вертящемуся позорному столбу; затем ему отрубили кисти рук; затем его поместили на высокое колесо, и кисти рук рядом с ним, но когда увидели, что он близок к смерти, то сняли его с колеса. Привязав Гильома к задней части одной повозки, его проволочили по городу, а затем повесили, и кисти рук рядом с ним.
В ту пору король Франции послал во Фландрию мессира Жана де Вьенна[642], епископа Авраншского, со многими другими особами. По прибытии они велели, именем короля, снести, разрушить и сровнять с землей ворота Брюгге, Ипра и Куртре. Это было сделано по решению доброго королевского совета, который пекся о пользе короля и его преемников и желал загодя принять соответствующие меры против гордыни фламандцев (…) В ту пору возник большой повод для ссоры и войны между герцогом Брабантским и графом Фландрским из-за некоторых податей, которые епископ Льежский, как он сам утверждал, имел право получать с брабантского города Мехельна. Названный граф Фландрский, желая посеять раздор, коварно выкупил это право у названного епископа Льежского. Сторону графа Фландрского приняли король Богемский, епископ Льежский, граф Эно со своим братом Жаном д'Эно, граф Гельдернский и многие другие знатные сеньоры Германии. За другую сторону, то есть за герцога Брабантского, были король Наваррский, брат короля Франции граф Алансонский, граф Барский и граф Этампский[643]. Король Франции был посредником между обеими сторонами и, с Божьей помощью, а также благодаря великому старанию, которое он к этому приложил, привел их к доброму согласию (…) Примерно в ту пору король Англии послал в Гасконь монсеньора Бернара д'Альбре, дабы начать там войну. Одновременно с этим он отправил послов во Фландрию, дабы приобрести там друзей и союзников, ибо он ясно видел, что он не сможет осуществить свой замысел, если не привлечет фламандцев на свою сторону (…) Узнав о том, что граф Фландрский бежал к его двору, король Франции распорядился, чтобы папа отлучил от церкви некоторых фламандцев, и прежде всего жителей Гента. И были туда посланы королем епископ Санлиса[644], аббат Сен-Дени и Ги де Кастр. После этого фламандцы немного поостыли (…) Затем фламандцы вместе с графом Солсбери и графом Саффолком решили осадить Лилль, что во Фландрии. Выступив в поход, они прибыли в одно аббатство под названием Маркетт. Там они построили свои полки и велели им ждать. Затем графы Солсбери и Саффолк с двумястами воинами поехали к Лиллю, чтобы посмотреть, с какой стороны его будет легче штурмовать. Однако, пока они оглядывали укрепления Лилля, горожане незаметно сделали вылазку во главе с рыцарем, которого звали сеньор де Рубэ. Они зажали графа Солсбери, монсеньора Вильяма и их отряд между собой и городом. Тогда сеньор де Рубэ напал на врага. В разыгравшейся схватке граф Солсбери был сброшен с коня и тяжело ранен копьем, монсеньор Вильям попал в плен, а другие англичане и фламандцы были разгромлены. При этом погиб один очень богатый англичанин, которого звали мессир Вильям Киллэн. Затем названный сир де Рубэ доставил графа Солсбери в Париж и сдал его на руки королю. Король же велел держать его в Шатле под строгим надзором (…) В том же году[645] фламандцы, брабантцы и эннюерцы предложили королю Франции мир на определенных условиях. Однако король не пожелал принять эти условия, и послы уехали, ничего не заключив.
В том же году король Филипп Французский объявил большой ратный сбор, дабы воевать с фламандцами, брабантцами и эннюерцами, и приехал в Аррас. Поджидая там, пока соберутся его войска, король послал своего старшего сына Жана Французского, герцога Нормандского, дабы он разорил земли Эно. Герцог собрал большое войско в Сен-Кантене, что в Вермандуа, и прибыл с ним в Камбре. Находясь там, он призвал к себе все конные отряды, сторожившие границу. Когда они собрались, герцог пошел осаждать один замок под названием Эскодёвр. Подступив к нему, герцог велел воздвигнуть осадные машины и день и ночь забрасывать его камнями. Когда названный монсеньор Жан Французский провел под замком 15 дней, к нему прибыл и сам король Франции. Вслед за королем туда немедленно поспешили все знатные сеньоры королевства, и собрал он там такое большое войско, что это было удивительно! По прошествии одного месяца осады, защитники сдали замок на том условии, что им позволят уйти со всем своим имуществом. Когда гарнизон ушел, и королевские воины овладели замком, король приказал сровнять его с землей.
Затем он пошел осаждать другой замок, который стоит в землях епископа Камбре на реке Л'Эско и называется Тён-Л'Эвек. Король приказал забрасывать его камнями и ядрами, но гарнизон оборонялся столь хорошо, что осаждавшие долгое время не имели никакого успеха. Неподалеку от Тён-Л'Эвека находился другой замок, который принадлежал графу Эно и назывался Бушей. Его гарнизон совершил много набегов на лагерь французского короля.
По прошествии недолгого времени герцог Брабантский, граф Гельдернский и большинство ополчений Фландрии пришли снять осаду с Тён-Л'Эвека. Их лагерь находился на одном берегу реки, а лагерь короля — на другом. Но иногда они переходили через реку по наведенному ими мосту и завязывали весьма добрые стычки. В одной из таких стычек был посвящен в рыцари монсеньор Филипп, сын герцога Бургундского.
Между тем кастелян видел, что замок уже очень сильно разрушен и в нем не осталось места, где бы гарнизон мог безопасно пережидать обстрел. Поэтому он велел своим воинам погрузить все их добро на одну лодку и переправить на другой берег. Затем он поджег замок и, погрузившись на одно судно вместе со своими людьми, отплыл в германский лагерь. Когда король Франции увидел, что замок горит, то велел своим людям немедленно проникнуть в него с помощью штурмовых лестниц. На следующий день, за час до рассвета, войска немцев и фламандцев собрались в путь и ушли в свои края. Сразу после этого король послал своего сына, герцога Нормандского, и герцога Бургундского, чтобы они разорили землю Эно (…) В тот же год королю Франции донесли, что король Англии, который уже долго отсутствовал, снаряжает очень большой флот и хочет идти на помощь фламандцам.
Король Франции и раньше слышал разговоры об этом. Поэтому, получив такую весть, он тотчас велел собрать все корабли, какие только можно, в Нормандии и Пикардии; и назначил двух верховных адмиралов, которые должны были командовать и начальствовать над названным флотом, дабы король Англии и находившийся при нем монсеньор Робер д'Артуа не могли высадиться во Фландрии.
Главными начальниками над всем флотом были
