и зловещем, делилась донна Кристина.
– Неужели вы, мистер Меркер, верите, что такой амулет способен дать вам то, что вы хотите? – недоверчиво спросила мисс Уэлдон.
– Я не говорю, что исполнять желания может любой амулет, – с пылом заявил исследователь, – но этот конкретный камень, безусловно, может. О его силе я слышал столько достоверных историй, что сомневаться не приходится.
– Но это же абсурд!
– Абсурдным нам кажется многое, если не вникать в суть, – негромко ответил Меркер. – Вряд ли вы верите в незримое, мисс Уэлдон.
– Опыта общения с призраками у меня не было, если вы об этом.
Меркер улыбнулся со всем возможным обаянием.
– Не совсем. Незримое – это ведь не только призраки. Камень, которым владеет ваш отец, – своего рода талисман, его владельцу он приносит удачу.
– Что-то вроде лампы Аладдина, надо полагать, – презрительно сказала Элисон. – Миллионером этот камень отца не сделал, это факт.
– Возможно, он не воспользовался заключенной в камне силой.
– Уверена, что нет. Отец – человек здравый и разумный, он не может верить в подобную чепуху.
Меркер пожал плечами.
– Понимаю. По-вашему, разумный человек убежден, что ничего не существует, кроме того, что он видит, слышит или осязает! Мои убеждения шире, потому что у меня был опыт общения с миром незримого.
– Прошу вас, поделитесь этим опытом.
– Нет, мисс Уэлдон. Расскажи я вам то, что знаю точно, вы мне не поверите. Если кто-то воскреснет из мертвых, вы в это не поверите, потому что вашим сознанием управляет материальный мир.
– Не совсем понимаю вас, мистер Меркер.
Исследователь рассмеялся.
– Ничего удивительного. Я на это и не рассчитывал. Но не будем отвлекаться от объекта нашего обсуждения – «Нечто». Я точно знаю, что этот амулет или талисман – называйте как угодно – обладает определенной силой. Почему нет? Представьте себе, что некий маг наделил эту вещь чудодейственными силами – передавать через нее свое влияние и творить то, что человек недальновидный называет чудесами.
– Маг… – Элисон поразилась. – Но маги есть только в сказках.
– Разумеется, – успокоил ее Меркер, – но, как бы то ни было, «Нечто» – пусть в некоторой степени – способно исполнять желания своего владельца. Эта способность есть, если, – закончил он, чеканя слова, – ее вызвать правильно, с соблюдением всех церемоний.
– Тогда это злая сила, – неожиданно вмешался Карвер. – Донна Кристина утверждает, что этот камень не раз омывали человеческой кровью.
– Так мне объяснил сеньор! – воскликнула испанка, содрогнувшись. – Фу!
– Джим, ты ведь не веришь в силу этого камня? – в изумлении спросила Элисон.
– Дорогая девочка, я не знаком с этим конкретным амулетом. Но в Африке я не раз сталкивался с обрядами джу-джу, из которых наглядно следовало: сказки о средневековом колдовстве – не такая ерунда, как ее представляют скептики.
– Ага, – многозначительно произнес Меркер, – вы мудрее своих друзей, Карвер! – И, выделяя каждое слово, он процитировал знаменитые строки: – «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам».
– Затертая цитата, – презрительно заметил Джим.
– Очень, – холодно признал Меркер, – но человеку, склонному к размышлениям, эта строчка говорит о многом.
В этот момент появился Уэлдон с амулетом в руках и положил его на стол, прямо под электрическую лампу, на всеобщее рассмотрение. Собравшиеся столпились вокруг и принялись разглядывать предмет с очевидным интересом, с особым волнением взирал на него Меркер. Диковинный предмет был размером с мужскую ладонь, тусклого голубоватого оттенка, по форме напоминал сердце и изрядно истончился, видимо, его много раз мыли и передавали из рук в руки. На нем были выгравированы три символа в виде линий, углов и завитушек, едва различимые – поверхность сильно истерлась, а сам камень здорово износился. Вид у него был странный, от него явно веяло жутью – по крайней мере, так показалось донне Кристине, особе не в меру чувствительной. Но остальные, люди вполне обычные, ничего особенного в этом камне не увидели. Карвер так и сказал миссионеру.
– Да, по внешнему виду не скажешь, – ответил мистер Уэлдон, когда все расселись по местам, – но вы же знаете, как суеверны африканские туземцы. Они приписывают этой штуковине огромную силу.
– В которую верит мистер Меркер, – с презрением в голосе вставила Элисон.
– В какой-то степени в нее верит и мистер Карвер, – ответил исследователь, уязвленный репликой Элисон. – Он тоже сталкивался с обрядами джу-джу. Он так и сказал.
– Да, – с легкостью признал молодой человек, – но в моем случае эта вера не выходит за пределы разумного, Меркер. Я вовсе не разделяю вашего мнения, что этот амулет позволяет своему владельцу получить все, что тот ни пожелает.
– Я много чего желаю, – рассмеялся Уэлдон с присущей ему искренностью, – но признаюсь честно: для меня «Нечто» талисманом не оказалось.
– Чего же вы желаете, сеньор? – полюбопытствовала донна Кристина.
– Как можно больше денег, чтобы послать миссионеров в Нигерию и обратить в христианство всю страну.
– Так вы хотите, – сухо заметил Меркер, – чтобы негры приняли христианство и перестали поклоняться «Нечто», – чего ж удивляться, что амулет не желает содействовать вашим планам?
– Я никогда не просил камень о помощи, – медленно и серьезно возразил Уэлдон. – Во-первых, я не верю в подобные вещи – Бог не допустит, чтобы дьявол обладал такой силой. Во-вторых, чтобы использовать силу камня, его надо омыть в человеческой крови.
– Какой ужас! – воскликнула Элисон, побледнев. – Выбрось его, отец.
– Не делайте этого, – быстро вмешался Меркер. – Лучше отдайте эту диковинку мне.
– Вы верите в его силу, – взорвалась Элисон, – и готовы им воспользоваться?
– Едва ли, мисс Уэлдон, – сухо ответил Меркер. – Едва ли я пойду на преступление, чтобы придать камню силу.
Джим тихо хмыкнул. Он слышал разное о деяниях Пола Меркера за пределами цивилизованного мира, верны эти слухи или нет – кто знает? Исследователь не показался Джиму столь щепетильным, каким себя выставлял, хотя и вряд ли способным на убийство ради магии джу-джу. Меркер услышал скептическое хмыканье и злобно взглянул на молодого офицера, но лишь на один яростный миг. Потом с вежливым любопытством, но не торопя события, повернулся к Уэлдону.
– Расскажете, как вам досталось «Нечто»? – спросил он безо всякого нажима.
– Минутку, – вмешалась Элисон, прежде чем ее отец успел заговорить. – Я хочу знать, почему этот камень называется «Нечто». Слово английское, и мне непонятно, почему этот туземный амулет называется именно так.
Уэлдон рассмеялся и повторил объяснение, которое уже дал донне Кристине: настоящее название зловещего предмета окутано священной тайной, и белый торговец назвал камень «Нечто». Слово неграм понравилось, и они, недолго думая, приняли это название.
– Я услышал об этом камне, – продолжил миссионер, обращаясь к своей аудитории, слушавшей его с неподдельным интересом, – когда пять лет назад путешествовал по дикой и почти неизведанной части Южной Нигерии. В ходе экспедиции, связанной с открытием миссионерского филиала
