он из себя.
— Чего ты опять натворил?
— А вы обещаете не злиться? — с надеждой спросил ученик волшебника.
— Нет.
— Так я и думал, — вздохнул Парр и поманил меня за собой. — Пойдемте.
27. Тайное становится явным
Так как в двух местах одновременно я находиться не умею, а дела сами себя не сделают, пришлось «разделять и властвовать». Тисанси отправилась говорить с хозяином таверны, а я пошел за учеником волшебника. Всю дорогу до башни Корвуса Парр кусал губы и постоянно зырил по сторонам, словно опасаясь слежки.
— Ты чего какой нервный?
— Поверьте, для этого есть повод, — загадочно заявил парень. — Тут такое происходит, такое…
— Какое?
Прежде чем ответить, Парр посмотрел мне в глаза:
— Очень страшное!
— Объяснил, так объяснил.
— Скоро сами все узнаете. — Ученик волшебника ускорил шаг настолько, что почти побежал.
Мы прошли через сад, обогнули башню и направились в лес. Я уже мысленно начал успокаивать себя и настраиваться на то, чтобы не отрывать незадачливому спутнику голову, если он тащил меня через всю деревню ради какой-то ерунды.
Отчасти я оказался прав. «Ерунда» сидела на небольшом пеньке и разглядывала свои крылья, а рядом с ней крутился неунывающий Драмси.
— Стой, кто идет! — выпалил он, когда мы остановились почти напротив.
— Ты малость запоздал, караульный. — Криво усмехнулся я гомункулу, после чего обратился к замершей на пеньке феечке: — А тебе, шкура, я запретил здесь появляться!
— Парр, — выдохнула та, когда я сделал шаг в ее направлении.
— Злой, подождите, прошу! — ученик волшебника встал между мной и предметом своих ночных фантазий. — Шалантиэль хочет рассказать кое-что важное.
— Да ну? — я продолжал буравить феечку недовольным взглядом. — Как насчет рассказа о том, как ее королева натравила на нас гоблинов?
— Вы уже знаете? — страх в глазищах Шалантиэль сменился искренним удивлением. — Откуда?
— От верблюда.
— А кто это? — незамедлительно встрял Драмси.
— Тот, кому другого обидеть — раз плюнуть.
Гомункул озадаченно уставился на меня:
— Это вы?
Я только отмахнулся от него и навис над феей:
— У тебя три минуты, чтобы объясниться. Время пошло.
— Наша королева объединила племена гоблинов. Она обещала им несметные богатства, если те нападут на деревню, — всхлипнула Шалантиэль.
— Скажи что-то, чего я не знаю.
— У Парра есть книжки с рисунками похотливых чешуйчатых дев! — выдал Драмси.
Мы с Шалантиэль одновременно уставились сначала на гомункула, а потом на смутившегося ученика волшебника. Парр по цвету начал напоминать вишню.
— Это… не совсем то, что я имел ввиду.
— Но вы же сами просили сказать, о чем вы не знаете, — нахмурился Драмси. — Сейчас еще разок попробую. Под кроватью…
— Шалантиэль, — Парр поспешно зажал рот Драмси ладонью, — расскажи Злому о покровителе!
— А может ты сначала расскажешь мне про своих похотливых дев⁈ — чисто по-женски возмутилась фея.
— Минута прошла, — напомнил я ей.
Это резко переключило Шалантиэль на нужный лад. Она вздрогнула и затараторила:
— У Фалантаэль несколько дней назад появился таинственный покровитель. Никто из нас его не видел. Он передавал приказы через королеву. Обещал забрать всех на королевский континент, если мы сделаем все, как надо.
— И надо ему было, чтобы вы, дуры, наврали гоблинам с три короба и натравили их на Лесные дали?
Шалантиэль кивнула и добавила:
— Но только по сигналу! Ни раньше, ни позже.
— Ни раньше и не позже, — я задумчиво поскреб заросший подбородок.
— Я отказалась помогать, — тем временем продолжила Шалантиэль, — потому что гоблины могли навредить Парру и остальным. Хотела предупредить вас, но меня заперли. Сбежать смогла только сейчас, когда остальные улетели.
— Куда улетели?
— Не знаю, — пожала плечами фея. — Но они сильно торопились. Даже вещи оставили. Это все. Правда. Я больше ничего не знаю. Не убивайте меня и не прогоняйте, пожалуйста!
Я рассеяно кивнул. Шалантиэль облегченно выдохнула. Парр поспешил обнять ее, но фея надулась, как мышь на крупу, всем своим видом демонстрируя, что парню придется вновь заслужить ее расположение.
Но меня отношения этой парочки не заботили. Я вспомнил, как на днях королева фей приходила в деревню, чтобы сообщить, что между нами все кончено. Хотя, как по мне, это «все» и не начиналось особо.
Тогда я подумал, что своим визитом Фалантаэль хотела заставить меня ревновать. Но что, если она преследовала другие цели? Например…
Внезапная догадка поразила меня, словно молния — Фалантаэль появилась в Лесных далях незадолго до гибели Роланда. Могла она отравить старика? Вполне. Вот только старый рыцарь едва ли пустил бы ее на порог. Если только сам по молодости не захаживал к феям на огонек.
Или же Фалантаэль как-то помогала Шан’али?
— Твоя королева как-то связана с культом Судного дня? — спросил я Шалантиэль.
Побледнев, фея замотала головой:
— Мне об этом ничего не известно!
— А ты не знаешь, общалась ли она с Шан’али?
— С подавальщицей из таверны? Они виделись на днях. Что-то обсуждали. Потом королева сходила к тебе, а после зачем-то выпустила на волю скотину, которую держит кентавр. Сказала, что хочет заставить всех побегать.
Ну конечно — отвлекающий маневр! Фалантаэль сговорилась с Шан’али. Пока одна выпустила скотину, за которой гонялись все жители деревни, другая отравила беднягу Роланда. Троллиху он знал и вполне мог пустить к себе домой. Живая изгородь в саду дриады тоже могла узнать Шан’али. А о том, как добывать сок Плёточника ей рассказала Фалантаэль. Феи живут в лесу, так что, скорее всего, многое знают о растениях.
Вроде бы все получалось складно, но оставался один нерешенный вопрос — кто покровительствует Фалантаэль, и кому было выгодно нападение гоблинов на деревню точно по расписанию?
— Твоя королева все еще хочет зачать ребенка от иномирца? — спросил я Шалантиэль.
— Боюсь, ты свой шанс уже упустил, — язвительно отозвалась она, но быстро спрятала улыбочку, встретившись со мной взглядом.
— Да или нет?
— Она всегда хотела дитя от иномирца.
— А таких на острове было два: я и Роланд.
— Старик отказывал королеве множество раз, — нахмурилась феечка — Говорил, что она — отродье Сатаны. Уж не знаю, что это значит, но этот твой Роланд Фалантаэль на
