подпрыгнула от неожиданности.
— О!
— Это и все, что ты можешь сказать? — поддразнил Джереми.
Его губы покусывали нежный изгиб шеи. Она сжалась, борясь с предательским теплом, которое он пробуждал, но все-таки вздрогнула. Тихий стон вырвался из груди.
В тот же миг рот Девлина сомкнулся на ее губах. Мередит обнаружила, что руки бродят по его телу, касаясь поросли на груди, гладкой кожи бедер, твердого позвоночника в окружении твердых мускулов спины. Джереми издал какой-то нечленораздельный звук, и его губы прямо-таки обезумели на ее устах, язык ворвался в рот. Наконец, тяжело дыша, он оторвался.
— Коснись меня, Мередит.
— Что?
— Коснись меня… Помнишь, я говорил, что научу тебя доставлять мне удовольствие? Так вот, это твой первый урок. Мне хочется, чтобы ты изучила мое тело, узнала его, как свое собственное.
— Но где? И я не знаю, как.
— Просто делай то, что тебе нравится, дотрагивайся, где пожелаешь. Ты сама поймешь, что и как…
Мередит неуверенно продолжила свое исследование, массируя мускулы груди, скользя пальцами сквозь густые заросли волос, и даже прикоснулась к твердым пуговкам сосков. Ладони перебрались к рукам Девлина, открывая силу, таящуюся под кожей. Затем она провела по ногам, ощутив покалывание волосков, твердость костей и крепкую мускулатуру.
