тактику «акций возмездия и устрашения».
Независимые исследования, опубликованные рядом израильских историков в конце 1980-х — 1990-е годы, свидетельствуют о том, что израильская оценка характера «инфильтраций» была не вполне адекватной. Большинство «инфильтрантов» не засылались властями арабских стран, а преследовали сугубо личные цели — возвращение домой, сбор урожая со своего земельного участка, иногда месть за погибших в ходе войны и пограничных стычек родственников; попадались и криминальные элементы — контрабандисты, грабители и т. п. Ответные действия Израиля часто влекли за собой жертвы среди мирного арабского населения. Так, в ходе рейда спецподразделения № 101 под командованием А. Шарона на дер. Кибия на территории Иордании в октябре 1953 г. было убито несколько десятков мирных жителей. Такие акции способствовали росту враждебности арабов по отношению к Израилю и углубляли конфронтацию.
Изоляция Израиля от ближайших соседей подталкивала его к более активному развитию отношений со странами «периферии» Ближнего Востока и Восточного Средиземноморья, прежде всего, неарабскими мусульманскими странами прозападной ориентации (Турцией и Ираном), а также с Кипром и Эфиопией. Кроме того, Израиль рассматривал в качестве одного из ключевых направлений своей внешней политики сотрудничество с молодыми независимыми государствами Азии и Африки, претендуя на роль одного из идейных и интеллектуальных лидеров развивающегося мира — «лаборатории развития», располагающей высоким экономическим, научно-техническим и образовательным потенциалом, а также ценным опытом решения социально-экономических проблем в русле весьма популярной в то время в Азии и Африке концепции социалистического пути развития.
Однако азиатское направление внешней политики Израиля с самого начала и на протяжении большей части его новейшей истории в целом оставалось провальным. Ему не удалось установить дипломатических отношений с крупнейшими странами Азии — Индией и Китаем. Индийский лидер Дж. Неру считал Израиль креатурой британского империализма. От установления официальных отношений с коммунистическим Китаем Израиль воздержался сам, чтобы не вызвать недовольство США. В 1955 г. Израиль не был приглашен на Бандунгскую конференцию, положившую начало движению неприсоединения, что стало для него крупнейшим внешнеполитическим поражением.
На фоне столь неблагоприятного положения на международной арене процессы экономического и общественно-политического развития Израиля шли весьма успешно. К середине 1950-х годов социально-экономический кризис, поразивший Израиль в первые годы существования, был в целом преодолен за счет мощного притока капиталов: государственных и частных займов, безвозмездных переводов еврейской диаспоры и финансовых средств иммигрантов. Распределение этих ресурсов контролировалось государством, которое отвечало за создание рабочих мест и социально-экономической инфраструктуры, необходимой для абсорбции иммигрантов. Основными секторами экономического роста стали строительство и сельское хозяйство.
Одновременно продолжалась консолидация основных политических сил страны: левых, правых и религиозных партий. В 1956 г. религиозно-сионистские партии Мизрахи и Ха-поэль ха-мизрахи объединились в Национально-религиозную партию (НРП, или МАФДАЛ), ставшую на долгие годы ведущей религиозной партией в Израиле. Укрепляла свои позиции правая партия Херут. На левом фланге раскол партии МАПАМ способствовал дальнейшему укреплению партии МАПАЙ. При этом политический центр в лице партии «Общих сионистов» неуклонно слабел.
Тем временем в регионе созревали предпосылки для новой войны. После очередного израильского «рейда возмездия» на территорию сектора Газа в 1955 г. Египет обратился к СССР за военной помощью, которая была немедленно оказана. Так начали складываться союзнические отношения между СССР и рядом арабских стран, что серьезно ослабляло позиции Израиля. 26 июля 1956 г. Г.А. Насер объявил о национализации Суэцкого канала, нанеся ощутимый удар по интересам как Великобритании и Франции, так и Израиля, чьи суда теряли право прохода через канал. Ответом на египетский демарш стала трехсторонняя англо-франко-израильская интервенция против Египта, начавшаяся 29 октября 1956 г. К 5 ноября Израиль, взявший на себя сухопутную часть операции, захватил практически все ключевые пункты и коммуникации на Синае. 7 ноября Д. Бен-Гурион, выступая в кнессете, предложил подумать об аннексии полуострова. Тем временем британским и французским войскам, высадившимся в зоне Суэцкого канала, не удалось полностью овладеть территорией. Агрессия против Египта вопреки расчетам ее участников была практически единодушно осуждена международным сообществом, в том числе Советским Союзом и Соединенными Штатами, что вынудило Великобританию и Францию в декабре вывести свои войска. Израильские части остались на Синайском п-ве и в секторе Газа до марта 1957 г., передав затем функции обеспечения свободы судоходства в Тиранском проливе и поддержания порядка силам ООН. Однако Суэцкий канал остался под египетским контролем и закрытым для израильских судов.
Война 1956 г. способствовала укреплению связей Израиля со странами Запада, положив конец напряженности в израильско-британских отношениях. Высокая боеспособность, проявленная армией Израиля, привлекла к нему внимание США, активно вытеснявших с Ближнего Востока «старые» европейские державы. К этому времени стала очевидной невозможность создания в регионе антисоветского военно-политического блока. По мере постепенного сближения Израиля с США, а противостоящих ему арабских стран — с СССР ближневосточный регион втягивался в глобальную конфронтацию двух систем, а арабо-израильский конфликт приобретал явственный отпечаток холодной войны.
После войны 1956 г. в Израиле продолжались интенсивные процессы экономического развития и национальной консолидации общества. Последующие 20 лет были отмечены бурным экономическим ростом, прерывавшимся лишь в периоды арабо-израильских войн в 1966–1967 и 1973–1975 гг. За эти годы завершилась индустриализация израильской экономики, сложилась ее отраслевая структура, началась интеграция Израиля в систему мирохозяйственных связей. Экономический рывок, совершенный Израилем в 1950-1960-е годы, прежде всего, за счет эффективности использования активного притока человеческих и финансовых ресурсов, заранее обеспечил ему место в ряду так называемых новых индустриальных стран, заявивших о себе в 1970-х — первой половине 1980-х годов. Наибольший экономический эффект принесло сельское хозяйство. Уже к началу 1960-х годов оно обеспечило продовольственную безопасность страны при значительном сокращении численности занятых в отрасли. Стратегия замещения импорта проводилась также в сырьевых и обрабатывающих отраслях промышленности (разработка ресурсов Мертвого моря, химия, машиностроение и др.). При этом значительную прибыль приносили работающие на импортном сырье алмазогранильное и меховое производства.
В то же время отрицательное влияние на экономику страны оказывали чрезмерный государственный контроль и политика поддержания полной занятости любой ценой: ослаблялась конкуренция на рынке труда и трудовая мотивация, сосредоточенные в руках государства ресурсы распределялись и использовались нерационально. Это, а также снижение иммиграции и притока иностранных капиталов создало дополнительные предпосылки для экономического спада 1966–1967 гг. Однако после войны 1967 г. форсированное развитие военно-промышленного комплекса и новый всплеск иммиграции вернули экономику в прежнее русло динамичного роста. Военная промышленность стала в эти годы стержнем индустриального развития, вовлекая в свою орбиту другие отрасли экономики, которая в результате стала более экспортоориентированной и вступила в стадию зрелости. Израиль поднялся на ступень развития, занимаемую развитыми малыми капиталистическими государствами (Австрия, Бельгия, Нидерланды и Новая Зеландия).
Конец 1950-х годов был отмечен новой волной иммиграции, в основном из Северной Африки и Восточной Европы. К
