прокуренный бас. — Но зачем?
— Со мной, это с кем именно?
— Игнат Веер, старший абордажник «Старого Наемника».
— Господин Веер. Только что «Октавиан Август» покинул систему Элиоз. Так что шансов у вас нет.
— И что?
— Предлагаю вам сдаться. Гарантирую жизнь и возвращение обратно к своим друзьям. Живыми и невредимыми.
Молчание. Долгое.
— С чего такая щедрость? — настороженно спросил старший абордажник, явно ища подвох.
Марк не стал его разочаровывать.
— У вас хорошие скафы. Не хотелось бы их портить. Если ради этого нужно пощадить три десятка… — Марк сверился с данными и изменил показания, двух наемников абордажники в носовой части все же потеряли. — Двадцать восемь противников, то эта приемлемая цена.
— Что с остальными?
— Мертвы.
— Мне нужно время обсудить все с парнями.
— У вас пятнадцать минут.
Внезапно шедший первым мастер-сержант Курт поднял руку. Контрабордажники «Октавиана Августа» прижались к стенам, взяв под прицел обе стороны коридора.
— Курт, что там? — позвал Марк, переключив канал и протискиваясь вперед. Два человека в тяжелых скафах могли спокойно разойтись в коридоре, но вот у трех уже начинались проблемы.
— Дыра в корпусе, — сообщил мастер-сержант. — Кажется, это один из этих чертовых ботов.
Марк сверился с планом. Ну да, где-то здесь высадились те неудачники, что попали в засаду на складе.
— А вот я сейчас! — Курт снял с магнитного фиксатора гранату, сорвал прозрачный колпачок предохранителя и хотел вдавить кнопку взрывателя, но был остановлен Марком.
— Стоп! Никаких гранат!
Марк все еще не имел ни малейшего понятия, что такое эти десантные боты. Но портить трофеи дома Фобос не собирался. Тем более, трофейное бесполезным не может быть по определению. Если нет возможности использовать самостоятельно, то трофеи всегда можно продать тому же семейству Соко. Ушлые торговцы могут пристроить даже полный мусор.
Выдвинув усик камеры, он внимательно осмотрел ход, прорезанный в броне «Октавиана Августа». Стены его были гладкими и казалось даже отполированными чуть ли не до зеркального блеска. Многочисленные датчики скафа не показывали впереди никаких признаков жизни.
Пригнувшись, Марк вошел в ход. Навалился привычный приступ легкой клаустрофобии. Для человека в тяжелом скафе ход был маловат — пройти можно, а вот развернуться уже не выйдет.
Внутренности абордажного бота его разочаровали. На десантный челнок он походил мало, да и вообще мало на что походил. Никаких кресел или привычных пластиковых лавок. Один единственный коридор не широкий, но достаточный для размещения человека в тяжелом скафе. В нем находилась поднятая под потолок угрожающего вида конструкция, в которой Марк не сразу признал лазерный бур, и десять квадратных рам, весьма напоминавших стандартные станции ТО тяжелых скафандров. Даже страховочные карабины и те были идентичны.
Какие-либо системы управления отсутствовали. Все управление было дистанционным. Правильно эти боты обозвали абордажными торпедами.
Однако…
Он представил, какого это вот так, набившись в узкий бот, словно горошины в стручок, нестись в неизвестность, и передернул плечами. Не-е, такие приключения точно не для него. Десантный челнок куда удобней и привычней, пусть абордажная группа и практически лишена в таком случае свободы маневра.
С другой стороны, никто и не заставляет его самому лезть в абордажные торпеды…
Выбраться назад стало той еще задачей. Пусть абордажный бот и был несколько шире прохода, но из-за вспомогательных конструкций и лазерного бура, Марку так и не удалось развернуться. Пришлось вылезать спиной вперед, монитора дорогу через усик нашлемной камеры.
— Эй ты, там… Марк Оритс? Мы согласны сложить оружие, — донеслось из наушника не слишком вежливо, зато искренне. — Но только если нам предоставят десантный челнок и отпустят.
Марк задумался. План наемников был ему в целом понятен — убраться с «Октавиана Августа» и на борту челнока спокойно дождаться подхода своих. Доступа в SCK-4530 у наемников нет, но SCT-1021 они точно проверят. Хотя бы пока будут гнать удирающий флот Совета Графов. Тридцать человек без тяжелых скафов в стандартный челнок влезут. Удобно им точно не будет, но несколько часов можно потерпеть.
— Условие выполнимо, но это не самое разумное решение, — ответил он, дивясь внезапному приступу благородства. — За моими кораблями идут остатки флота Совета Графов. Сомневаюсь, что они оставят ваш челнок без внимания. Итог предсказуем: плен или уничтожение. С учетом того, что графы будут злы из-за понесенных потерь, то я бы поставил на второе.
Марк и сам не понимал, с чего его так потянуло разжевывать подобные вещи тупым обезьянам, неспособным составить элементарную причинно-следственную цепочку? Что-то с ним не то. Жалость? Ха! Наверное, плохо пообедал и не выспался, вот и тянет на дурные поступки.
Впрочем… После такого щелчка по самолюбию наемников, можно обставить все это как жест доброй воли и намек, что с ним можно договориться. Мира между ними не будет — кто-то кого-то обязательно сожрет. А временное перемирие или хотя бы холодная война — почему бы и нет?
Некоторое время в эфире царило молчание. Веер размышлял или же делился доводами Марка со своими людьми.
— Предложение Вашей Светлости? — подал он голос.
«Светлости… — губы Марка исказились в сардонической усмешке. — Как припекло, сразу правила вежливости вспомнили. Если их еще немного подержать в неизвестности, они меня Величеством называть станут. Правильно сказал кто-то из древних, что доброе слово ничто без пистолета, приставленного к голове собеседника».
— Вы сдаетесь и на время полета до Гемины становитесь моими пленниками. Оттуда я обеспечу вашу доставку в один из захваченных вашими приятелями секторов.
— В какие сроки? — деловито уточнил Веер.
«Важное уточнение. А он не так глуп этот наемник», — подумал Марк.
— Даю вам слово, за два месяца я найду способ переправить вас туда, куда вы захотите… В рамках сектора Тартар-2.
— Слово — это замечательно, и все такое. Но нам нужны какие-нибудь более значимые гарантии?
— Тогда я вам гарантирую полное уничтожение в случае дальнейшего сопротивления. Этого достаточно? — скучающе уточнил Марк, добавив в голос холодных ноток.
Снова на канале повисло молчание.
— Где мы можем сложить оружие? — сдался старший абордажник.
Возиться с приемом пленников Марк не стал,
