Непогода словно решила помериться силами с экипажем корабля. Ветер яростно трепал канаты, свистел и выл среди снастей, с грохотом швыряя в людей ледяную воду. Аллегра на миг вообразила себя единственным безмятежным островом в этом взбесившемся мире: нужно просто затаиться и выждать, и тогда непогода минует ее вместе с прочими неприятностями.
– Прошу прощения, леди Макуорт, но лучше бы вам вернуться в каюту! – Она не заметила, как к ней подошел помощник капитана Бейнс. На его обветренном лице кое-где выступила коркой соль. – Судя по всему, непогода уляжется не скоро.
– Нам угрожает опасность?
– Взгляните сами. – И он указал на правый борт. Однако Аллегра как ни силилась, ничего не смогла различить, кроме черных штормовых туч. – Капитан опасается, что нас вынесет слишком близко к земле. К самому мысу Уинтертона. Теперь необходимо взять к западу, чтобы его обойти, но это возможно, если не изменится ветер. В противном случае мы окажемся напротив залива Кромера.
– Что же в этом плохого? – Почему-то при мысли о заливе у нее не возникало предчувствия беды.
– Местные не прозвали бы его Дьявольской глоткой просто так! – засмеялся Бейнс. – Спускайтесь-ка вниз, мэм. Так безопаснее.
Она кивнула и послушно поднялась с каната. За эти несколько минут качка заметно усилилась. Со всей возможной осторожностью Аллегра двинулась к трапу на нижнюю палубу. Однако спускаться не спешила: очень уж не хотелось снова спорить с Греем, да и со своими смятенными чувствами. Аллегра поставила ногу на первую ступеньку – и ошеломленно застыла.
Перед ней возник Уикхэм. Бледный, с зажмуренными глазами, он жадно глотал свежий воздух с таким видом, словно надеялся остановить этим лекарством болезненные спазмы своего желудка. На нем был один жилет, да и тот распахнут, парик съехал на ухо, а концы галстука хлопали на ветру. Бедолага явно едва успел выскочить на палубу, как его стошнило. «Боже милостивый, – подумала Аллегра, – ну что за жалкий тип!»
Нет!!! Она не должна его жалеть! Он – кровный враг ее семьи. Она сунула руку в карман и нащупала папин платок: казалось, форма пятен засохшей на нем крови запечатлена в самом ее сердце. Прикосновение к истрепанной ткани прибавило ей отваги. Пусть свершится неизбежное во имя кровной мести. Пусть дверь в прошлое захлопнется раз и навсегда… Ну а потом, может быть, ей удастся обрести будущее вместе с Греем. Решительно расправив плечи, Аллегра потянулась к ножу.
Но внезапно остановилась. Зачем рисковать, пуская в ход оружие? А вдруг ей не удастся прикончить Уикхэма с первого удара: он же наверняка поднимет шум. Она затравленно оглянулась. На палубе нет ни одной живой души. В тусклом туманном свете никто не увидит ее черного дела. К тому же перила на нижней палубе, на которых повис Уикхэм, такие соблазнительно низкие. Достаточно резкого толчка, и с ним покончено. Аллегра помедлила еще минуту, молча молясь об успехе. За тебя, папа. Мама, Люсинда и Чарли!
И она двинулась к своей жертве, чувствуя, как бешено колотится ее сердце. Уикхэм открыл глаза при ее приближении и добродушно улыбнулся: видимо, его ничуть не смущало собственное плачевное положение. Ее внимание привлекла по-детски яркая, чистая голубизна его безмятежных глаз.
– Леди Макуорт, – приветствовал он Аллегру.
«Нет, негодяй! – яростно подумала она. – Я – Бэньярд!»
– Ради Бога, Аллегра! Нет! – Из каюты выскочил Грей в одной рубашке. С сердитым рычанием он подскочил вплотную и схватил ее в охапку. Она едва успела прийти в себя от столь внезапного нападения. А уже в следующий момент на судно налетела огромная волна. Корабль содрогнулся от удара, как живое существо, и Грея с Аллегрой смыло в морскую пучину.
Задыхаясь и кашляя, она бешено замолотила руками, стараясь удержаться на плаву. Черт бы побрал эти застежки – они такие тугие, что не дают пошевелиться! Даже дышать трудно! А юбки мгновенно намокли и потянули ко дну. Аллегра впала в панику, но тут Грей железной рукой обхватил ее за талию.
– Я тебя не отпущу! – прокричал он сквозь грохот бури.
– Я не могу… – Она закашлялась, отплевываясь от горько-соленой воды. – Я не могу как следует плавать!
– Не бойся. Вместе мы выплывем. – Грей оглянулся на корабль. Ветер переменился, и капитан Смит медленно поворачивал подальше от берега, – Эллсмер! – прокричал Ридли. – Позови на помощь! – Однако его слова отнесло в сторону порывом ветра.
Уикхэм приставил к уху ладонь, а другой рукой сделал недоумевающий жест. А потом просиял, осененный, как ему показалось, гениальной догадкой, перемахнул через перила и плюхнулся в воду неподалеку от них.
Грей орал что было сил, стараясь привлечь внимание кого-то из экипажа. Но так ничего и не добился: корабль, набирая ход, удалялся в открытое море. Тогда Ридли развернулся и махнул рукой в сторону маячившего на горизонте берега. Уикхэм, болтаясь среди волн, кивнул в знак того, что понял. Сурово улыбнувшись Аллегре, Грей приказал:
– Хватайся за мой пояс! Да держись покрепче! С Божьей помощью мы успеем доплыть до берега, пока не разгулялся шторм!
Однако стихия настигла их на полпути к спасению. У Аллегры давно онемели пальцы от ледяной воды и усталости. Она утратила чувство времени, не понимала, где находится. Слишком много было вокруг воды, ветра и безжалостных волн. И вскоре девушка провалилась в забытье.
Глава 17
Ее привел в чувство осевший на лицо холодный туман. Она приподнялась и попыталась размять руки. Платье было насквозь мокрым, засыпанным песком. Казалось, от холода нет спасения. С мрачной гримасой Аллегра глянула на ноги. Туфель как не бывало. А также гребенок в волосах: они мокрыми прядями свисали на плечи, перепутанные, с обрывками водорослей. Но главное, она была жива. Она находилась на твердой земле. Благодаря Грею.
Грей! Аллегра мигом вскочила на ноги и стала осматривать пустынный, окутанный туманом берег, о который с шумом разбивались громады волн.
– Грей! – закричала она.
– Успокойтесь, леди Макуорт. Он жив.
Позади стоял Томас Уикхэм с неизменной улыбкой на губах. Парик с него смыло волной, и обрамленное растрепанными рыжими волосами лицо казалось от этого еще моложе и обаятельнее. Он махнул рукой туда, где песчаный пляж сменялся первыми уступами скал.
– Ридли улегся вон там. И спит как младенец. – Том виновато засмеялся и почесал за ухом. – Наверное, в этом виноват я.
– Отчего же?
– Сначала он вытащил на берег вас. А потом, несмотря на усталость, вернулся за мной, потому что я едва не утонул. Конечно, я сглупил, когда кинулся за вами в воду. Но тогда мне казалось, что вас унесет волнами раньше, чем я смогу кого-то докричаться. – И юноша простодушно развел руками. – Наверное, это по недомыслию. Вот и в Вест-Индии из меня не вышел плантатор. Поверите ли, я так и не выучил, когда что полагается сеять!
