чтобы он остался с ней ещё хотя бы ненадолго.
— Но твоё прикосновение… — Её голос окончательно сорвался. — Твоё прикосновение — значит чертовски всё. Именно поэтому мы не можем переступить эту черту снова.
Он взял её лицо в свои руки, крепко, но бережно, словно это было единственное, что удерживает его на земле.
— В другой жизни, в справедливой, — прошептал он, — я бы удержал тебя, пока моя вечная душа не превратилась бы в прах.
А потом он ушёл.
ГЛАВА 42. ПЕЧАЛЬ
Ночь восьмая в Фантазме
Офелия оставалась в постели, пока печаль в ее душе не улеглась и не прозвенел обеденный колокольчик.
ГЛАВА 43. СЕДЬМОЙ УРОВЕНЬ: НАСИЛИЕ
С трудом заставив себя выбраться из-под тёплого укрытия одеяла, Офелия оделась для предстоящего испытания. Это был не просто очередной этап, а тот, который должен был ознаменовать её официальное освобождение из этого крыла Фантазмы и дать ей шанс найти Женевьеву.
И только эта мысль поднимала её с постели.
Когда она добралась до обеденного зала, Шарлотта и Кэйд уже сидели там в напряжённой, ледяной тишине. Леона, однако, не было видно.
— Он сдался, — ответила Шарлотта на её невысказанный вопрос.
Брови Офелии взлетели вверх.
— Ты видела, как это произошло?
Шарлотта кивнула.
— Поздно ночью я услышала крик в коридоре рядом с нашими комнатами — его комната была через две двери от моей. Когда я выглянула, чтобы понять, что происходит, его окружала стая ворон. Кажется, они выбили ему глаз. Никогда не думала, что птицы могут быть настолько жестокими. — Она пожала плечами. — Он сдался через несколько минут. Думаю, вороны были его самым большим страхом — тем, который он впустил сюда.
— Птицы? Его прогнали чёртовы птицы? — воскликнул Кэйд. — Этот ничтожный подонок навлёк проклятие на Люси, а сам не смог справиться с несколькими воронами?
— Ты не можешь выбрать, чего боишься, — попыталась оправдать его Шарлотта. — Я столкнулась со своим самым большим страхом на четвёртый день здесь. Чуть было не сдалась.
— Но ты всё ещё здесь, — резко ответил Кэйд. — А вот этому ублюдку я устрою ад на земле, как только выберусь отсюда. Ему повезёт, если я просто утоплю его в реке и оставлю для аллигаторов.
Шарлотта и Офелия не ответили. Шарлотта — возможно, потому, что ей не хотелось продолжать слушать его гневные тирады, или потому, что она была шокирована заботой, неожиданно проявленной Кэйдом. До сих пор его обращение с Люси не давало и намёка на то, что он способен защищать чью-либо честь. Но Офелия была отвлечена другим. Её вдруг осенило, что Фантазма ещё не показала её собственный самый большой страх. Зловещее предзнаменование, мягко говоря.
Оставшаяся троица — последние из их группы — молча провела остаток ужина. Офелия не сводила глаз с часов, ожидая появления Дьявола, когда рядом с ней в своей призрачной форме внезапно материализовался Блэквелл.
— Привет, — прошептала она, ощутив, как медальон пульсирует от его неожиданного появления.
Шарлотта бросила на неё вопросительный взгляд, а Кэйд прищурился, внимательно наблюдая.
— Не отвечай, — предупредил Блэквелл, заметив выражение Кэйда. — Когда окажешься на этом уровне, сразу призови меня, поняла?
Она едва заметно кивнула.
— Хорошая девочка, — тихо произнёс он. — Устроено здесь всё очень хитро, и мне нужно будет дать тебе инструкции в самом начале. Это жизненно важно.
Ещё один короткий кивок — и он исчез.
Через две минуты появился Дьявол. Высокий и стройный, с тёплым оттенком кожи и прямыми каштановыми волосами. Там, где должны были быть глаза, была гладкая кожа, а глазные яблоки были встроены в тыльные стороны его ладоней — самая странная Метка Дьявола, что Офелия видела до сих пор.
Не утруждая себя представлением, он открыл портал и произнёс подсказку:
Выбор двух жетонов, решение принять. Если все возьмут один — никто не пострадает.
Если двое выберут один, а третий — всё, третий пройдёт, остальные будут бороться.
Если двое возьмут всё, а третий — один, третий спасётся, остальные обречены.
Первым вызвали Кэйда. Затем Шарлотту. И наконец, Офелию.
Как и обещала, она незамедлительно призвала Блэквелла.
— Ладно, — без лишних слов начал он, — мне придётся вернуться на Иную Сторону, чтобы увидеть, что они выбрали. Не трогай ни один жетон, пока я не вернусь.
— Мне придётся звать тебя снова? — спросила она.
Он покачал головой.
— Теперь, когда я здесь был, смогу вернуться сам. Но если меня не будет через пять минут, призови на всякий случай.
Она кивнула, и он исчез.
Комната, где она ожидала, выглядела точь-в-точь как та, где она начинала испытание на пятом уровне. Только вместо двух рычагов в небольшой нише стены там находились два круглых жетона из обсидиана. Их поверхности были украшены рельефными изображениями роз, и, хотя ей нестерпимо хотелось прикоснуться к ним, ощутить текстуру пальцами, она подавила этот порыв, помня предупреждение Блэквелла.
Она мысленно отсчитывала время, пока Блэквелл не вернётся. Семь минут сорок две секунды — и он снова появился.
— Есть проблема, — объявил он. — Шарлотта взяла один жетон. Кэйд — оба.
Офелия начала снова прогонять в голове строки подсказки. В отличие от остальных испытаний, в этом всё было предельно ясно. Предупреждение. Или, скорее, угроза.
Она сглотнула.
— Значит, это означает—
— Выбирай свой яд, — прошептал он. — Кэйд или…
— Кэйд, — перебила она тут же. — Шарлотта может уйти свободной. Но он отсюда не выйдет.
Блэквелл ухмыльнулся:
— Я когда-нибудь говорил, как обожаю женщин, которые не боятся запачкать руки кровью?
Офелия проигнорировала то, как его слова заставили её сердце дрогнуть, и, глубоко вдохнув, взяла в руки оба жетона, ощутив их тяжесть — и физическую, и ту, что нёс её выбор.
— Ты знаешь, как использовать свою магию, — напомнил Блэквелл. — Не подпускай его слишком близко.
Стены вокруг Офелии дрогнули и одна за другой исчезли, открыв круговую арену, окружённую шестифутовой каменной стеной. На противоположных концах арены стояли Шарлотта и Кэйд. Рядом с Шарлоттой мгновенно появилась дверь, и она, удивлённо посмотрев на Офелию, обратила на неё взгляд.
— Я знала, что он возьмёт оба, — произнесла Офелия, подняв свои жетоны, чтобы показать пример.
Шарлотта слегка кивнула, выражая уважение:
— Удачи.
С этими словами она исчезла, оставив Офелию и Кэйда одних.
Жетоны в их руках рассыпались в чёрный дым. Кэйд, переплетая пальцы и выпрямляя руки, чтобы громко хрустнуть суставами, уверенно двинулся к Офелии. Его злобная ухмылка была пропитана самоуверенностью, когда он произнёс:
— Я ждал этого момента.
— Какого именно? — с усмешкой спросила она. — Твоей смерти? Уверена, весь Новый Орлеан с нетерпением ждал этого момента.
Кэйд оскалился, продолжая
