— стандартные протеиновые концентраты из пайков, которые обычно на вкус м-м-м не очень. Но еще здесь плавали кусочки нашего вяленого мяса пустынных тушканчиков и редких лисиц, излишек которого мы с Эларой заготавливали месяцами, пока жили в пещере, и чувствовался запах специй.
— Отдельно? — переспросил я, втягивая носом пар. — Зачем? Пахнет так, что у меня слюна течет.
Я посмотрел на Миру.
— Из стандартного брикета сделать что-то, что имеет запах еды — это талант, Мира. Обычно их просто заливали это кипятком и называли кашей. Вы добавили специи?
Она неуверенно кивнула, все еще не веря, что ее не будут ругать за самоуправство. — Немного. И мясо… Мы нашли ваши запасы в грузовом отсеке. Я подумала, мужчинам нужны силы…
— Правильно подумала. Инициатива поощряется. Особенно если от нее вкусно пахнет.
Я взял со стопки чистой посуды две простые жестяные миски. Женщины замерли, глядя на мои руки.
— Господин, я сейчас наложу… я выберу куски получше… — засуетилась одна из помощниц.
— Не надо, я не инвалид, — спокойно, но твердо сказал я.
Я сам зачерпнул из общего котла полную поварешку густой каши, шлепнул в одну миску. Потом во вторую. Никакого выбора «кусков получше». Что попалось — то и едим. Взял две ложки.
— Продолжайте кормить смену, — бросил я остолбеневшим поварихам. — Люди не должны ждать.
Я развернулся и понес миски к столу, где сидела Элара. В зале стояла звенящая тишина. Десятки глаз следили за каждым моим движением. Я видел их лица — смесь шока и недоверия. В их мире, в мире Империи и Великих и Малых Домов, офицеры никогда не ели из одного котла с рядовыми. Аристократы никогда не прикасались к солдатскому пайку, если не были на грани голодной смерти. То, что «хозяева», купившие их, сейчас будут есть то же самое варево, ломало их картину мира сильнее, чем вчерашние речи о свободе. Я поставил миску перед Эларой. Она кивнула, взяла ложку и сразу начала есть, принюхавшись, но никак не морщась, скорее наоборот. Для нас, проживших четыре года в бункере и год в пещере, это была нормальная, горячая еда. Немногие деликатесы что были на корабле были съедены еще в первый год.
— Вкусно, — громко сказала она после первой ложки, обращаясь к женщинам у плиты. — Спасибо.
Я сел напротив и тоже принялся за еду. Каша была горячей, сытной и, благодаря специям, вполне съедобной. Вокруг начали отмирать. Сначала робко, потом увереннее застучали ложки. Кто-то возбужденно перешептывался. Они увидели то, что им нужно было увидеть: здесь нет «голубой крови», которой требуется особое меню. И желудки у всех одинаковые.
* * *
Ложка скребла по дну миски. Я доел последнюю ложку каши, вытер губы салфеткой и посмотрел на Элару. Она тоже заканчивала, методично расправляясь с порцией. Вокруг нас столовая жила своей жизнью. Шок прошел, уступив место здоровому аппетиту. Люди ели быстро, молча, сосредоточенно, как и положено тем, кто долго голодал. Звук десятков ложек, стучащих о металл, был лучшим подтверждением того, что мы начали правильно.
— Мира, — негромко позвал я, когда женщина проходила мимо с пустым подносом. Она вздрогнула, остановилась.
— Да, господин?
— Спасибо. Было вкусно. Передай остальным на раздаче — отличная работа. Она покраснела, кивнула и поспешила на кухню, пряча улыбку. Мелочь, но из таких мелочей строится верность. Элара отодвинула пустую миску.
— Завтрак прошел хорошо, но воды мало. Те запасы, что мы привезли — капля в море для такой оравы.
— Знаю, — кивнул я. — Генератор я подготовлю к запуску если что-то не всплывет в процессе. Нужна техническая вода, и срочно.
— Я слетаю в Арракин, — она встала из-за ящика. — Возьму Пепелац. К водовозам, расширю заказ, пусть гонят сюда грузовые платформы. Заодно куплю все необходимое для быта. Что успею и найду.
К нашему столу подошел Торн. Он уже поели, судя по всему, стоя, и теперь ждал распоряжений.
— Сержант, — я повернулся к нему. — Леди улетает за снабжением. Выдели ей троих бойцов. Крепких, чтобы могли таскать грузы, и с головой, чтобы не устраивали перестрелок в городе.
— Корс, Хенк и Мали, — мгновенно ответил Торн. — Надежные.
— Хорошо. Пусть готовятся к вылету через десять минут.
Элара кивнула сержанту и направилась к выходу, на ходу проверяя крепление кобуры и ножен. Я проводил её взглядом. Разделять силы мне не нравилось, но выбора не было. Без воды мы здесь просто высохшие мумии в бетонном саркофаге.
— Теперь ты, Торн, — я перевел взгляд на сержанта. — У меня для тебя задача поважнее охраны.
Он подобрался.
— Слушаю.
— Мне нужен полный аудит. Не имущества, а людей.
Торн непонимающе нахмурился.
— Людей? У меня есть информация из личных дел на каждого бойца…
— Плевать я хотел на личные дела, тем более только твоих бывших людей, — перебил я. — Там написано «стрелок» или «водитель». А мне нужно знать, кто из них умеет держать в руках сварочный аппарат. Кто разбирается в гидравлике. Кто умеет шить, готовить или чинить проводку. — Я обвел взглядом зал. — Женщины, подростки. Все. Если жена твоего капрала умеет выращивать гидропонику — я хочу об этом знать. Если чей-то сын умеет охотится — я найду ему работу. Составь список: имя — реальные навыки.
— Понял, — в глазах Торна мелькнул интерес. — Сделаю. У нас точно есть пара толковых механиков, их просто списали в пехоту за штрафы.
— Вот и отлично. Найди их. И второе: уборка. Те, кто свободен от вахты, — за уплотнители. Выгрести всю пыль и грязь из всех углов. Жилые сектора, склады, коридоры. Чтобы блестело.
— Будет сделано, командир.
* * *
Через пятнадцать минут мы стояли на раскаленной бетонной площадке перед ангаром. Солнце уже начало припекать, воздух дрожал над горизонтом. Элара забралась в кабину «Пепелаца». Трое бойцов Торна, сдержанные и серьезные, уже сидели внутри.
— Не скучай тут, — бросила она мне.
— Постараюсь ничего не взорвать, пока тебя нет, — усмехнулся я. — Будь осторожна в городе. — Я уже не маленькая, Кейн. Справлюсь с парой торговцев.
Двигатели взревели, поднимая вихрь песка. Тяжелая машина неуклюже оторвалась от земли, развернулась и, набрав высоту, ушла в сторону Арракина, превращаясь в черную точку на фоне ослепительного неба.
Я остался стоять на бетоне. Один. Впервые за долгое время. За спиной, в недрах бункера, было больше полусотни людей. И куча железа, которое нужно было оживить.
Я глубоко вздохнул. Пора работать руками.
— Торн! — крикнул я. — Закрывай ворота. Я иду в генераторную.
* * *
Я спустился на технический уровень. Здесь царила тишина. Воздух был застоявшимся и сухим. Луч моего фонаря выхватывал из темноты сплетения
