Но… мы можем поговорить об этом наедине, – добавил он, обводя взглядом стол.
Он мог не беспокоиться об осторожности, потому что сотрапезникам до официальных секретов не было никакого дела. У них были свои мелкие заботы, и что Фодио, что легендарный пресвитер Иоанн – им было абсолютно все равно. Всем, кроме Элисон.
– Я про Фодио где-то слышала, – сказала она, обращаясь к отцу.
– Если вы хоть что-то знаете об истории Нигерии, тогда неудивительно, – буркнул майор Стил со свойственной ему агрессией. – Этого малого назвали в честь Отмана Фодио, султана Сокото, он завоевал Хаусаленд примерно во времена Наполеона.
– Он и сам не уступал Наполеону, майор, – мягко заметил мистер Уэлдон.
– Толковый малый, толковый. Не возьми он на себя правление, племенам фулани пришлось бы туго.
Тут майор пустился в длинный рассказ о деяниях героя, изрядно наскучив Уэлдону и Меркеру. Они знали все, о чем говорил Стил, и даже намного больше, но слушали достаточно вежливо, иногда слегка поправляя рассказчика, когда тот делал уж совсем абсурдные заявления. Но майор и не думал эти поправки принимать. Он упорно стоял на своем с подчеркнутой воинственностью, и все с облегчением вздохнули, когда ужин закончился, Стил отправился в свой клуб, и в Бан-хаусе воцарился покой.
Мистер Уэлдон со своей компанией вернулся в гостиную, Элисон села за инструмент и запела, главным образом для Карвера. Ревнивые взгляды донны Кристины сделали свое дело, и Меркер взялся обсуждать с миссионером нигерийские дела. Но и это показалось испанке обидным – мужчины не обращали на нее никакого внимания. Решив напомнить о себе, она неожиданно заговорила об амулете – пресс-папье на столе мистера Уэлдона.
– Покажите мистеру Меркеру этот ужасный камень, который так часто омывали в человеческой крови, – настойчиво попросила донна Кристина.
– Нет! Нет! Это не очень приятная тема, тем более связанная с ней история, – добродушно ответил Уэлдон.
– Это какой-то амулет, связанный с джу-джу? – спросил Меркер с неподдельным интересом. – Подобные истории мне по душе.
– Я бы тоже послушала, – неожиданно вмешалась Элисон, – ты часто обещал рассказать мне об этом камне в форме сердца, отец. Вы ведь о нем, донна Кристина?
– Да, да! Голубой камень в форме сердца. Омытый человеческой кровью, – закончила дама со значением. – Не понимаю, почему такая жуткая штуковина служит сеньору пресс-папье.
– Это чистая случайность, – дал простое объяснение миссионер. – Я просто писал статью о поклонении этому камню племенем эборото.
– Эборото! – воскликнул Меркер. – Это город на реке Ораси.
– Вы имеете в виду Эбурото, – быстро ответил Уэлдон, – разница в одной букве. Но племя, которое имею в виду я, с этим городом все-таки связано, мистер Меркер. Когда-то они жили на берегах реки Ораси, но уже давно были изгнаны на север, можно сказать, в дикие земли.
– Сейчас они живут где-то в районе Акпама, – сказал Карвер после паузы.
– Откуда вам это известно? – резко спросил Меркер.
Карвер рассмеялся.
– О-о, туземцы меня всегда интересовали, хотя, наверное, не так сильно, как вас, мистер Меркер. А к племени эборото у меня особое отношение – один из его представителей пару лет назад спас мне жизнь, когда меня едва не растерзал лев.
– Джим, ты никогда мне об этом не говорил! – в ужасе воскликнула Элисон.
– Решил, что не стоит тебя пугать, – с легкой улыбкой пояснил лейтенант. – Ведь все кончилось хорошо, хотя, если бы не Фодио, я вполне мог погибнуть.
– Фодио, – повторила донна Кристина, быстро взглянув на Меркера, – тот самый вождь, который прибыл с миссией в Англию?
– Именно. Он мой друг.
– Вы не сказали об этом за ужином, когда его упомянул майор Стил, – не без тревоги в голосе произнес исследователь.
– В этом не было надобности, – спокойно ответил Карвер. – После приезда Фодио в Англию мы уже встречались. Он очень хороший парень.
– Фу, – донна Кристина даже вздрогнула. – Он же дикарь.
– Вовсе нет. Он получил образование в Кембридже, и, если не считать его черной кожи, он не менее цивилизованный, чем мы с вами.
– Это только на поверхности, – высокомерно сказал Меркер. – Вернется в Африку, и инстинкты возьмут свое, будет грабить и убивать, можно не сомневаться.
– Фодио – джентльмен и в душе белый, Меркер, – с несвойственным ему пылом возразил Карвер. – Я охотился с ним в его стране и знаю – лучше друга не сыскать. Не забудьте, что он спас мне жизнь, и у меня есть все основания говорить о нем только хорошее.
– Безусловно, это делает вам честь, Карвер, – усмехнулся Меркер. – Я тоже с ним встречался, и ничего хорошего о нем не думаю.
– Понятное дело, – спокойно возразил Карвер, – он не в вашем вкусе. Но у мистера Уэлдона будет возможность судить о Фодио самому – я намерен привести его сюда. Он очень хочет познакомиться с мистером Уэлдоном.
– Буду рад его видеть, – сказал миссионер, – раз он учился в Кембридже, надо полагать, он христианин.
– Конечно, сэр, не всякий белый такой христианин, как он.
С этими словами Джим как бы ненароком глянул на Меркера.
Исследователь не принял вызов – если, конечно, это был вызов, – а лишь рассмеялся и скучающе зевнул.
– Все это очень скучно. – Он пожал плечами. – Не сомневаюсь, что дамам интереснее посмотреть на амулет и услышать рассказ о нем мистера Уэлдона.
Миссионер встал и направился к двери.
– Не возражаю, – дружелюбно сказал он, – но придется смягчить некоторые детали, весьма грубые и кровожадные. А рассказать историю стоит – она связана с моим спасением от ужасной смерти.
– Ого… – донна Кристина захлопала в ладоши. – Вы сказали, что он достался вам с риском для жизни. Расскажите нам про «Нечто», мистер Уэлдон.
Меркер встрепенулся.
– «Нечто»! – воскликнул он. – Вы хотите сказать, мистер Уэлдон, что этот знаменитый амулет – у вас?
– Да. Могу его вам показать, – и миссионер открыл дверь.
Меркер издал протяжный вздох.
– Боже правый, – вымолвил он, и всю его апатичность как рукой сняло. – Вот бы мне заполучить этот камень!
– Зачем он вам? – спросила Элисон со свойственной ей непосредственностью, пораженная вспыхнувшим у него желанием.
– Затем, – врастяжку произнес Меркер, – что хозяин этого камня может исполнить все свои желания.
Глава IV
История «нечто»
Преподобный Александр Уэлдон пошел за амулетом, а дочь в его отсутствие с удивлением наблюдала за Меркером – тот был чрезвычайно взволнован. От холодного равнодушия не осталось и следа, в глазах читался живой интерес. Видимо, репутация «Нечто» была ему хорошо известна и к суеверию, связанному с этим диковинным предметом, он относился всерьез. Но Элисон, девушке рассудительной, казалось невероятным, что образованный человек может верить в подобные чудеса. Заметил ли волнение Меркера Карвер, Элисон сказать не могла – с ее женихом своими мыслями о камне в форме сердца, столь загадочном
