со мной по бокалу вина, доктор? – вяло предложила Стелла.
– Как я могу отказаться, когда меня так любезно приглашают?
Доктор Эд принялся увлеченно рассказывать ей об Эвелин, Море и Нессе. Стелла молча слушала его и старалась делать вид, что ей интересна его болтовня, однако ее истинные чувства выдавала нога, которой она раздраженно покачивала из стороны в сторону. В какой-то момент она поймала взгляд доктора Эда и усилием воли заставила себя сидеть не шевелясь.
– Мы и оглянуться не успеем, как уже наступит ярмарочный день, – продолжал доктор Эд. – И, конечно, на берегу наконец поставят скульптуру Майка – надо будет обязательно сходить посмотреть. Ты как, пойдешь на ярмарку, Стелла? Уверен, Фредди ждет не дождется этого дня. Верно я говорю, Фредди?
– Боюсь, у нас другие планы, доктор. Думаю, мы пропустим ярмарку. Туда ведь обычно ходят за хлебом и зрелищами, верно?
– Должен отметить, я очень рад, как вы с Брюсом все хорошо устроили для маленького Фредди. Если честно, поначалу я сомневался, что это хорошая затея – пара недавно разошлась и вдруг поселяется в одном доме, – но потом я понял, что зря беспокоился. Вы с Брюсом – самые нежные родители. И вы замечательно все придумали. Весь дом считает вас за образец.
– Скажите это Брюсу.
– Я уверен, Брюс и так прекрасно это знает. Он не устает повторять, какая ты замечательная мать.
– Неужели? Что ж, забавно, что он при этом собирается добиваться полной опеки над Фредди. Сегодня утром я получила письмо с предупреждением. Конечно, это все из-за Анники. Она пытается отнять у меня Фредди. – Тут Стелла невесело усмехнулась. – Погубить мою семью. Разрушить мою жизнь и выставить меня никудышной матерью… Но пусть только попробует!
– Разрушить твою жизнь? Стелла, я не думаю, что…
– Она считает, что я ни о чем не догадываюсь! Но я не дура. Вы знаете, она даже сочинила на меня жалобы и послала их мне на работу. – Стелла покачала головой. – Мой начальник вызывал меня сегодня. Сказал, что клиенты, которым я показывала дома, жаловались на меня… И я сразу поняла, кто за этим стоит. Вы не дадите соврать – я профессионал своего дела и всегда очень ответственно подхожу к своей работе.
– Я в этом не сомневаюсь, Стелла, но…
– Конечно, это был удар ниже пояса. Впрочем, меня это не удивляет. Чего от нее еще ожидать?
– Стелла, я не думаю…
– Никто не думает, доктор Эд. Разве я не права? А потом все плачутся: «Ах, как же я раньше не понял! Ах, я же все видел, почему я тогда не забеспокоился?» Что ж, пускай знает: у меня ушки на макушке.
– Стелла, ты же знаешь, я очень тебя ценю. И я всегда готов прийти тебе на помощь… Но если у тебя неприятности на работе и тебе надо с кем-то поговорить… Я могу порекомендовать несколько замечательных…
Но Стелла не дала ему закончить:
– Вы мне не верите?
– Конечно же я тебе верю! Я только хочу сказать, что такие вещи иногда бывает полезно обсудить со специалистом. Я вовсе не…
– Это они вас подослали, верно? – холодно произнесла Стелла. – Брюс хочет доказать, что я никуда не годная мамаша! Господи, какая же я дура! – Она поднялась на ноги. – Вам лучше уйти, доктор.
– Стелла, прошу тебя, не сердись. Ты ошибаешься. Я просто хочу, чтобы ты знала: я желаю тебе добра… вот и все.
– Спасибо, доктор Эд, но мне не нужна ваша помощь. Мне вообще ничья помощь не нужна. Мы с Фредди прекрасно справимся сами. Правда, Фредди?
Но Фредди не ответил ей: он был полностью поглощен происходящим на экране.
– Что ж, береги себя, Стелла. Я искренне прошу простить меня, если я тебя расстроил… – Доктор Эд направился к выходу, и вид у него был подавленный. – Клянусь, я этого не хотел…
Стелла уложила Фредди в кроватку. Затем она налила себе еще бокал вина, убавила звук у телевизора и села, уставившись в экран. Картинки быстро сменяли друг друга и наконец превратились в один сплошной калейдоскоп света – единственное яркое пятно в непроглядно темной комнате.
Глава 42
– Ты не хочешь с ним поговорить? – спросила Полин у дочери.
Они ехали на машине Нессы в Глендалох, где собирались погулять немного, а потом пообедать.
– Нет. А зачем? – Труф сидела за рулем, поджав губы. – Это же не я первая решила перестать общаться.
– Возможно, произошло недоразумение?
– Например? – Труф повернулась к матери.
– Не знаю. Просто к тебе приходил Джош, и… вдруг он все не так понял?
– Он не видел Джоша. А если даже и видел, тебе не кажется, что он, по крайней мере, должен был выслушать и мою версию событий?
– Может, он просто не хочет лезть не в свое дело?
– Почему ты вообще так о нем печешься?
Полин пожала плечами:
– Мне он показался интересным… А еще помнишь, как он пытался тогда, в коридоре, прикинуться безразличным? Так вот, я на этот спектакль не купилась. Он явно разволновался, когда тебя увидел. По-моему, неплохо бы выяснить, что у него на уме. И потом, я не знаю, что между вами произошло, но тебя это явно нервирует.
– Если меня что и нервирует, так это то, что я в нем ошиблась… Похоже, я совсем не разбираюсь в людях.
– А возможно, и нет… Тебе не кажется, что это стоит проверить?
– Мы на месте. – Труф свернула на парковку возле живописного средневекового монастыря.
Они пошли по тропинке и остановились, чтобы как следует рассмотреть знаменитую круглую башню и разрушенную церковь. Вокруг виднелись могилы, обросшие мхом и пылью веков.
– Последний раз я была здесь, когда училась в школе. Нас привозили сюда на экскурсию. – Полин сфотографировала простиравшийся перед ними пейзаж.
– А что это была за школа?
– Очень элитная.
– Там было плохо?
– Вообще-то нет, как раз вполне хорошо. Это была маленькая школа-пансион в красивом старом доме, даже со своей фермой. И все монашки были к нам очень добры… Из плохого там была только я.
– Ты никогда не рассказывала! – Труф повернулась к матери. – По-моему, ты слишком строга к себе.
– Видишь ли, они все расплачивались за грехи моей матери. – Полин пошла дальше. – Конечно, я тогда не понимала, что они-то ни в чем не виноваты. Когда меня исключали из очередной школы, я думала только о том, что смогла хоть как-то насолить Эвелин. И меня совершенно не волновало, что я при этом порчу жизнь другим девочкам и учителям. А они, между прочим, искренне за
